Кодекс мстителя

Колычев Владимир Григорьевич

– Да не бойся, ты будешь зрителем.

– Что-то я тебя не понимаю.

– Скоро ты все поймешь!

Он свернул на улицу, которая тянулась между хлебозаводом и мясокомбинатом, а потом упиралась в железнодорожные пути. В этом районе было много укромных мест, куда бесконтрольно сгружался всякий мусор. Когда-то в здешних местах буйствовал маньяк. Он насиловал и убивал женщин, по неосторожности здесь оказавшихся. Эти безобразия творились тут не так уж и давно.

В одном таком безлюдном месте я увидела черный джип, возле которого стоял атлетически

сложенный парень в темных джинсах и белой футболке, поверх которой красовалась массивная золотая цепь.

– Здорово, брат! – бравурно поприветствовал его Вадим и небрежно шлепнул кулаком в подставленную ладонь.

– Там тебя ждут, босс! – сказал парень, кивком показав на машину.

Он обратился к Вадиму на «ты», но при этом почтительно назвал боссом. Круто.

А ждал нас тот самый порнорежиссер, который имел наглость меня обижать. Он выглядел настолько жалко, что я даже не сразу его узнала. Кучерявого скота трясло, глазки пугливо бегали из стороны в сторону. Кровь под носом, фингал под глазом. На шее у него была петля из поясного ремня, пряжку которого в огромном кулаке сжимал второй детина. На шее у него тоже сияла золотая цепь, только майка была черной, а брюки белыми.

– Этот? – спросил у меня Вадим, с пренебрежением глянув на него.

– Он самый.

Я догадывалась, какая опасность грозит несчастному деятелю порноиндустрии, но у меня даже мысли не возникло спасти его от расправы. А ведь я могла сказать «нет».

– Да я шутил! Это же шутка была! – простонал режиссер, взглядом моля меня о пощаде.

– Какая шутка? – Вадим растопырил пальцы и резко повел рукой, будто собираясь ударить по глазам жертвы.

Кучерявый скот испуганно шарахнулся назад, споткнулся, упал, и кожаная петля затянулась на его шее. Детина не опустил руку, в которой держал ремень. Напротив, он еще выше поднял ее, и режиссер стал задыхаться.

– Не надо!

Мне совсем не жаль было этого проходимца, но я вовсе не хотела, чтобы он умер у меня на глазах. Да уж, смерть – это слишком.

Вадим подал знак, и громила в черной футболке опустил руку.

– Мы тебя пробивали, Гена. Ты реально порно снимаешь, – зло сказал Вадим. – Так что не надо тут нам втирать про шутки. Ты знаешь, кто я такой?

– Да, знаю, – жалко пролепетал бедолага.

– Ты мою девушку обидел. Слышишь, мою девушку! – наседал на него Вадим.

Он вел себя излишне жестоко, но я его не осуждала. Даже наоборот. Ведь он вступился за меня, отстаивал мою честь.

– Как думаешь, Гена, что с тобой за это будет?

– Э-э… Но я же не знал, кто она такая.

– Вот и я не знаю, убивать мне тебя или нет.

– Не надо! – взвыл от ужаса Гена.

– А это не ко мне, а к Диане. Как она скажет, так и будет.

Я едва успела отскочить, когда режиссер вдруг бухнулся мне в ноги. Он готов был их целовать, чтобы вымолить прощение. В порно мне тоже целовали бы ноги, но вовсе не для того, чтобы вымолить пощаду. В сердцах я плюнула на этого подонка и сама чуть ли не с мольбой посмотрела на Вадима. Спасибо ему, конечно,

за помощь, но не стоило меня сюда привозить. Сам как-нибудь разобрался бы с этим извращенцем. Я хотела, чтобы Вадим избавил меня от столь ужасной сцены.

Похоже, он понял меня, кивком показал на Гену и спросил:

– Пусть живет или как?

– Пусть живет.

– Тогда пошли.

Он привел меня к своей машине, помог сесть.

– Это чмо тебя больше не тронет, – сказал Вадим с уверенностью сведущего человека, когда мы тронулись в обратный путь.

– Я знаю.

– Понимаешь, есть люди, которые не понимают простых вещей. Если девушка очень красивая, то за ней могут стоять весьма серьезные люди.

– Это ты о себе говоришь, да?

– А ты этого разве не поняла? – удивленно спросил он.

– Поняла. Но я не твоя девушка.

– А кто тебе сказал, что ты моя девушка?

– Ты Гене так говорил.

– Да? Но я же должен был как-то его пронять.

– Ты своего добился. Это были люди твоего отца?

– Да, они. Но ведь и я имею кое-какой вес.

– Это они Ивана били?

– Ну да, было дело. Больше наши ребята его не тронут.

– Как они его тронут, если он в Чечне?

– Где?!

– Именно там. Его в Чечню забрали.

– А куда конкретно?

– Пока еще не знаю, жду письма. Ты должен понимать, почему он пошел в армию.

– Почему?

– Потому что его отчислили из института.

– Я не знал.

– А кто в этом виноват? Ты подослал к нему своих людей, он с ними дрался, из-за них его забрали в милицию. После этой драки Ивана и отчислили.

– Не знаю ничего, – пожал плечами Вадим.

– Ты и людей своих к нему не подсылал?

– Ну, это было. Драка тоже. А то, что из института выперли, – нет, я здесь ни при чем.

– А кто при чем?

– Только он сам.

– А может, все-таки твоя работа?

– Зачем это мне?

– А затем, что Иван в армии, а не со мной.

– Плохо, что он далеко. Так бы Иван сам с этим Геной разобрался, мне не пришлось бы напрягаться.

– Значит, тебе не очень-то и хотелось что-то делать из-за меня? – возмущенно спросила я.

– Я этого не говорил, но не возражал бы, если бы твой Ваня меня подменил.

– Не хочешь напрягаться из-за меня!.. Зачем же ты своих громил на Ивана напускал?

– Ну, нравилась ты мне. Хотел отбить, да не вышло, – сказал Вадим как-то совершенно буднично.

Это не могло меня не задеть. Я не хотела быть будничной, желала, чтобы он из кожи вон лез из-за меня. Нет, я не собиралась быть с ним, не молилась о его победе, но и равнодушие Вадима меня раздражало.

– Не вышло, ну и ладно. Твоя маман меня неплохо утешила. Да и вообще мне всегда больше нравилась она, чем ты. Просто возраст у нее, сама понимаешь, а ты еще совсем молодая и такая же красивая. Ну, почти такая. Вот я и дал слабину. Решил на тебя переключиться, а там Иван этот. Знаешь, даже хорошо, что у меня не вышло. Чашу весов на твою маман потянуло. Мы теперь с ней неразлейвода.