Кодекс «Альтмана»
Шрифт:
Охранник кивнул ей:
— Добрый вечер. Мадам Керр, не так ли? — Он говорил по-английски с сильным датским акцентом.
— Да, это я. — Диана предъявила пропуск и знак.
— Будьте добры, наденьте карточку на шею и откройте чемоданчик.
Керр распахнула кейс и показала ему блокноты с желтыми страницами, шариковые ручки, французский и датско-фламандский словари и мировой альманах за текущий год.
Охранник кивнул:
— Писательские принадлежности, йа?
— Они во все времена одни и те же. — Керр улыбнулась.
Войдя в здание, она поднялась на верхний этаж. Кроме кабинета директора, здесь размещались только архивные помещения —
Керр достала блокнот, сняла с полки папку с самыми первыми документами «Ян Донк Импортерс», написанными от руки, и положила их на узкий стол, вдоль которого выстроились высокие деревянные стулья. Бумага документов посерела и стала ломкой. Осторожно перелистывая страницы, она прочитывала их и делала пометки в блокноте.
Через четыре часа месье Ла Пьер наконец ушел, охранники завершили вечерний обход, и в здании воцарилась могильная тишина. Керр вновь подняла крышку кейса и нажала медную пластинку. Открылось потайное отделение, и она вынула оттуда миниатюрный фотоаппарат и пару тонких резиновых перчаток. Натянув их, Керр торопливо прошагала к дальней стене архива, к каталожному шкафу, в котором хранилась текущая корреспонденция.
Он был заперт на замок с шифром.
Керр приложила к замку ухо и повернула диск, ощущая пальцами, как в чреве механизма сработал контакт, затем второй, третий... Ее сердце учащенно забилось, и замок открылся. Она перебрала папки и отыскала нужную — «Летучий дракон», Шанхай". Быстро оглянувшись, Керр вынула папку и принялась просматривать страницы, замирая при каждом, даже самом слабом звуке, разносившемся в старинном здании.
Отыскав необходимый документ, грузовую декларацию суда, Керр с облегчением улыбнулась. Она сфотографировала ее, вложила в папку, поставила папку в шкаф и вновь заперла его. Сняв перчатки, она торопливо вернулась к своему кейсу.
Керр быстро уложила веши в чемоданчик и в последний раз осмотрела архивное помещение, убеждаясь в том, что не оставила следов. Потом она выключила свет и спустилась на первый этаж.
Звук ее шагов разбудил задремавшего охранника.
— Вы закончили, мадам Керр?
— На сегодня достаточно. Слишком многое нужно прочесть и записать, чтобы справиться за один раз.
Охранник усмехнулся и шевельнул пальцем, словно откидывая защелку. Керр открыла «дипломат», и он пролистал ее пухлые блокноты, проверяя, нет ли там оригиналов документов, потом кивнул и захлопнул крышку.
— Вы сейчас домой?
— Выпью бокал-другой эля и лягу спать.
— Спокойной ночи.
Оказавшись на улице, Керр улыбнулась сама себе. Конечно же, она вернется сюда еще по меньшей мере дважды, чтобы придать побольше убедительности своей легенде. Она не стала заходить в бар, чтобы выпить эля, а сразу отправилась домой, в свою фотокомнату, где проявила пленку, сделала отпечаток восемнадцать на двадцать четыре сантиметра и факсом послала его в Вашингтон. Неплохой приработок для литератора, прикованного к письменному столу. Щедрая оплата, никаких улик. И надежда на завтрашнее приключение — похитить оригинал документа, заменив его копией, выполненной столь искусно, что она может пролежать в архиве много лет и никто не догадается о подлоге.
Вашингтон,
По своему обыкновению Фред Клейн проскользнул в Белый дом через дверь для работников кухни. Оттуда он в сопровождении сотрудника секретной службы направился прямиком в резиденцию главы государства.
Кастилья сидел на диване в зале переговоров, мрачно взирая на чашку с кофе. Как только в дверях появился Клейн, он вскинул глаза.
— Ты выглядишь так же скверно, как я себя чувствую. Что, факс не пришел?
Клейн закрыл и запер дверь.
— Дела обстоят еще хуже. Факс пришел. Но это не то, что нам требуется. Антверпенская копия декларации также заменена фальшивкой.
Кастилья выругался.
— А я ждал с таким нетерпением... — Он покачал головой. — Итак, наши поиски в Багдаде, Басре и Антверпене не дали ничего. — Он умолк и задумался. — Может быть, это ошибка? Зачем твой оперативник прислал фальшивку? Неужели он не знал, что это никчемная бумажка?
— Не он, а она. Нет, сэр, она не знала об этом. Я не мог подробно объяснить, что мы ищем и зачем, поскольку она живет в Европе и работает в европейском городе. Если бы что-нибудь стряслось, если бы она попалась либо обмолвилась хотя бы словом... Мы не можем позволить, чтобы сведения об инциденте с «Эмпресс» достигли посторонних ушей. В Ираке это не имело значения. Там уже знают о том, что мы хотим получить документ, но они не допустят утечки информации, потому что им нужны химикаты.
Президент вздохнул:
— Порой у меня возникает желание не выходить из своей спальни. Обстановка ухудшается с каждым днем. Садись, Фред, выпей со мной кофе.
Пока Клейн устраивался в соседнем кресле, Кастилья налил кофе и протянул ему дымящуюся чашку.
— Там, в Бетезде, меня уговаривают отказаться от кофе. Даже Касси поддерживает врачей. К черту их всех. Им не приходится работать так, как мне.
— Это верно, — сказал Клейн, жуя мундштук пустой трубки. — Судя по вашим словам, что-то произошло. — Он вынул трубку изо рта, пригубил кофе и тут же сунул ее обратно.
Кастилья одним глотком выпил половину чашки.
— Китайцы сделали ответный ход. На сей раз они не ограничились словами и отправили одну из своих субмарин следить за «Кроувом».
Брови Клейна поднялись выше ободка стекол его очков.
— Но они не нападали?
— Нет, и мы тоже.
Клейн вынул трубку и принялся вертеть ее в руках, забыв о кофе.
— Откуда появилась эта подлодка, господин президент? Каким образом она столь быстро оказалась на месте? Уж конечно, она прибыла не из Тайваньского пролива, не из Гонконга и не с острова Хайнань. Оттуда до «Кроува» слишком большое расстояние. Скорее всего, эта субмарина дежурила в Индийском океане или даже в Аравийском море.
Кастилья выпрямился:
— Проклятие. Ты прав. Должно быть, китайские подлодки следят за Пятым флотом.
Клейн кивнул.
— А теперь одну из них приставили к «Кроуву», желая показать, что кое-кто в Пекине намерен подстегнуть конфронтацию и раздуть конфликт.
— Согласен. Я понимаю это так, что за стенами Джун Нань Хаи идет борьба за власть.
— Звучит разумно. Но где именно — в Постоянном комитете или в Политбюро?
— Сам хотел бы знать.
— "Прикрытие-1" не имеет никаких сведений, которые указывали бы на это, — ни прямых, ни косвенных. Разумеется, китайцы держат происходящее в тайне — так же, как и мы. В их средствах массовой информации не было упоминаний об «Эмпресс».