Когда Пора Отступиться
Шрифт:
– Утверждают, что Дианна Уэббер и Кори Линз убили себя в прошлом семестре, – сказала Райли. – Причём Кори сделала это прямо здесь, в кампусе.
– Утверждают? – переспросил Отри. – Не вполне удачное слово, как мне кажется. Я не слышал обратного.
Он слегка отвернулся от Райли, как будто её здесь и не было.
– Мисс Пейдж… – начал он.
– Агент Пейдж, – поправила его Райли.
– Агент Пейдж, я уверен, что такой профессионал как вы в курсе, что за последние десятилетия процент самоубийств среди студентов
Он сделал паузу, как будто хотел, чтобы она прочувствовала вес его слов.
– И конечно, – продолжал он, – в некоторых школах случаются групповые самоубийства. В Бярс высокие запросы. К несчастью, на нашу долю выпало больше суицидов, но это неизбежно.
Райли подавила ухмылку.
Цифры, которые разузнала Эприл пару дней назад теперь ей пригодились.
«Эприл бы обрадовалась», – подумала она.
Она сказала:
– Процент самоубийств среди студентов колледжей по стране составляет семь с половиной человек на сто тысяч. Но буквально в этом году уже трое из ваших семисот студентов покончили с собой. Это в пятьдесят семь раз выше среднего показателя.
Отри поднял брови.
– Что ж, я уверен, что вам известно о…
– Выбросы, – договорила за него Райли, всё ещё сдерживая улыбку. – Да, мне известно о них. И всё же, уровень самоубийств в вашей школе кажется мне совершенно… несчастливым.
Отри молча смотрел, глядя в сторону.
– Декан Отри, у меня создаётся впечатление, что вы не рады тому, что здесь ходит сотрудник ФБР, – сказала Райли.
– Я действительно не рад этому, – подтвердил он. – Да и могу ли я радоваться? Это же пустая трата времени, как вашего, так и моего, и денег налогоплательщиков. А ваше присутствие здесь может создать впечатление того, что что-то не в порядке. А у нас в Колледже Бярс всё в порядке, смею вас уверить.
Он наклонился через стол к Райли.
– Агент Пейдж, к какому именно подразделению ФБР вы относитесь?
– Отдел Поведенческого Анализа.
– А, это неподалёку, в Квантико. Что ж, возможно, вам захочется узнать, что многие из наших студентов родом из семей политических деятелей. Некоторые из родителей имеют заметное влияние на правительство – включая ФБР, смею полагать. Я уверен, что вы не хотите, чтобы до них дошли такие известия.
– Такие известия? – переспросила Райли.
Отри покачался в кресле вперёд и назад.
– Подобным людям может захотеться подать жалобу вашему начальству, – сказал он со значительным видом.
Райли почувствовала себя не в своей тарелке.
Она почувствовала, что он догадался, что она приехала не в официальном порядке.
– Лучше всего не создавать проблем там, где их нет, – продолжал Отри. – Я лишь отмечаю это для вашего блага. Мне бы ужасно не хотелось, чтобы вы
Райли чуть не рассмеялась вслух.
Ссоры с начальством были для неё привычным делом.
Как и отстранения или увольнения с последующим восстановлением в должности.
Это Райли не пугало.
– Понимаю, – сказала она. – Вы пойдёте на всё, чтобы не испортить репутацию вашей школы.
– Рад, что мы поняли друг друга, – сказал Отри.
Он встал, очевидно, ожидая, что Райли покинет его кабинет.
Но Райли не была готова уйти – ещё нет.
– Спасибо, что уделили мне время, – сказала она. – Я уеду сразу, как только вы дадите мне контактную информацию семей предыдущих самоубийц.
Отри уставился на неё. Райли смотрела на него в ответ, не вставая с места.
Отри посмотрел на часы:
– У меня встреча. Я должен вас покинуть.
Райли улыбнулась.
– Я тоже тороплюсь, – сказала она, взглянув на собственные часики. – Так что чем скорее вы дадите мне информацию, тем скорей мы с вами сможем вернуться к своим делам. Я подожду.
Отри нахмурился, затем снова сел к компьютеру. Он что-то напечатал на клавиатуре, затем загудел его принтер. Он передал Райли листок с информацией.
– Боюсь, что мне придётся пожаловаться вашему начальству, – сказал он.
Райли не двигалась. Её любопытство возросло.
– Декан Отри, вы только что упомянули, что на «вашу долю выпало больше самоубийств». О скольких самоубийствах мы говорим?
Отри ничего не ответил. Его лицо покраснело от ярости, но голос прозвучал спокойно и сдержано.
– Передайте своему начальству в ОПА, что я с ними свяжусь, – сказал он.
– Разумеется, – сказала Райли нарочито вежливо. – Благодарю, что уделили мне время.
Райли вышла из офиса, а затем и из административного строения. На этот раз ветер бодрил и вселял энергию.
Уклончивость Отри убедила Райли в том, что она наткнулась на гнездо зла.
А Райли специализировалась на зле.
ГЛАВА ШЕСТАЯ
Сев в машину, Райли стала проглядывать информацию, которую ей дал декан. Она стала вспоминать подробности смерти Дианны Уэббер.
«Конечно, – вспомнила она, открывая старые новостные сообщения на телефоне. – Она дочь конгрессвумен».
Депутат Хейзл Уэббер была восходящим политиком, замужем за известным юристом из Мэриленда. Смерть их дочери была в новостях прошлой осенью. В тот момент Райли не обратила на этот случай особенного внимания: всё напоминало скорей сплетню из жёлтой газеты, нежели настоящую новость, кроме того, Райли считала, что такие случаи – дело семьи и никого более.
Теперь она думала иначе.
Она нашла номер телефона вашингтонского кабинета конгрессвумен Хейзл Уэббер. Она набрала номер и услышала в трубке деловитый голос секретаря.