Код Маннергейма
Шрифт:
— А ну опусти ствол! — заорал он с порога. — Руки вырву!
Его властный напор возымел действие — Миша опустил пистолет. Дюня в своей обычной, вальяжной манере прошелся по подвалу, осматриваясь. Потом остановился рядом с хозяином и укоризненно покачал головой:
— Ай-ай-ай, Яков Ароныч, что же вы — опять за старое?.. А ведь предупреждали вас — не доведет до добра эта торговлишка, чай, не в Абу-Даби, на выставке вооружений.
— Да что вы — какая торговлишка?.. Тут собрались коллекционеры
— Да ну? А что ж тут так порохом тянет?.. И смотри-ка ты, — он взял у Миши пистолет и выщелкнул магазин, — патроны-то боевые, а?..
Яков Аронович изобразил полнейшее недоумение и даже возмущение столь прискорбным обстоятельством. Николай так и не понял — знаком ли хозяин клуба с Дюней или просто быстро сообразил, кто пожаловал к нему в гости, но вел он себя в сложившейся ситуации, надо отдать ему должное, совершенно правильно.
Миша соображал медленнее, но и он, похоже, «въехал в тему»:
— Пришел мужик этот, говорит — посмотрите коллекцию, оцените, то да се. Я-то, как увидел, что оружие боевое, так сразу ему и…
— Значит, оружие принес он? — Одноклассник указал на Николая. Продавцы дружно кивнули, — Ну что ж, я забираю этого вооруженного до зубов господина с собой. Где его вещи?.. Не в руках же он тащил этот арсенал?
Миша полез под верстак и услужливо подал свою большую сумку. Дюня сложил туда все оружие, аккуратно застегнул «молнию» и сказал Николаю:
— Надо же, какой молчаливый коллекционер попался. Ну пошли, обсудим особенности стрелкового оружия Второй мировой в другом месте.
Яков Аронович осмелел настолько, что предложил:
— Не желаете ли кружечку пивка? Свежайшее, в кегах из Германии возим.
Дюня с любопытством взглянул на него:
— Спасибо, в другой раз. Думаю, что встречу с таким ценным экспертом, как вы, я не смогу отложить надолго.
Проходя через магазин, он бросил крепкому парню, ожидавшему у дверей:
— Уходим.
Задержавшись на мгновение в арке, молодой эфэсбэшник освободил прикованного наручниками к одному из «ежей» охранника, от души пнул его в тощую задницу и дружески пообещал:
— В следующий раз попадешься, фашист убогий, — уши оборву…
Поджидавшая Анна сразу бросилась в атаку:
— Анна Троицкая, корреспондент петербургских «Новостей». Представьтесь, пожалуйста, и объясните, что здесь происходит? И почему задержан мой коллега Николай Полуверцев?..
Дюня сначала опешил, а потом расхохотался:
— Это же она тебя, Колька, защищает!.. Все в порядке барышня, мы за наших…
Но Анна продолжала на него подозрительно коситься даже после того, как Николай подтвердил ей, что с ним действительно
— Я там не могла находиться, противно, и вышла на улицу. Когда эти двое подъехали и скрутили охранника, хотела тебя предупредить, но твой мобильный не брал. Собиралась уже идти тебя выручать.
— Спасибо, все в порядке, это мой приятель.
Николай подошел к терпеливо курившему в сторонке Дюне:
— Ну что, генерал, у ФСБ не нашлось более подходящего объекта для слежки, чем скромный редактор телевидения?.. Что ж ты, одноклассничек, мы же договорились, что дело это приватное?..
— Узнаю брата Колю! Ты чего, дружок, и вправду такой наивный?.. Рядом с тобой крутится один из самых разыскиваемых в мире террористов, а я, по-твоему, не должен обращать на это внимания? — Он не дал Николаю возразить. — Ладно, все, проехали. Есть у нас более важное дело, чем бакланить по поводу оторванного у ящерицы хвоста. Пока ругаемся — новый вырастет. Давай лучше обсудим планы на… — Он взглянул на часы. — Уже на сегодня.
Николай кратко поделился соображениями. Дюня, внимательно слушавший, подытожил:
— Деньги не нужны. Я из наших спецзапасов добыл тебе «куклу» с секретом. По виду — очень симпатичный «дипломат», набитый «зеленью», но с фокусом — что к чему, объясню на месте. Да и выехать пораньше не мешает — рекогносцировкой придется заниматься в условиях, приближенных к боевым, я прав? Так что давай — до шести утра. Трофеи, — он тряхнул сумкой, глухо звякнул металл, — я захвачу с собой. Не хватало еще, чтобы тебя менты с оружием зацепили…
Анна, ждущая Николая в машине, с ходу заявила:
— Я еду с тобой.
— Куда? — не сразу понял он, а сообразив, только тяжело вздохнул: — Анька, там ты будешь только мешать, потому что мне придется думать еще и о твоей безопасности. Извини, но я тебя не возьму.
Он старался говорить как можно мягче и спокойнее, но Анна все-таки надулась и на обратном пути все время молчала. Николай вернул ей «уплывшие» от Якова Ароновича две тысячи долларов и добавил, что необходимость снимать деньги с карточки отпала.
Довез ее до парадной все такую же надутую и молчаливую.
— Не обижайся, хорошо? — попросил он. — Как только что-то прояснится — я тебе сразу позвоню.
Анька поцеловала его в щеку.
— Знаешь, — сказала она, — у меня предчувствие, что все будет хорошо.
Добравшись до квартиры, она выглянула в окно и неумело перекрестила отъезжающую «девятку». Потом, упрямо сжав губы, набрала номер телефона Стасиса.
Пусть Николай старше, умнее и обычно оказывается прав, но у нее сейчас собственная правда и свои счеты.