Когда двое молчат
Шрифт:
— Что? — В его маслинных глазах вспыхнул тревожный огонек.
— Она захотела дать интервью нашему журналу и просила, чтобы статью написал самый лучший автор в «Лаки Тревел». Шеф снова решил отправить меня.
— Господи! Она спрашивала что-нибудь о нас?
— Нет, мы говорили только о ее ресторане. Она была сама любезность, хоть я и опоздала на десять минут. А еще мне рассказали, что она со скандалом уволила своего лучшего повара, и теперь я раздумываю, писать ли об этом в статье.
Нет, глупо, подумала Олли. Нужно выбрать подходящий момент.
— У тебя все в порядке? — уловив тень беспокойства, то и дело мелькавшую на лице Олли, поинтересовался Сирил. — Или я слишком быстро еду?
— Все в порядке, — кивнула Олли. — Ну, почти все. Я тоже кое-что хотела обсудить с тобой, но, думаю, это подождет.
— Хорошо, — кивнул он, и ей показалось, что в его лице промелькнула тревога.
Уж не подумал ли он, что она хочет прервать их так внезапно закрутившийся роман? Одна мысль о том, что такое вообще может произойти, наполнила душу Олли горечью. Премудрая Эвелина была недалека от истины — я, похоже, и вправду втрескалась по самые уши, подумала она.
Олли снова взглянула на Сирила, и ей захотелось поцеловать каждую черточку его красивого лица: крупный прямой нос с тонкими, совсем как у его матери, крыльями, густые ровные брови, глаза, маслинно-темные, блестящие и влажные, как росистый плод, губы, безупречные губы, идеальную резьбу которых нарушал лишь маленький шрам над уголком верхней губы.
Все слишком, слишком скоро, вздохнула про себя Олли. А ведь она поклялась себе, что впредь не станет бросаться с головой в омут. Но разве она виновата в том, что ее так сильно тянет к этому парню? В том, что ей уже сложно представить свой день без его звонка, без его голоса, без встречи с ним? А он? Он может?
— Ну вот и приехали. — Голос Сирила вырвал Олли из тревожных раздумий.
Она выглянула в окошко машины и увидела небольшое озеро, по берегам которого росли густые кустарники с пышными цветами. Солнце уже начало садиться, и золотые стебли торчащих то тут, то там камышей окрасились в розовый цвет. На поверхности воды барахтались солнечные блики, придавая озеру вид огромного сверкающего блюда из хрусталя.
— Как красиво! — Олли выскочила из машины и, не обращая внимания на Сирила, залюбовавшегося ее изящной фигурой, поспешила к озеру.
Он, прихватив с собой плетеную корзину и толстый шерстяной плед, присоединился к ней. Пока Олли, стащив с себя туфли, бегала босая по кромке воды, Сирил расстелил плед и разложил на маленькой скатерти содержимое корзины.
— Боже ты мой, — улыбнулась Олли, когда, вволю набегавшись, вернулась к нему. — Я и не думала, что ты такой предусмотрительный.
— Конечно, пикник на озере — не бог весть как оригинально, — насмешливо заметил Сирил и, усевшись на плед, жестом предложил Олли последовать его примеру. — Но я надеюсь на твою снисходительность.
— Смеешься? — присев рядом с ним, покосилась на него Олли. — Я уже лет сто вот так не сидела.
— Хорошо сохранилась, — подмигнул ей Сирил и потянулся,
— Сливовицы? — переспросила Олли, разглядывая керамическую бутылку, окрашенную в нежно-лиловый цвет. — Выглядит соблазнительно…
— Это молодое сливовое вино. Оно совсем легкое. — Сирил снова взялся за бутылку. — Не думаю, что ты сильно опьянеешь от бокала такого вина.
— Мм… — простонала Олли, одолеваемая мучительным соблазном. — Не могу удержаться. Но учти, это на твоей совести, Сирил Блэкмур.
— Успокойся. Если что, я привяжу тебя к сиденью машины и отвезу домой. Благо мне уже хорошо известно, где ты живешь, мисс Дангл.
Сирил разлил вино по бокалам, плеснув себе столько, что темно-лиловая жидкость лишь прикрыла донышко.
— Мне больше нельзя, — объяснил он Олли. — Я за рулем, к тому же обещал, что доставлю тебя домой в целости и сохранности.
— Помню, кто-то говорил, что не может пить без тостов. — Олли подняла бокал, в который тут же упал солнечный лучик. — И мне хочется поблагодарить тебя за этот вечер… за то, что ты сделал все это для меня.
— Нет, Олли, я на такое не способен. — Сирил улыбнулся и кивнул на озеро, распростершееся перед ними.
— Поверь, я не обольщаюсь на твой счет, — ответила она, немного обиженная тем, что Сирил перебил тост. — И все-таки спасибо, что устроил мне сюрприз.
— Тебе спасибо, что доверилась мне, — уже серьезно ответил он. — За нас, Олли.
— За нас…
Она сделала глоток вина, действительно оказавшегося легким и необычайно вкусным. Сирил протянул ей разрисованную узорами бумажную тарелку с красиво выложенным на ней сыром и гроздью винограда.
— Красота, да и только, — блаженно вздохнула Олли и положила в рот кусочек сыра. — Наверное, любовь к украшательству еды передалась тебе по наследству.
— С чего ты взяла? — изумленно уставился на нее Сирил.
Олли поняла, что выдала себя с головой. Впрочем, она все равно собиралась поговорить с ним о том, что случилось сегодня днем.
— Сирил, я брала интервью у твоей мамы, миссис Элеоноры Блэкмур, — проглотив сыр, призналась Олли. Маслинно-темные глаза Сирила уставились на нее с еще большим изумлением, но ни возмущения, ни раздражения она в них не заметила. — Разумеется, инициатива была не моя. Миссис Блэкмур сама позвонила в редакцию и предложила дать интервью. Шеф выбрал меня, хотя, ты сам знаешь, я постоянно опаздываю. Однако миссис Блэкмур была ко мне очень добра, и мы прекрасно поговорили. Она — уникальная женщина и очень талантливый человек. Правда кое-кто из ее работников так не считает… — нехотя продолжила Олли. — Уволенная сегодня официантка призналась мне, что миссис Блэкмур очень строга и на днях выгнала из ресторана своего лучшего повара…