Когда он вернется

Рэнни Карен

Изабел села на каменную скамью и, стиснув руки на коленях, опустила голову. Интересно, подумала она, если бы кто-нибудь заглянул сейчас в палатку, понял бы он, как близка она к тому, чтобы разрыдаться?

* * *

Аласдер открыл глаза и уставился в небо над головой. Оно было затянуто облаками, так что ни луны, ни звезд не было видно.

Голова раскалывалась от боли, и эта боль с каждой минутой все усиливалась. В висках словно стучали сотни молоточков.

Кроме головной боли, даже сильнее, чем она,

его тревожила какая-то неотчетливая мысль. Голова была словно в тумане, и он не понимал, почему лежит здесь. Аласдер закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться на том, что он помнил последним. Но и это как-то ускользало, словно боль поразила весь его мозг.

Протянув руку, он нащупал рукав чьей-то куртки. С трудом повернув голову, увидел рядом спящего человека, а дальше еще одного. Превозмогая боль, Аласдер приподнял голову. В открытом поле на земле лежало множество людей, и не только мужчин, но и женщин и тихо всхлипывающих детей.

Где он? Кто он?

Аласдер Макрей.

Он снова лег, довольный тем, что его мозг все же работает, несмотря на боль. Он был капитаном корабля. Более того, он строил корабли. А где его дом? Мыс Гилмур, Новая Шотландия.

Прочитав вслух литанию и перечислив все свои просьбы, обращенные к Богу, Аласдер почувствовал, что его молитва прозвучала не так убедительно, как ему хотелось бы. Чего-то не хватало. Большой кусок его жизни провалился в какую-то черную дыру.

Он лежал, вытянув ноги и сложив руки на груди, словно покойник в гробу. Но даже эта мысль пугала его меньше, чем провалы в памяти.

– Встать! – рявкнул кто-то, и люди вокруг него начали подниматься.

Какой-то ребенок громко заплакал, и Аласдер увидел, как женщина заслонила испуганного малыша своим телом.

– Я велел встать!

Аласдер почувствовал, как его схватили за руки, и увидел двух дюжих мужчин, поднимавших его. Стоять он не мог, но и слов, чтобы сказать об этом, произнести не было сил. Но оказалось, что это не имеет значения, потому что его просто поволокли по земле, словно труп.

Аласдер почувствовал себя щепкой, плывущей по океану и все глубже опускающейся на дно, где его уже никогда не найдут.

Глава 28

Путь до Кормеха был проделан очень быстро. Сильный ветер надувал паруса, и «Стойкому» понадобилось всего несколько часов, чтобы пройти по устью реки Морей до порта.

Изабел стояла на носу в позе, которую часто принимал Аласдер – ноги расставлены, чтобы более уверенно чувствовать себя на палубе, руки за спиной. Если действительно существовала морская богиня, может, это она гнала «Стойкого» вперед, чтобы спасти Аласдера?

Генриетта ходила вокруг ее ног, и Изабел взяла ее на руки, почувствовав странное облегчение от того, что гладила кошку.

С ближайшего холма их приветствовал замок, очень похожий на Гилмур. Уцелела только одна башня – молчаливое напоминание о прошедших временах. В этой части Шотландии

очень многое было разрушено, немало было и заброшенных деревень, где когда-то счастливо жили люди.

В отличие от Лондона здесь они очень быстро нашли место, где можно было пришвартоваться. Изабел первой сбежала на берег, едва был спущен трап. Обернувшись, она увидела, что Брайан разговаривает с каким-то человеком. Тот передал ему пистолет, и Брайан быстро сунул его под жилет.

Изабел показалось, что за прошедший день Брайан постарел. Возможно, горе и гнев изменили и ее внешность, подумала она.

– Команды по четыре человека каждая начнут обыскивать суда с обеих сторон залива, а мы с вами навестим начальника порта.

Изабел понравилось, что у Брайана, видимо, имелся план. Залив был огромным, но если понадобится, они обыщут каждое судно, каждую бухточку, а если здесь их постигнет неудача – то каждый порт, все доки по всему миру.

От начальника порта они узнали, что пять кораблей отплывают сегодня, три покинули порт вчера, а еще несколько должны отплыть завтра.

– Хорошо бы узнать пункты их назначения, – сказала Изабел.

– Они могли уже покинуть порт, хозяйка, – сказал Брайан, пряча глаза.

Эта мысль не оставляла и Изабел.

Брайан шел рядом с ней по пирсу. Их сопровождали два матроса. Женщина и трое мужчин – и вообще-то не слишком обычная картина для порта, а на эту женщину просто нельзя было не обратить внимания.

На первое судно Брайан поднялся по трапу впереди Изабел.

– У нас есть разрешение! – крикнул он.

Продубленный старик, стоящий у трапа, кивнул. Матросы, находившиеся по палубе, смотрели на вновь прибывших с интересом. Судя по видавшим виды перилам и мачтам, корабль был более старым, чем «Стойкий», однако содержался в таком же порядке и чистоте.

– Я Изабел Макрей, – представилась Изабел человеку, пропустившему их на корабль, и встала рядом с Брайаном.

– А я капитан Патрик Ханоран. – Он оказался не таким старым, как показалось ей на первый взгляд. Хотя борода была седая, в волосах было мало седины.

– Вы брали на борт каких-либо пассажиров вчера или сегодня? – спросил Брайан.

– Нет, – ответил капитан, с интересом оглядев Изабел с ног до головы.

– Я ищу своего мужа, – сухо сказала Изабел, раздраженная тем, что ее так бесцеремонно разглядывают.

– А с чего вы взяли, что он здесь?

– Мы думаем, что его продали в рабство.

Капитан выпрямился и скрестил руки на груди.

– Вы меня оскорбляете, мадам. Я скорее стал бы возить на своем корабле порох для англичан, чем превратился бы в торговца рабами.

– А вы знаете кого-нибудь, кто мог бы согласиться на такое? – спросила Изабел. Вдруг он ответит: «Тот, что рядом». Или: «Вон тот, в конце пирса». А может быть, скажет то, чего она боялась больше всего: что корабль с несчастными рабами отбыл уже утром? Но капитан лишь покачал головой: