Когда муж - оборотень...
Шрифт:
Глава 34
Я встал, оделся, прошел в избу. Тошнотворный кислый запах в сенцах просто сбивал с ног. Сеяна, накрывала на стол.
— Слушай, что там за вонь такая?
— В кладовой все запасы прокисли, капуста квашеная, и все соления. Поможешь в овраг за деревней отнести?
— Помогу, конечно. — Кивнул я.
Девушка обернулась ко мне, ее глаза были красными от слез. Она устало опустилась на лавку и горько усмехнулась.
— В погреб даже спускаться боюсь. Если и там
— Ничего, не расстраивайся! Вот сбежим мы с Маришкой, а ты с Владом сойдешься снова. Он на тебе женится, и все будет хорошо.
— Да не женится за семь лет, сколько ни таскал по углам, а так и не женился, как ни намекала, как ни угождала.
— А теперь жениться точно говорю! — Засмеялся я, — следующий купала, особый, если на него зачать, точно волчонок или волчица у оборотня родится. Наследник с даром Владу нужен, так, что жениться, ни куда, ни денется! Еще отвороту тебя научу, что б на девок других ни засматривался.
— Правда? — Глаза Сеяны, заблестели от животворящей надежды.
— Правда. Только помоги мне.
— Да я готова! Что делать—то надо?
Найди сухой перец черный душистый, горчицу, табак и полынь. Так, много как только можешь. Растолки в ступе в порошок высыпи в сумочку холщовую, носи на поясе с собой. Как скажу сегодня вечером на празднике, просыпешь где велено. Сможешь?
Не изволь беспокоиться. У меня брат, Тимофей пряностями торгует. Прям щас и пойду к нему. Скажу, что для новых засолок нужно. Заодно и лошадь возьму падаль да кислятину вывести. Ешь пока.
Хорошо, есть настойка с красной смородины и хлеб черный?
— Маре поклониться хочешь? — Я кивнул, девушка принесла мне просимое и серебряный нож и удалилась.
Из всех славянских божеств у Царицы ночи одной нет идола, ибо негоже ему стоять на капищах да во дворах. И живую энергию своей мертвой поглощать. Ее идолы. Временные, делают из соломы, и сразу после проведения необходимых обрядов сжигают. Даже у христиан до сих пор такой обычай есть на Масленицу. Зиму провожают да весну встречают.
Я же, взял принесенный Сеяной белый ручник без вышивки с полки черную тарелку из ящика в столе, черную свечку. Зажег ее взглядом, сконцентрировав на фитиле собственную энергию, капал в тарелку воска. Закрепил и начал обряд.
Ой, Мара — матушка, ночи, царица, покой душам дарующая, прославляю тя, хлеб жертвенный вкушая, вином—кровью запивая. Прими жертву мою, дочь Сварога, творца небесного.
Я положил кусочек хлеба на тарелку, провел по левой ладони ножом, полил кровью хлеб
— Прими жертву мою, и не дай мне сегодня кровь братьев моих пролить. Кровь рода моего единого.
Пространство задрожало. Свечка вспыхнула ярче, Мара меня услышала. Я задул свечу, и пошел, закапал кусочек хлеба в тени за баней. Когда возвращался
— Утра доброго тебе Борис. — Улыбнулся мужчина.
— И тебе не хмурого Демитрий. — Кивнула я.
— Пойдешь мне на пилораме после обеда помогать?
— Отчего же не пойти. Коль надо. Зайдешь потом.
— Добро.
Вернувшись, домой, я поел, помог Сеяне и ее брату вывести падаль и испорченные продукты, она мне шепнула что Влад. Куда—то уехал, и Маришка пошла в гончарную одна. Готовые изделия раскрашивать. Я попросил Сеяну, прийти через часок на пилораму отвлечь Диму. И ровно через час. Сеяна была на пороге и буквально выгнала меня с пилорамы.
— Испарись минут на сорок. — Лукаво улыбнулась она. — Нам с Димой посекретничать нужно.
Я, усмехнувшись, посмотрел на Диму, глаза того лукаво заблестели. Я вышел, благодарно подмигнув девушке. Быстро пошел к гончарной. Благо, на улице не было ни души. Любимая, сидела за столом раскрашивала маленькие свистульки.
— Влад уехал в город. Он закажет Своим охотникам Веронику, ему пришел заказ на человека, которого она охраняет. — с ходу начала Мариша.
— Предупреди его. Сегодня мы сбежим отсюда. — Я не смог сдержать счастливой улыбки.
До безумия хотелось подойти к любимой, обнять, поцеловать, почувствовать жар ее тела. Взять ее прямо на этом столе, но если Влад, учует запах близости, все пропало. Поэтому, я даже так и остался стоять у двери гончарной.
— Как? Куда?
В Крым, там территория большая. Там нас примут и защитят. Я уже договорился. Нас ждут.
— Уверен? Нас будут преследовать сразу 2 клана.
— Лютичи не будут. Больше в этом театре абсурда смысла нет. Ты моя и точка. — Заверил я любимую.
— А как же Лена и Вадим?
— Сойдутся и будут жить вместе, долго и счастливо. — Усмехнулся я. — Лена любит его, не меня.
— А зачем пошла за тебя?
— Потому что Вадим так ей сказал.
— А зачем?
— Потому что достала она его приставаниями своими. У него на тот момент, другая пассия была, и страстный роман.
— С кем? — Не удержалась полюбопытствовать Маришка.
— С одной из ведьм клана, ныне пропавшей.
Маришка аж свистульку из рук выронила и побледнела как полотно.
— Черненькая такая с голубыми глазами?
— Ага. — Кивнул я.
— Боги мои, боги! Так, это я ее сбила две недели назад на дороге, поздно вечером, возвращаясь, домой. Еще все думала, от кого она это шла. Так, поздно и пешком. Насмерть сбила. Позвонила Вадиму, он отнес ее в лес. Что с ней сделал, не сказал, но особо расстроенным не выглядел точно. А Зина, моя охранная сущность, говорит, что она была отсюда, шпионка Влада. Он об этом уже догадывался и оттого, не расстроился, ее смерти. Они, что и все это время были в отношениях, получается?