Кодекс Люцифера
Шрифт:
– Есть две возможности, – заявил молодой человек. – Тебя подвешивают здесь, и ты горишь заживо, или ты говоришь, чтовидел.
Мужчина покосился на него. Его губы дрожали. – Теперь ты меня понимаешь, – сказал Киприан. – Такие, как ты, всегда понимают все языки.
Киприан увидел пролетающий мимо кулак капитана, и прядь волос вырвалась у него из пальцев, когда голова пленника отлетела в сторону. Колени мужчины ослабели, и он тяжело опустился на пол. Капитан
– Если мы расшатаем достаточно зубов, может быть, язык у него и развяжется, – проворчал он.
Киприан наклонился и присел на корточки возле мужчины, который со стоном провел пальцем во рту. Когда он вытащил палец, на нем осталась длинная нитка кровавой слюны. Мужчина болезненно скривился и осторожно сплюнул.
– На кого ты работаешь? – спросил Киприан. Мужчина уставился на него. – Ты следил за домом, верно? На кого ты работаешь?
– Следил? – эхом отозвался капитан.
Он поднял сапог. Пленный издал стонущий звук и отполз в сторону. Киприан сел на корточки между ним и капитаном.
– Отец Ксавье? – Киприан попробовал спросить наудачу.
Пленный оцепенел.
– Отец дерьмо-Ксавье, – сказал он с сильным акцентом и с такой же сильной ненавистью в голосе. – Я на отца дерьмо-Ксавье. Все дерьмо. Ты знаешь?
– Я ничего не знаю, – ответил Киприан. – Расскажи мне.
Мужчина покачал головой.
– Дайте-ка мне задать ему вопрос, – попросил капитан.
Киприан не сдвинулся с места. Капитан презрительно фыркнул. Юноша обернулся, взял у него глазную повязку и бросил ее к коленям пленного. Тот пытался не смотреть на нее.
– Они прикончат тебя, – сказал Киприан и указал на часовых. – Они повесят на тебя пожар, убийство Иоланты и, конечно, нищенство с мошенническими намерениями. То, как ты умрешь, и будет твоей прямой дорогой в ад, потому что чистилище не может быть более страшным, чем твоя смерть. Неужели отца Ксавье нужно бояться больше, чем этого?
Он увидел ответ в глазах пленного: «Да». Но у мужчины к горлу подступил комок.
– С меня хватит, – горя желанием помочь, заявил начальник стражи. – Ребята, дайте-ка мне нож. Тупой.
– Я говорить только тебе! – тяжело дыша, произнес мужчина и с мольбой посмотрел на Киприана. – Только тебе!
– Я весь внимание.
– Я ей следую, – прошептал мужчина и показал в ту сторону, где лежало безмолвное тело Иоланты. – Я ей следую, потому что отец Ксавье говорить. Она идет сюда. Я следую. Она идет дом.
– Почему этот доминиканец хотел, чтобы ты за ней шпионил?
Мужчина пожал плечами, но снова указал на ту сторону: – Он.
– Из-за Андрея?
– Я знаю? Говорить мне ничего. Всегда только: «Делай это, делай то».
– Ну хорошо. Что случилось потом?
– Я жду.
– Двое новоприбывших? Мужчины или женщины?
Шпион показал ладонью невысоко от пола, потом поднял ее выше.
– Маленький и большой, да. Женщина и мужчина?
Мужчина покачал головой. Он боролся с собой и вздыхал. Наконец поднял руки и сделал так, будто он что-то надел на голову, и сложил их потом, как для молитвы.
– Капюшон? Набожность? Молиться? Монахи?!
Пленный кивнул.
– Они туда. Долго ничего. Потом выходят опять. Большой несет маленького. Маленький – это… – Пленник изобразил убедительную пантомиму человека, который, полумертвый, лежит на руках другого. – Потом вода.
Он показал на колодец на той стороне улицы, сжал оба кулака и потряс ими в воздухе.
– Они разобрали ограду над источником?
– Да. И сделали…
Новая пантомима: кто-то пытался открыть дверь, но у него это не выходило.
– Они забаррикадировали двери, – сказал Киприан. – Я знаю.
– Потом – прочь.
Киприан медленно кивнул.
– Уж не верите ли вы ему? – спросил капитан.
Киприан поднял на него глаза, встал и отступил на шаг в сторону.
– В такую бессмысленную историю? Я бы ни за что не поверил ему, будь она более гладкой и логичной. Кроме того, я знаю, что доминиканец, о котором он говорил, на самом деле существует.
Капитан что-то пробормотал.
– Возможно, дело обстояло совершенно иначе, – предположил Киприан. – Возможно, монахи похитили Агнесс, а Иоланта хотела им в этом помешать. Он видел только двоих, но почему одним из них не могла быть Агнесс, в то время как второй монах прокрался где-то в другом месте? – Он подумал о пантомиме. От приступа внезапного беспокойства его дыхание стало прерывистым. – Нет, он сказал, что они покинули дом еще раньше. Они ее подкараулили и оставили где-то связанной? Но почему тогда Иоланта? В любом случае это след. Спасибо, что помогли мне, капитан. Прием «Добрый инквизитор – злой инквизитор» действует всегда.
– Да ну? – ухмыльнулся капитан.
– Вы можете задержать этого мужчину? Возможно, он мне еще понадобится.
– Мы так или иначе бросим его в тюрьму, – сказал капитан. – Вам нет необходимости приказывать нам это.
– Сохраните его в таком состоянии, чтобы он еще мог отвечать на мои вопросы.
Капитан окинул его взглядом. Киприан заметил, что тот относится к нему уже не с такой симпатией, и пожал плечами.
– Монахи… – повернулся он к пленному. – Было ли в них что-то особенное, кроме разницы в росте? Что-нибудь с их рясами или что-то в этом роде?