Кофе с перцем
Шрифт:
— Ее нашли в лесу. С раздробленными ступнями, многочисленными порезами на лице.
— Маньяк-психопат?
— Это одна из версий, — не стал распространяться Губарев.
— Я могу идти? — спросил Денис, глядя на Васина.
— Мой помощник вам еще нужен?
— Пока останьтесь. У меня могут возникнуть к вам вопросы, — ответил Губарев.
По сравнению с Надеждой Анисиной секретарша в приемной выглядела настоящей замухрышкой. Помощница помощника как будто бы сошла с обложки глянцевого журнала. Безукоризненная осанка, вид королевы, одежда — явно не с блошиного рынка. Это понял даже Губарев, далекий от веяний моды и стиля.
— Надежда Алексеевна, — представил ее Васин. — Надя, — обратился он к ней, — у тебя сохранились данные по нашему первому кастингу? До Марголиной?
Анисина слегка нахмурилась:
— До Марголиной? Конечно.
— Тут из милиции интересуются некоей Сугробовой. Ты помнишь такую?
— Да. Я с ней беседовала несколько раз.
Надежда Алексеевна не задала никаких вопросов: почему им нужна Сугробова и что случилось. Ни одного лишнего движения или жеста. Полная невозмутимость.
— Она убита, — пояснил Васин.
Майор отметил про себя, что Васин не предложил Анисиной сесть. То ли хотел этим подчеркнуть ее статус, то ли что-то еще.
— Какое она произвела на вас впечатление? — задал Губарев вопрос Снежной королеве.
— Нормальное. Она никогда раньше не снималась в кино, поэтому ей не хватало практики. Но типаж был интересный. Подходящий для фильма.
— Как она держалась: спокойно, нервничала? Что вы можете сказать о ее характере?
— Она держалась соответственно задаче, которая перед ней ставилась. Нам она была интересна как актриса. А в тонкости ее характера я не вникала.
Анисина смотрела на Губарева холодными светлыми глазами. На секунду у майора мелькнула посторонняя мысль. Не относящаяся к делу. А есть ли любовник у такой вот Снежной королевы? И если есть, что он чувствует, когда обнимает этот холод и неприступность? И растапливаются ли в минуты любви льдинки в ее глазах? Или таким застывшим созданиям любить не полагается? Любовь — это эмоции. А у Надежды Алексеевны была явная нехватка эмоций. Как витаминов по весне.
— А что вы еще можете сказать о Сугробовой? — Губарев не терял надежды растопить эту сосульку. Но совершенно напрасно.
— Ничего. К тому же это было давно.
— Да. Давно, — подтвердил Васин.
Дело вырисовывалось — дрянь. Как Губарев и думал. Уравнение со множеством неизвестных. Не-решаемое уравнение. Никто ничего не знает о Сугробовой. Для студии «Арион-Т» это была всего лишь еще одна галочка в сложном творческом процессе. Галочка, которую в скором времени собирались стереть ластиком. И сдать в архив. И никаких тут тебе зацепок. Губарев почувствовал прилив отчаяния.
— А Марголина? — спросил он вслух. Все трое повернулись к нему, как подсолнухи вслед за солнцем.
— Что — Марголина? — спросил Васин, выдвинув вперед челюсть. — Я вам все рассказал о том несчастном случае.
— Вы были на пикнике, когда утонула Марголина? — Этот вопрос Губарев адресовал только ей. Снежной королеве.
Она выждала паузу. А потом произнесла:
— Да. Была.
— Вы были с ней знакомы?
— Нет. Мы общались только по делу.
— Кто видел ее последней? — Вопрос был адресован всем троим. Они переглянулись.
— Наверное, я, — неуверенно протянул Денис. — Я видел, как она отошла в сторону. Я подумал, что…
— Что?
— Ну…
Наступило молчание. Губарев подумал, что сейчас они встанут с Витькой и уйдут. А эти трое забудут о них через пару минут. У них завертится своя карусель, суета, беготня.
Все. Пора было уходить. Губарев поднялся с атласного стула.
— Сугробова и Марголина. Обе должны были сниматься в вашем сериале. И обеих нет в живых.
Губарев бросил эти слова наугад. Как пробный шар. Но тут же понял, что в этом что-то есть. Какая-то своя логика, которую ему еще предстояло постичь. Но первое озарение уже пришло. Так бывает, когда в летний день после дождя сквозь серую пелену туч выглядывает солнце: робко, неуверенно. А потом оно решительно разрезает этот плотный покров и затопляет все своим золотистым светом. Так и здесь.
— Что вы хотите этим сказать? — от напускной приветливости Васина не осталось и следа.
Губарев бросил взгляд на Снежную королеву. Но она оставалась по-прежнему невозмутимо холодной.
— Пока ничего. — И майор подумал, что все не так безнадежно, как это кажется ему сейчас. Что можно подобрать отмычку и к этому расследованию. Если, конечно, хорошенько постараться.
ГЛАВА 6
Ларисе стал оказывать настойчивые знаки внимания местный авторитет, державший в страхе всю округу. Он недавно вышел из тюрьмы, открыл собственное дело: несколько палаток, торговавших всякой мелочовкой. Но вскоре взялся за старое занятие — рэкет и вымогательство. Ларису он увидел на улице. Она шла домой после занятий в драмкружке, сосредоточенная, вся в себе, и поэтому не заметила, как рядом с ней притормозила машина.
— Эй, — услышала она, — красотка, садись, прокачу!
Лариса повернула голову. Опустив окно черного «Мерседеса», на нее смотрел молодой человек с бритым затылком и мощным подбородком.
— Красотка, не слышишь, что ли, садись ко мне! Я два раза не повторяю. — Он широко улыбнулся. Между его передними зубами была выщербинка. — Как зовут тебя?
— Никак, — бросила Лариса, ускоряя шаг.
— А ты еще и грубишь! Непорядок!
— До свидания, мы с вами не знакомы.
— Так давай познакомимся!
Лариса вздохнула: похоже, этот тип отставать от нее не собирался.
— Вам что от меня надо? — устало спросила она.
— Познакомиться!
— А если я не хочу?
— А кто тебя спрашивает? Зато хочу я! Меня зовут Витя Соболь. Меня тут всякий знает. Спроси любого, кто такой Витя Соболь, тебе каждый ответит.
Лариса вспомнила: действительно, это имя было ей знакомо. Бандит и мерзавец.
— Я… тороплюсь домой.
Внимательно, без тени улыбки, молодой человек какое-то время смотрел на девушку, потом поднял стекло машины и резко рванул мимо нее. В душе у Ларисы зашевелился страх. Липкий, холодный. Лариса почему-то подумала, что на этом история не закончится. К сожалению, ее опасения оправдались. Витя Соболь стал обхаживать ее со всех сторон. Он разузнал, где она живет. Стал присылать со своими «гонцами» букеты роз, подарки. И каждый раз присылал записку с предложением поужинать в любом ресторане, в каком она захочет. Лариса все отсылала обратно. Она думала, что бандиту надоест безответное ухаживание и он рано или поздно прекратит осаду. Но она жестоко ошиблась.