Кодекс Альфы

Юллем Евгений

— Ну вот, подай-принеси! — пробурчала она.

— Это удел всех подмастерьев всех великих мастеров, — вздохнул я. — Привыкай.

С бэтром мы закончили за час. Протянули кабеля, прочно закрепили артефакт охотников на крыше.

— Ну что, красивая, поехали кататься? — подмигнул я ей.

— Поехали! — Лами довольно плюхнулась на сиденье рядом.

Пофыркивая вонючим дымком, мы выползли из гаража и, окончательно испортив остатки поездной дорожки, выехали за ворота.

— На тебе все управление огнем,

если что, — сказал я ей.

— Вижу, — коротко ответила она, смотря на мониторы.

Я поддал газу, и бронированный зверь с неожиданной легкостью рванул по степи. Отъехав на пару верст, я вручил Лами артефакт.

— Ладно, ладно, — вздохнула она и полезла в люк.

Я отъехал метров на сто и врубил подавитель. Судя по ней, либо артефакт не работал, либо…

Она было стянула артефакт с шеи, но тут же судорожно надела обратно. Встряхнула гривой своих иссиня-черных волос и пошла к бэтру. Я подождал, пока она не влезет в люк и не усядется на кресло.

— Ну что?

— Работает и то, и то. Ты ничего в подавителе не крутил?

— Нет, а что?

— Мощность увеличилась. Я только взялась за артефакт и хотела его снять для проверки, меня аж перекосогребило нипадеццки.

— Так тут энергии море, больше чем в тачке. А с этим что? — кивнул я на свисавший с ее шеи артефакт.

— Работает, как видишь. Влезла обратно при работающем излучателе. Знает твоя ведьма толк в извращениях.

Я выключил тумблер, заменивший рычажок на крыше.

— На, держи, — она дала мне коробочку обратно. — Ну что, поехали постреляем? Я там несколько пустых канистр закинула.

Я строго глянул на нее.

— Дай девочке немного поиграться, — сказала она. — И потом, надо же проверить ствол? Я блохастым не доверяю.

— Они тебе тоже. Ладно, поехали!

Глава 18

Устьевская губерния, степь

Наутро мы собрались в поход к первой назначенной точке, поместью графа Арлеутова. Заминка возникла только одна — волки тоже решили собраться в поход. Точнее, решила Альба.

Она подошла к бэтру, и поскребла люк десантного отделения, смотря то на него, то на меня.

— Она хочет с нами, — перевела мне Лами, услышав ее ментальный зов.

— Нет, — отказал я. — Она — их лидер, целая принцесса. Зачем ей ехать куда-то, где опасно? Я не думаю, что стая ее отпустит.

— Она скажет — отпустят. Если кто-то из ее народа попадется?

— Пусть даже и не просит.

Альба виновато подошла ко мне и осторожно лизнула меня шершавым языком.

— Она очень просит…

— Я, конечно, жалостливый человек и собак люблю, но спроси — она понимает риск для ее стаи, если с ней что-нибудь случится?

— Понимает, — прислушалась Лами. — Но она поедет и не одна.

К нам подошел Шарик и вопросительно посмотрел

мне в глаза.

— Еще и вожак стаи? Все руководство в сборе, блин. Тебе знаком старый принцип не летать всем в одном самолете?

— Знаком. Но считай это нашей услугой.

— Ладно, черт с вами, — крякнул я и открыл дверь. — Залезайте, пока я не передумал!

Волки протиснулись в люк.

— Занимайте места согласно купленным билетам, — я раздраженно захлопнул люк.

— Все будет нормально, — успокоила меня Лами, заняв место оператора.

— Твоими бы устами медок наворачивать…

— Лучше токайское, — деланно облизнула губы она.

Я уже был не в настроении продолжать перепалку.

Мы мчали по степи с максимально возможной скоростью, которую я решил не сильно повышать. Как говорил один мой знакомый, который с третьего раза смог выговорить слово «выбоины» — два первых раза получалось нецензурно. Они самые. Степь — это не только ровная поверхность, как соляные озера. Еще и неровности, курганы и овраги, вот на них воспаришь не хуже, чем на «лежачем полицейском». А даже лучше. Оказаться кверх колесами не просто вдали от цивилизации, а неподалеку с голодными монстрами из пробоев — себе дороже.

Хотя, они были слишком голодными. Сначала я расслабился, не видя перед собой никаких преград и тут…

Из маленького овражка выпрыгнул крабоук.

— Ну как из звизды на лыжах, — прокомментировала Лами, берясь за джойстик пулемета.

— Подожди, — остановил ее я. — Давай испытаем наше снаряжение.

— А что? Мысль! — сказала она, но пальцы с джойстика не сняла.

Я включил подавитель. Мне-то что, мы в металлической коробке без окон — камеры позволяют бронещитки не поднимать.

Твари это явно не понравилось. То он по-паучьему суча ножками трусил к нам, а после — резко рванул в обратную сторону с такой скоростью, что аж ноги замерцали, что твой стробоскоп. Крабоук опрометью мчался со всех ног обратно в свой бомжатник, но Лами это надоело. Она навела на него спаренный пулемет и дала короткую очередь из малого калибра.

Верхняя половина крабоука исчезла, а нижняя посучила еще ножками шагов десять, и упала в пыль.

— Работает, — довольно сказала Лами, сдув с пальца воображаемый дымок.

— Не сомневался как-то, — буркнул я. — Зря я что ли столько отдал за него…

— Ну это был тебе подарок от стаи, — как всегда бесцеремонно и без обиняков заметила она.

— Молодцы, для себя постарались, — хмыкнул я.

— И это тоже, — признала она.

— Ладно, не отвлекай, а то куда-нибудь не туда наеду, и всему придет конец, — сказал я, внимательно глядя в лобовой монитор.

Он пробурчала что-то себе под нос, из чего я разобрал только «хренов», и начала играться с джойстиком, наводя оружие на все, что видела.