Кодекс самурая
Шрифт:
– Что еще известно об этих танках? – Сталин тяжело взглянул на маршала.
– По самой приблизительной оценке весят они больше пятидесяти тонн. Толщина брони в лобовой части корпуса вряд ли меньше ста миллиметров, иначе немцы не
– Сколько их было?
– Четыре машины. Думаю, это только начало. Товарищ верховный главнокомандующий, войскам срочно требуются эффективные средства борьбы с новой техникой противника. Мы ожидали, что немцы сделают что-то в противовес нашим КВ и Т-34, но такого всё же предположить не могли. Возможно, с их броней справятся 85-миллиметровые зенитные пушки, но это крайнее средство – их и так вечно не хватает для противовоздушной обороны.
– Товарищ Жуков, ознакомьте с этой информацией товарищей Морозова и Устинова. Сегодня вечером мы еще раз вернемся к этому вопросу, а пока продолжайте доклад. Меня интересует, как идет подготовка к наступлению на Киев.
Мы все дальше продвигались на запад. При всей сомнительной боевой эффективности китайских речных катеров помощь людей Чан Кайши оказалась очень кстати. Нас разместили
Китаец аккуратно снял повязку, осмотрел рану, что-то осторожно ощупал, наблюдая за моей реакцией, и лишь молча покачал головой. Обработав рану и вновь наложив повязку, доктор уселся напротив меня на низкую скамью и внимательно посмотрел мне в глаза.
– Как фы сепа чуфстфуэтэ?
– Заметно лучше, чем сразу после ранения, – я слегка пожал плечами.
– Кокта это случилос? – китаец указал глазами на мою рану.
– Ночью. Зенитный снаряд взорвался рядом с кабиной моего самолета.
– Фы летчик?
– Да.
– И фы послэ этоко фели самолет?
– С большим трудом, если честно. Пару раз терял сознание, но ненадолго. Дотянул до берега и выпрыгнул с парашютом.
– Я фител расные раны, молотой челофэк… – китаец на несколько секунд замолчал и отвел взгляд в сторону. – Сейчас фсё фыклятет неплохо, но я хорошо понимает, как пыло ф началэ. Послэ таких утароф по колофе не фышифают.
Конец ознакомительного фрагмента.