Когда пришла чума
Шрифт:
– Уходишь?
– Да. Хочу еще пару видеокамер установить и замаскировать.
– Они, наверное, уже заканчиваются?
– Ага. На складе всего пять штук осталось.
Парень повернулся к выходу и старший задал еще один вопрос, последний:
– А с Елей у тебя как?
Не оборачиваясь, Иван ответил:
– Нормально. Она не против ко мне переехать. Но Валерка ворчит. Поэтому я ситуацию временно заморозил. Пару раз поцеловались, пообжимались и все.
Младший Вагрин покинул апартаменты и снова Андрей Иванович остался один…
День прошел как обычно, без происшествий. Старший Вагрин продолжал отлеживаться, а потом пришла
– Тебе чего? – Андрей Иванович сидел за столом, подниматься не стал и вопросительно кивнул.
Валерка сказал:
– Иваныч, я главный выход закрыл. Скажи Людмиле, что можно сигнализацию включать.
– Не понял, - Вагрин нахмурился. – На поверхность кто-то выходил?
– Ну да, - Валерка кивнул. – Мы с Иваном вертолет выкатили. После чего я трактор обратно загнал, а он улетел.
– Как улетел? Куда? Когда?
– Полчаса назад. Сказал, что на разведку вылетел. Ты приказал.
– Я ничего не приказывал.
– Как же… - Валерка растерялся. – Он сказал…
– Вон! – Андрей Иванович ударил кулаком по столу.
Парень поспешил ретироваться, а в комнате от крика проснулся малыш и стал хныкать, и Вагрин услышал сонный голос Людмилы, которая не спала половину ночи:
– Чего кричишь с утра пораньше?
Женщина подошла к ребенку, взяла его на руки и стала баюкать, а Вагрин посмотрел на нее, унял свой гнев и сбавил громкость:
– Иван улетел.
– Наверное, отправился к Печоре, людоедов отстреливать? – Людмила была совершенно спокойна.
– Скорее всего.
– А чего ты ожидал? Он такой же, как и ты. Подумал, принял решение и пошел к цели. Разве не так?
– Так, - согласился с ней Вагрин. – Но я ему запретил, а он ослушался.
– Успокойся. Он уже не мальчик, который будет безоговорочно выполнять то, что ему велели. Парень давно живет своим умом, и ты обязан это понимать.
– Да я понимаю. Но считал, что в этот раз он меня послушается. Ведь опасно одному и грохнуть главаря людоедов будет нелегко.
– Уверена, что Иван справится. А если поймет, что не потянет, успеет уйти. Людоеды, конечно, душегубы опытные. Но самых лучших бойцов они уже потеряли, а Иван не домашний мальчик-зайчик и кое-что умеет.
Снова Андрей Иванович с ней согласился, а затем успокоился и вызвал Валерку, который сообщил, что Иван взял с собой не только оружие, снаряжение и боеприпасы, но и радиостанцию. Так что будет регулярно выходить на связь и первый сеанс через полтора часа.
Ругать Валерку смысла не было. Поэтому Андрей Иванович, собравшись с силами и закинув в рот очередную порцию таблеток, медленно побрел в радиорубку. Раз уж ничего нельзя изменить, то следовало принять ситуацию, как она есть, и постараться оказать Ивану помощь. Хотя бы советом.
61
Идея в одиночку отправиться в поселение людоедов мне пришла не сразу. В первые три дня было много работы. А вот потом я задумался и сам себя спросил: «Чего я жду?» Ситуация стала лучше и прямо сейчас нам ничто не угрожало. Но откладывать рейд нельзя и помощи ждать не от кого. Андрей Иванович выбыл из строя надолго. Может быть, даже навсегда. Обороняться в состоянии, а о дальних походах
В итоге я принял решение рискнуть и стал готовиться. Заранее собрал рюкзак и продукты, проверил радиостанцию и по картам локализовал поселение людоедов. А когда дядька отказался меня отпустить, сделал вид, что смирился, и на следующее утро покинул бункер. Ушел чисто, без крика и шума, и пока летел на юго-восток от Тиманского кряжа, думал о том, что я полный отморозок и адреналинщик. А помимо того в голове была мысль, что еще не поздно отыграть ситуацию назад и вернуться. Ведь в бункере безопасно и меня никто не станет упрекать, что я повернул на половине пути. Однако упрямство пересилило внутреннюю слабость, и я благополучно приземлился в точке, которую сам для себя выбрал.
База наших врагов находилось на берегу реки Печора – про это уже упоминалось. А если быть точнее, то примерно на равноудаленном расстоянии между поселками Великовисочное и Тошвиска. Местных жителей там давно уже нет, разбежались или погибли. И основной контингент в лагере противника – беженцы, мародеры, грабители и случайные одинокие бродяги, которые искали пристанища. Так что даже если меня обнаружат, всегда можно выйти к людоедам и рассказать историю о том, что я самый обычный человек, который готов к ним примкнуть. Молодых, сильных и борзых они уважают, по этой причине особо не прессуют и дают возможность занять нишу в своем обществе. Но такой вариант я рассматривал, как крайний. И мой план был проще. Высадка. Марш к поселению. Разведка и создание схрона. Взять языка и сбор информации. Выход на цель – это лидер. А затем его уничтожение. И как дополнительный пункт – похищение врача, который может пригодиться не только Андрею Ивановичу, но и другим жителям бункера.
Итак, приземление прошло штатно, и остаток дня я потратил на радиопереговоры с Андреем Ивановичем, а затем маскировал вертолет и минировал подходы. Ночь провел в вертушке, а утром, накинув на плечи увесистый рюкзак и хорошо вооружившись, двинулся к лагерю людоедов. Думал, что если напрягусь, доберусь за один световой день. Однако потратил на путешествие двое суток. Слишком много вокруг ручьев, озер, топей и лесов, а я один и если что-то случиться, то это конец, без помощи сгину, и никто костей не найдет. По этой причине на преодоление препятствий приходилось тратить силы и время, а самое главное – соблюдать предельную осторожность. Но это ничего. Все равно я пришел, куда нужно. Причем вышел точно и на третий день, в очередной раз связавшись с бункером и сообщив о своем местонахождении, смог вплотную подобраться к полевой базе противника.
Надо отметить, что устроились людоеды (точнее, беженцы, которых они покорили) неплохо и место выбрали удобное. Они обосновались на окруженном лесными чащобами холме невдалеке от реки и оградили поселение частоколом из бревен. В дополнение к нему построили четыре вышки, а на берегу причал, к которому был пришвартован большой речной буксир. А рядом с ним сторожка и навесы, под которыми находились рыболовецкие лодки и сушились сети. Вокруг бродили вооруженные патрули с собаками, а в лес выходили охотники и поисковики. В общем, по нынешним временам здесь было многолюдно, и численность колонии я оценил в триста пятьдесят человек. Плюс-минус пятьдесят.