Когда гремели пушки
Шрифт:
— Я говорю с вами откровенно. Шансы на возвращение — пятьдесят на пятьдесят. Устраивает вас это?
Он оглядел шеренгу.
Все молчали. Некоторые ухмылялись.
— Кого это не устраивает — выйти из строя!
Шеренга слегка вздрогнула и снова замерла, как выпрямившаяся пружина.
Криг смотрел на лица.
Что это, алчность? (Все-таки две тысячи пятьсот фунтов за несколько часов смертельной игры!) Равнодушие к судьбе? Непонимание? Или фанатизм?
Каменные лица. Ровная, глухая стена. Или же он, обер-лейтенант Криг, плохой психолог и совсем не понимает людей?
…А может быть, они — действительно
Прошла минута.
Из строя никто не вышел.
— Благодарю от имени фатерланда! — сказал Криг. — Можете отдыхать.
Вечером он вместе с Обладеном вышел на берег.
Нужно было найти стартовую площадку.
Казалось, легче всего нанести удар в направлении Анцио по прямой. Кратчайшее расстояние отсюда до судов противника составляло девять морских миль, то есть, если считать сухопутной мерой — немногим более шестнадцати километров.
Криг разделся и вошел в море.
Пляж медленно, очень медленно понижался.
Скоро он потерял берег из виду, а вода едва доходила до груди.
«Итальянская Балтика, — подумал он. — Надо искать другое место. Не тащить же торпеды на руках по мелководью целый километр!»
Удобный участок нашли только 16-го. Глубина начиналась в двадцати — тридцати метрах от берега, но зато до цели отсюда было не меньше восемнадцати миль.
Обладен прикинул запас хода торпед. Выходило в обрез. 18 — до бухты, 2 — крейсирование вокруг цели для выбора лучшего угла, 10 — обратный путь до ближайшего расположения немецких частей. Сжатого воздуха для двигателя должно было хватить на 28—30 миль.
Чтобы обеспечить «неграм» движение к цели, было условлено, что в расположении немецких войск на берегу ровно в полночь подожгут сарай, пламя которого будет поддерживаться в течение нескольких часов. Кроме того, каждые 20 минут немецкая зенитная батарея будет стрелять трассирующими снарядами из Практика-ди-Маре в сторону Анцио.
Атаковать решили в полнолуние, в ночь с 20 на 21 апреля.
Тридцать «негров» разделили на три отряда.
Шесть «К-людей» под командованием обер-лейтенанта Коха должны были, обогнув мыс Анцио, войти в бухту Неттуно и торпедировать стоящие там корабли.
Шестнадцати, под командованием лейтенанта Зейбике, предстояло напасть на основную массу судов на рейде Анцио.
Группу из восьми «негров» вел обер-фенрих Поттхаст. Перед ними была поставлена задача пробраться в саму гавань Анцио и вызвать там панику, пустив торпеды в корабли и в стенки набережной.
В восемь часов вечера двадцатого апреля все было готово для старта. На берег явились пятьсот солдат, выделенных командованием для спуска торпед на воду. К девяти подошли «негры». Накануне они хорошо отдохнули и получили отличный ужин, который с чьей-то легкой руки был назван «пиршеством висельников».
Началась погрузка в торпеды.
«Негр» вползал в узкую стальную трубу ногами вперед и, устроившись в ней поудобнее, проверял работу двигателей, рули поворота и систем отсоединения боевой торпеды. Затем солдаты закрывали его прозрачным пластмассовым колпаком. В случае неполадок во время хода водитель мог откинуть колпак изнутри и добраться до пункта возвращения вплавь. Легководолазный костюм защищал его от холода и давал возможность продержаться на воде шесть — восемь часов.
Еще
К десяти вечера все тридцать «девочек Моро» были подготовлены к старту.
Криг прошел вдоль шеренги тускло отсвечивающих под луной акульих тел и, убедившись, что все в порядке, бросил Обладену:
— Начинайте!
— Пошел! — крикнул Обладен солдатам.
Одна за другой торпеды, подхваченные руками пехотинцев, были спущены в море. Вода вскипела от выхлопов воздушных двигателей, и фосфорические полосы пены, как щупальца, вытянулись к мысу Анцио. Вскоре они затерялись в лунном блеске, и на берегу воцарилась тишина.
…Прошло два часа.
Криг напряженно вслушивался в тишину ночи. Ничего, кроме легкого скрипа кипарисовых ветвей под бризом и голосов переговаривающихся солдат. Он подошел к Обладену.
— Как вы думаете, Курт, удача или провал?
Обладен посмотрел на часы.
— Об этом узнаем в три, когда они начнут возвращаться.
Первый «негр» появился у берега в три двадцать. Торпеда тяжело выползла на песок пляжа. Двигатель ее зачихал и затих. Криг сам снял пластиковый колпак. Из зарядной камеры выполз фенрих Губерт Штуде. Сорвав с лица маску, он попытался встать на ноги, но не удержался и с руганью сел на землю.
Криг дал ему хлебнуть из своей фляжки.
— Ну? — нетерпеливо спросил он.
— Я утопил свою торпеду, — сказал Штуде мрачно. — Флота союзников на рейде Анцио нет.
К шести утра возвратилось двадцать семь «негров».
И только тогда картина стала ясна.
Трое погибли. Пятеро утопили торпеды без применения. Девять стреляли в случайно попавшиеся на пути корабли, которые оказались либо буксирами, либо рыбачьими шхунами. («Черт их там разберет в темноте, да еще из-под воды!») Девять торпед было выпущено в стенки гавани. Больше всего повезло Герману Фойгту. Около трех часов ночи он увидел английский эсминец береговой охраны, тщательно выбрал угол атаки и с расстояния в кабельтов выпустил торпеду по кораблю. Она ударила в область миддельшпангоута [8] и чуть ли не разорвала эсминец пополам. Корабль затонул в считанные минуты. Из четырехсот двадцати человек команды мало кому удалось спастись.
8
Средняя часть корпуса, в которой находится обычно машинное отделение.
Ни Криг, ни Обладен не знали, что еще утром двадцатого апреля союзный флот ушел из бухты Анцио, оставив у побережья всего несколько кораблей охранения. Немецкая разведка установила это только двадцать первого…
Ей осталось неизвестным и то, что одна из затонувших торпед вместе с мертвым водителем была выловлена англичанами и союзники узнали о «девочках Моро».
…Через несколько дней после торжественного приема «К-людей» и вручения им денег и наград в штаб-квартире генерала Кессельринга в Риме они выехали во Францию. Вперед был послан капитан Фриц Беме со специальным заданием — разведать и определить наилучший рубеж для следующего старта.