Кодекс Аристо

Снегов Андрей

– Нет проблем! – отвечаю я, отправляя короткое воспоминание о смертельно опасном подарке турчанки в недосягаемые для мозгоправов глубины памяти. – Мне скрывать нечего!

– Вы еще не инициированы, и потому для вмешательства в ваш разум требуется разрешение родителей или опекуна, – заученно произносит Грибоедов. – Игорь Всеволодович его предоставил, и мы в своем праве. Прошу вас не сопротивляться ментальному воздействию, ибо оно может разрушить некоторые фрагменты вашей личности без возможности восстановления. Мы должны проверить вас на предмет незаконного воздействия Темных.

–

Валяйте! – простодушно говорю я и закрываю глаза.

Разум проваливается в вязкий и влажный, похожий на туман пульсирующий сумрак. При контакте с ним белесые очертания моей инфернальной сущности плывут и искажаются.

Три черных вращающихся вихря быстро приближаются ко мне, но я не сопротивляюсь. Сознания дознавателей оказываются рядом и превращаются в чернильные, масляно поблескивающие фигуры.

Их раскрытые ладони выстреливают множеством тонких колеблющихся нитей, и они окутывают меня словно ловчая сеть исполинского трехголового паука. Я обездвижен. Черная сущность Грибоедова приближается, перебирая поблескивающую паутину, и я снова, как и в первый раз, непроизвольно передергиваю плечами от отвращения.

Нити проникают в мою виртуальную плоть, и в глубинах разума возникает другой – враждебный и чуждый. Он погружается в мои воспоминания и скользит по ним, словно по кадрам кинофильма, прокручиваемого в ускоренном режиме.

Я выбрасываю чужака из собственного сознания в момент моего выхода из османского посольства и открываю глаза. Неожиданно для себя ощущаю, что стал сильнее и могу сопротивляться мозгоправам гораздо эффективнее, чем раньше.

Бледные лица дознавателей раскраснелись, морщины слегка разгладились, а глаза блестят словно у моих сверстников. Еще бы – они поучаствовали в самом настоящем порно с эффектом полного погружения!

– Вам понравилось? – спрашиваю я, пряча откровенную издевку за маской доброжелательности.

– Признаюсь, юный князь, что некоторые ваши навыки производят неизгладимое впечатление! – отвечает Грибоедов и подмигивает.

– Если понадобится – обращайтесь за консультацией! – с усмешкой предлагаю я склоняя голову.

– Мы не обнаружили деструктивного воздействия Тьмы на ваше сознание, – сообщает Грибоедов деловым тоном, пропустив мою шпильку мимо ушей.

Мне кажется, что в голосе дознавателя прозвучало легкое разочарование, и это мне не нравится. Ловлю себя на мысли, что не доверяю Темным. Ни тем, которые работают на Империю, ни тем, которые работают против нее. Разумного объяснения этому я не могу дать даже самому себе, мои ощущения продиктованы исключительно интуицией, и остается надеяться, что она меня не подводит.

– Значит, вы снова приехали зря?! – я поднимаюсь из-за стола, опираюсь на него руками и склоняюсь к серым морщинистым лицам. – Благодарю вас за заботу о моей безопасности и сообщаю, что засим намерен откланяться!

Я выхожу из приемной, а дознаватели, взбешенные моей дерзостью, даже не прощаются. Путь в кабинет Шувалова занимает не больше минуты, и Берестов догоняет меня уже у дверей.

– Зачем вы так? – спрашивает он, укоризненно глядя в глаза. –

Дознаватели – люди подневольные, на них обижаться не стоит…

– Я и не обижаюсь, – пожимаю плечами, нехотя признавая его правоту. – Пожалуйста, извинитесь перед ними за меня и сообщите, что мальчишка был пьян и неадекватен.

– Хорошо, Ваше Сиятельство! – Берестов кивает и уходит, чтобы выполнить мою просьбу.

Удивляюсь покладистости безопасника и, дождавшись приглашения Конибродского, толкаю тяжелую дубовую дверь.

Шувалов ожидает меня с неизменным бокалом коньяка в руках. На столе стоит поднос с кофейником, двумя чашками и вазочкой с конфетами. Взгляд старика расслаблен, а на устах застыла ироничная усмешка.

– Восточные сладости и кофе по-восточному, – Князь кивает на вазочку и бросает в рот пару конфет. – После сегодняшней ночи ты, наверняка, стал их горячим поклонником?!

Пропускаю издевку старика мимо ушей и молча подхожу к столу. Сажусь в мягкое кожаное кресло и наливаю себе густую и ароматную черную жижу.

– Как провел время? – спрашивает Великий Князь с деланным интересом. – Чем занимались с турчанкой?

– Стихи читали, – отвечаю я и беру со стола миниатюрную чашечку.

Выпиваю кофе до дна, заедая щедро засахаренными конфетами, и тянусь к кофейнику, чтобы налить следующую порцию, но Шувалов перехватывает мою руку.

– Не стоит! – он качает головой. – С такими нагрузками даже твое молодое и здоровое сердце может не выдержать! После трех то раз!

– Трубецкая доложила? – уточняю я без тени самодовольства и поправляю старика. – Четырех: Ольга покинула бал как раз после третьего…

– Отцом ты, надеюсь, не станешь?

– Не должен, мы были аккуратны…

– Ладно, шутки – шутками, а результат есть? – тон Шувалова становится серьезным.

– Результата нет, операция провалена – я не раскусил ее, а она не раскусила меня. Трубецкая права: турчанка была моим заданием, а я – ее. Девушку направили для знакомства со мной так же, как вы меня – для знакомства с ней!

О подарке, который мне вручила Кара, я не упоминаю, но хотя бы часть правды озвучить должен, иначе старик почувствует мою ложь.

– Любопытно: чем продиктован этот интерес, – задумчиво произносит Шувалов, глядя куда-то поверх моей головы.

– Зачем вы послали меня к османам на самом деле?! – спрашиваю я, отвлекая старика от совершенно обоснованных сомнений.

– Во-первых, государственная необходимость, – отвечает он после короткой паузы. – Во-вторых, личная заинтересованность: думаю, что контакты с османами будут расширяться, и этот их визит – лишь пробный шар.

Старик замолкает, делает глоток коньяка и молча смотрит на меня, перекатывая его на языке.

– А в-третьих?

– Хотел, чтобы ты на собственной шкуре испытал некоторые способности Темных…

В измученном мозгу начинает формироваться смутное подозрение, но Шувалов не дает перерасти ему в понимание и озвучивает еще не оформившуюся окончательно догадку.

– Темные девицы могут не только копаться в мозгах, но и обладают способностью вызывать неконтролируемое желание у мужчин…