Кодекс Императора
Шрифт:
— Раз хочешь драться, используя дар, то сейчас я тебе покажу.
— Ты уверен, что хочешь превращать обычный спарринг в кровавую дуэль?
— Да! — яростно отвечает он и, кажется, у него сейчас начнется бешенство.
— Тогда ты умрешь! — холодно и твердо я предупредил его таким голосом, что он вздрогнул.
Только что к нему обратился не его брат Дмитрий, а сам Первый император.
— Ошибка… Ты допустил ошибку… — сквозь зубы обращается он ко мне, а затем подтягивает штаны и уходит.
Проследив
А я спокойно поворачиваюсь к толпе зрителей и улыбаюсь.
— Гриша, ты следующий? — обращаюсь к среднему брату.
На миг на его скулах проступили желваки. Но он ничего не ответил и ушел. Я тоже направился к себе и принял контрастный душ, это хорошо помогает взбодриться.
Эх, снова Федор показал себя не с самой разумной стороны, в какой уже раз. Он хотел прилюдно меня наказать, поставить на место, а что, в итоге? Сам остался без штанов. Теперь брат не успокоится, пока не доведёт начатое до конца.
Как жаль, что мне на это наплевать.
— Дима совсем страх потерял! Делает, что хочет, вредит всем нам! Этот сученыш понимает, что шансов стать императором у него немного, и только мешает, — Григорий ударил кулаком по столу.
Двое братьев и их сестра собрались после ужина в одной из гостиных для важного разговора. Анастасия спокойно слушала разговоры братьев, в которых уж слишком нелестно выражались об их младшем брате.
С одной стороны — она понимала их недовольство, а с другой — не больно-то хотелось вмешиваться.
— Его надо приструнить, — согласился Федор. — Он должен ответить за публичное унижение. Да и за то, что не действует в интересах рода!
Братья уже давно решили между собой, что Дима — самое слабое из звено и допускать его к власти не стоит. У него нет и капли тех качеств, которые нужны настоящему императору.
— Это должно быть жестокое наказание, — хищно улыбнулся Григорий, проматывая в голове варианты расправы над младшим братом.
— Мы ударим туда, где у Дмитрия были призрачные шансы на престол.
— Это оставит осадок, но ничего не изменит, — помотал головой Григорий. — Дмитрию никогда не стать императором.
— Отнюдь. Больше всего братец хочет стать императором. А мы заберем у него даже те крохи, что были, — Федор ухмыльнулся одним уголком рта.
Хоть при всем этом Дмитрий всегда говорил, что престол ему не нужен, но братья решили, что это все манипуляция, чтобы отвести от себя подозрения. Анастасия была с ним не согласна, но оставила эти мысли при себе. Дмитрий мог бы уступить трон, если бы было кому. Но скажи она это братьям, так они обидятся и на неё.
— А ты чего молчишь? — обратился Григорий к сестре.
— А что я? Мне Дима ничего не сделал, — Анастасия пожала плечами.
—
— Гриш, если ему ничего не делать, то он никого и не трогает, — озвучила она очевидное.
И это было правдой. Она младшему брату никогда не вредила, и у них сложились довольно теплые отношения. Если можно так назвать отношения между конкурентами за престол.
— У меня есть план, — заявил Федор.
— Какой? — со скепсисом спросил Гриша.
Недавно он решил для себя, что хочет убрать младшего брата, и это было очевидно для Насти. Григорий был слишком эмоционален, чтобы не ляпнуть это при фрейлинах, одна из которых и доложила цесаревне.
Федор же хотел действовать другими методами. Он по жизни был куда более хитер, в отличие от того же Гриши, который плясал под дудку Вороновых. И смерть Дмитрия старшему брату была не нужна. Он видел множество способов убрать с пути младшего, и сейчас выбрал самый эффективный из них.
— Завтра состоится пресс-конференция. Там я сделаю заявление, что у Дмитрия не только есть шансы сесть на трон, но и моя поддержка.
— Да ты совсем с ума сошел! — возразил Гриша.
— Дослушай до конца, — ухмыльнулся Федор. — В общем, следом я скажу, что Дмитрий сам вызвался съездить к северянам, чтобы освободить наших заложников. Вопрос стоит остро, и общественность ждёт наших действий, а больше никто туда ехать не собирается.
Даже канцлер намеревался туда поехать, но северяне не хотят вести переговоры ни с кем, кроме Романовых.
Что северяне, что персы… Всем подавай Романовых. Только если первые были готовы говорить с любым из наследников, то вторые требовали исключительно нового императора.
— И у Димы не будет выбора, — осознал Григорий, задумчиво поглаживая гладковыбритый подбородок. — Ему придется выйти к трибуне и согласиться, а иначе это позор — отказываться от подобных слов.
— Конечно, там его не убьют. Но унижений он натерпится знатно. Мы же знаем, как они обычно поступают, когда к ним приезжаешь.
Всем было известно, что похищениями занимались мелкие северные кланы, которые потом вызывали к себе знатных людей и повышали свой статус за их счет. Мол, целый граф у меня там на коленях ползал, даже если такого не было.
— А это не слишком жестоко? — внезапно спросила сестра, и оба брата обернулись к ней.
— Нет, — хмуро ответил Федор.
Анастасия вздохнула, понимая, что братьев она не переубедит. Нет смысла даже пытаться, но можно сделать чуть иначе. Она поднаторела в дворцовых интригах и понимала, как стоит действовать с разными людьми. С братьями это стоило делать в обход их самих.
— Что ты делаешь? — спросил Федор у Григория.
— Пишу Вороновым о твоем плане, — ответил средний брат, не поднимая головы от экрана смартфона.