Когда наступит ночь
Шрифт:
– Значит… Получилось?
– А как же иначе? Пошли, все уже готовы. Тебя ждали, после такого дела будить нельзя. Уходим, времени нет.
– Как уходим?! Совсем? А как же план Иваныча?!
– Ты его помнишь? – Илья впился взглядом. – Попробуй вспомнить, Саша!
Попробовал. Много чего постороннего обнаружилось вдруг в памяти. Заговоры. Заклинания. Несущие силу Слова. Узоры, соединяющие все это – и не только вид, но и нанесение на разные вещи: оружие, инструменты, книги. Много чего.
Спасибо, Иваныч, за последний урок и подарок… Лучше бы ты
Знания были. Не было собственных мыслей старого ведуна. Каждый думает сам, своей головой. Можно дать сведения, научить действиям – но не переучить думать. Это у каждого только свое.
– Нет, Илья. Не помню. Этого – точно нет.
Взгляд ушел в сторону и погас.
– Значит, этого не помнит никто. Не успел он все Олегу рассказать, только общие намеки. Как все быстро получилось, словно они заранее знали и рассчитали… Ладно, пошли. Нам еще кое-что забрать нужно.
В соседней комнате тоже было все по-прежнему. Даже пятна крови вытерли. Только кресло не успели подлатать. Кстати, как там плечо?
– Зажило все, – заметил движение руки Илья. – теперь на тебе все будет быстро заживать. Сам затянешь, без моей помощи.
– Знаю, – действительно, теперь Александр вспомнил и это. Вспомнил, как остановить кровь, унять боль. Раньше тоже умел, но как нерадивый ученик. Теперь будет проще. И не только себе сможет помочь, если что.
– Бери, и пойдем, – Илья кивнул на лежавшие на стуле арбалет и кожаный футляр. – Может, когда-нибудь еще пригодится.
– А почему именно мне оставили? Не могли сами забрать?
– Не могли. Такие вещи должны быть у ведунов. Ты что, не знаешь?
– Знаю. Кстати, хозяйство принято по описи принимать, – Александр отстегнул крышку. Под ней торчало серое перо, в глубине тускло отсвечивали деревяшки. Прикоснулся к стреле – пальцы чуть кольнуло. Действительно, мощная штука.
– Пересчитал? Тогда пойдем. Ребята ждут, сейчас малость почистили окрестности.
– Как зачистка прошла?
– Нормально, без потерь. Черных мало осталось, все к горе потихоньку стягиваются. Нас в расчет почти не берут, – Илья тяжело вздохнул. – И правильно делают. Не успеем до полуночи от города уйти – то, что после первой Печати было, нам отдыхом покажется.
– Подожди, какая гора?! Должны были завтра!..
– Сегодня. Ты спал больше суток. Бери самострел и пошли, всех задерживаешь.
Александр поднял увесистый механизм со стула. Подкинул в руке. Вот Иринка бы обрадовалась, она любила старинное оружие… Это хоть и современный, но арбалет. Ей бы понравился, она мечтала пострелять из чего-нибудь такого, не огнестрельного…
– Знаешь, я остаюсь. Дело одно есть, – подумал немного и добавил: – А ты иди, и ребят забери. вам действительно лучше уходить подальше.
– Что-о?! – направившийся было к выходу Илья начал грозно разворачиваться. Не успел. Приклад коротко ударил его в затылок – не сильно. В самый раз.
– Ты уж извини, – Александр подхватил падающего, осторожно опустил на пол. Прислонил к шкафу. – Так надо было. Потом сочтемся.
Наклонился,
– Мужики, там Илье плохо стало! Помогите ему, мне бегом нужно! Олег где?
– Хрен его знает, – обернулся второй. Первый уже исчез в квартире. – Нам не докладывали.
Мелкий дождик размыл снег, обнажил прошлогоднюю траву.
Среди серых листков попадались и зеленые – то ли свежие, то ли уцелевшие с прошлого года. В звездном свете Александр видел дрожащие капли на былинке перед лицом. Красиво, но для него плохо: этот склон был единственным местом, откуда его наверняка не ждали, а теперь придется лезть вверх по каше из раскисшего снега и скользкой глины. И времени на обход не остается. Ну, все, пора.
Почти на середине подъема нога все-таки соскользнула на мокрой траве, но до самого низа катиться не пришлось, только пропахал двухметровые борозды скрюченными пальцами. Теперь он ставил ногу еще осторожнее, выбивая носком ступеньки и пробуя их на прочность. Потом трава и снег кончились, дальше были осыпь и обрыв.
Наверху или действительно никого не было, или замаскировался кто-то очень уж могучий и умелый, сумевший обмануть даже ведуна-разведчика. Что вряд ли – все, кто мог это сделать, сейчас наверняка заняты более важными делами, чем поиск одинокого недоучки. А может быть, им уже действительно никто не мог помешать, но об этом думать не хотелось. Все скоро выяснится.
Мелкие камешки скрипели и перекатывались под ногами. Сорвись он сейчас – удержаться будет не за что, а шума будет столько, что можно будет и не подниматься снова. Просто вернуться домой или уехать за город. Можно и здесь остаться – тогда не придется лишние несколько часов ждать, когда же он вслед за всеми остальными перестанет нервничать, чувствовать, думать… Есть и более простой выход – на привычном месте под курткой. Впрочем, после того, что черные сумели сделать с Владимиром, в надежность обычных пуль не верилось.
Вот и расселинка, над которой они тогда стояли, штырь должен быть левее. Веревочная петля, оплетенная для жесткости проволокой, зацепилась с первого раза – спасибо ей. Теперь нам наверх – проще простого. Только вот времени не хватает катастрофически. Сегодня это слово к месту приходится, прямо как никогда раньше… До истинной полуночи меньше десяти минут.
Когда он выбрался на обрыв, оставалось меньше семи минут. Веревку бросать не хотелось, но вряд ли она ему больше понадобится. Да и сматывать некогда. Часовой наверху все-таки оказался, но сидел намного левее, над тропинкой. Молодой, неопытный – сам замаскировался, а ствол выставил – прямо отсюда железо чувствуется. Наверное, «кошкодав», они точно сегодня все здесь. Александр не стал ползти – ринулся напрямую к рощице. Здесь пришлось потерять еще три минуты – арбалет упрямо цеплялся за ветки. А за деревьями уже поднималось лиловое зарево с багровыми и зелеными проблесками.