Кодекс Альфы

Юллем Евгений

— Кровушки попить? — усмехнулась она.

— Нет, просто сил набраться. Рука устала.

— Звучит двусмысленно, — ухмыльнулась суккуб.

— Да ну тебя нафиг!

Мы поменялись местами, и я закрыл глаза.

— Э-эй, соня! Пора вставать! Петушок пропел давно!

— Что-то я их не наблюдаю. Их самокатов тоже, — я протер глаза.

— Ты продрых больше часа! — сказала Лами

— И еще бы столько…

— Мы в двух верстах от усадьбы помещика Варсанофьева.

И, как мне кажется, на том самом месте, — она ткнула наманикюренным когтем в экран.

— Почему?

— Сам смотри, — она увеличила изображение. — Первое — стена. Хорошая такая, прочная и целая. Второе — видишь прибамабасы по верху? Концертина, довольно свежая. Когда, эта твоя сказала, он сбежал?

— Не сказала, а я забыл спросить.

— В-третьих, видишь, что на крыше поместья стоит? — она переместила камеру.

— Ага, — я разглядел пяток спутниковых тарелок на крыше.

— Бьюсь об заклад, жилец их поставил сюда не порнушку смотреть. Хотя что ему остается, среди монстров-то?

— А вот то, что он сейчас смотрит и гадает, что и как, это бесспорно.

— Только ему сейчас очень и очень страшно. И он прикидывает, не дать ли по нам чем-нибудь тяжелым, — скривилась Лами.

— Твои предложения? — спросил я.

— Во-первых, включу «Завесу», — она пробежала пальцами по клавишам.— Это если он из чего тяжелого захочет пострелять. Зря, что ли, ты РЭБ их Эрика вытащил?

— На всякий случай.

— Вот и я о том же. А во-вторых… Ты что-нибудь можешь определить?

— Нет. Дистанция запредельная для меня. Максимум верста…

— Надо было с собой кого из ведьм взять… — вздохнула она. — Ладно, подъедем поближе и сбоку. Надеюсь, умник тут минное поле не поставил?

— Веди, я попробую уловить, — я достал Слезу Миров, зажал ее в кулаке, затем закрыл глаза и вызвал плетение Глубины.

Мы медленно подъезжали к усадьбе. Вот осталось шагов триста…

И тут по нам ударил пулемет. Пули рикошетировали от брони и уходили в разные стороны.

— Вижу пулеметную точку! — заорала Лами.

— Ну так дави ее к хренам!

— А как же желание Линды взять живым?

— К хренам! — повторил я. — Не даст в следующий раз, подумаешь!

— Как скажешь, — Лами нажала на гашетку.

Дум-дум-дум-дум! Черт, когда на эти полупушки глушители начнут ставить? Наверное, никогда. А в том месте откуда бил пулемет разверзся вулкан, все заволокло дымом с просверками огня, полетели какие-то обломки.

— Автоматика, — сказал я. — Он не там.

— Кто берет? — спросила Лами.

— Я. Ты, если что, на выручке.

Я щелкнул тумблером подавителя. Есть у него защита, нет — разницы никакой.

— Тогда держись! — она нажала на газ, и бэтр понесся к забору.

— Правее, правее, стой!

— Твой выход.

— Ага!

Я

выскочил из люка, как чертик из коробочки. Вот она, синяя отметка на втором этаже. Думаешь, я буду по правилам бегать-прыгать, уходя от пуль? А вот хрен тебе!

Я уже говорил, что мы быстрее и сильнее обычных людей? А, ну да, запамятовал. Кульбит, который я исполнил, сделал бы честь любому чемпиону олимпийских игр. Да что там, людям это вообще не под силу! Прыжок с брони через высокую стену поместья с приземлением на крышу как раз в районе второго этажа, да еще и на ускорении?

А вот теперь быстрый пробег по крыше и нырок в окно второго этажа. Стекла? Ерунда, заживет, как на вампире.

Пропавший ученый был здесь. И выглядел он, как обычный дрищ с улицы. Очочки, веселенькой расцветки ковбойка и джинсы — ничего примечательного. Только вот в руках дрища был ствол марки «сдохни от зависти, Шварц» особо крупного калибра. Он ему явно не понадобится, только он этого еще не понял.

Я просто перехватил ствол и погладил его по темечку — в нормальном времени это будет как оглушающий удар приличной силы.

Все, пора выходить на разговор. Я вернулся в нормальное время, дернул из его рук ружье.

— Ой! — он схватился обеими руками за голову.

— Будет тебе и ой и ай, — пообещал ему я, легонько приложив ему по лбу прикладом его же ружья.

Он резко решил отдохнуть и рухнул на пол, закатив глазки.

— Присоединишься? — сказал я в уоки-токи?

— Не могу, — сказала Лами. — Наше поле я сняла, а вот он свое — нет. Где-то стоит генератор.

— Разберемся. Приволоку его обратно для допроса.

Я взвалил тщедушное тело ученого на спину и прыгнул обратно.

… А вот пробуждение его было не столь спокойным и радужным. Мы постарались как можно больше воссоздать атмосферу уюта и доброжелательности. Особенно этому поспособствовали отвисшие челюсти панцирных волков. А то, что он был качественно примотан к сиденью — так для его же безопасности, чтобы не размахивал руками.

— Ну, — доброжелательно сказал я. — Поговорим?

У ученого аж очочки округлились от ужаса. Потому что добродушно скалились не только волки, но и мы с Лами.

— Э, смотри не обосрись! — предупредила его Лами. — Хотя тебе это все равно не поможет, брезент я подстелила. Только испачкаешься. А мыть мы тебя не будем.

— Кттто ввы… — проблеял ученый.

— Мы — сейчас твои лучшие друзья, — ласково улыбнулся я ему. — Пока. Но если ты не будешь говорить, мы станем твоими худшими врагами. А это не в твоих интересах. Понял?

— Поонял…

— Ну вот и хорошо, что понял.

— Смотри, какая цацка у него интересная, — Лами показала коробочку размером с портсигар. — Бьюсь об заклад, это его нейтрализатор.