Код личности 2
Шрифт:
А что так легко?
Удивившись, во-первых, легкости тела, одетого во всё черное, включая «шапочку вора», которая закрывала на только волосы, но и лицо, оставляя на виду только глаза, а во-вторых, легкости заплечной сумки, где награбленного было от силы пару кило, первым делом я сунула нос в сумку и удивилась еще сильнее, обнаружив там лишь пару безделушек-статуэток с камина из змеевика, да флакон туалетной воды из комнаты Матвея.
Ну и совсем эпичным стало моё изумление, когда я стащила с головы незадачливого воришки шапочку и выяснила, что умудрилась
Ну и что с ней делать? Точно не тут оставлять!
Чертыхнувшись, потому что девушка выглядела от силы на шестнадцать и была коротко стриженой мелкой блондинкой (но симпатичной!), я тяжко вздохнула… и понесла свою ношу на улицу. В машину.
Я, конечно, не гений дедукции, но что-то мне подсказывает, что флакон с туалетной водой в ее сумке оказался не просто так.
Стоило мне подойти к Газельке с ношей на руках, как из нее тут же выскочил Карепанов и молча уставился на меня. Сначала молча. Потом он внимательнее рассмотрел мою добычу и его лицо забавно вытянулось.
— Светка? Откуда…
— Знаешь её? — почти не удивилась, но всё равно с интересом ждала ответа.
— Ну да. — Мужчина выглядел смущенным. — Дочка нашей домработницы. Помогала матери иногда по дому.
И тут же помрачнел, кажется, что-то вспомнив.
— Прислуга в доме обычно не ночует, но в тот вечер Наталья Геннадьевна задержалась допоздна и я, если честно, не знаю, ушла ли домой вообще. У них есть своя комната отдыха, пару раз она оставалась с ночевой. Ты думаешь…
— Понятия не имею, — оборвала его. — Думаю, нам стоит привести в чувство твою юную поклонницу и спросить подробности у нее.
— Поклонницу? — нахмурился Матвей, но что-то в его тоне мне подсказало, что Карепанов лукавит. И явно в курсе, что девчонка к нему неравнодушна.
— Кстати, сколько ей лет?
— Семнадцать, — кривовато усмехнулся мужчина, быстро сообразив, к чему я веду. — И сразу отвечу на твой вопрос: нет. Между нами ничего не было. Она ж ребенок совсем!
— Некоторым это не мешает… — пробормотала вполголоса, вспоминая Голубева.
Надо будет, кстати, поискать по нему информацию в сети. Чем там дело кончилось?
Но сейчас стоит сосредоточиться на другом.
В итоге я аккуратно уложила девчонку на передние сидения Газели, похлопала её по щекам, но тоже аккуратно, сунула под нос ватку с нашатырем из автомобильной аптечки и наконец добилась того, что она начала приходить в себя.
— Что… я… — Она была явно дезориентирована, сначала медленно сев и уставившись на нас немного мутным взглядом, но потом несколько раз моргнула, узнавая Матвея, её глаза распахнулись, смешно округлились и она тихонько, но счастливо пискнула: — Живой!
И тут же разрыдалась, тихонько подвывая:
— Живо-о-ой…
Ну всё, это надолго.
— Ладно, успокаивай свою принцессу, а я пока пойду Алеськину одежду соберу, — усмехнулась, видя, что девчонку аж колотит от испытанного стресса, а Матвей совершенно не представляет, что делать с этим и куда девать руки, потому что
Не забыв прихватить из кузова сумки и коробки, я ещё раз внимательно изучила сигналки, отметив, что сработано невероятно грамотно и даже с меньшими усилиями, чем я сделала это вчера, после чего отправилась собирать вещи, начав с гардеробной Алеси.
Глава 4
В итоге одной только одежды оказалось четыре баула, под сумки-обувь ушло ещё два, а седьмой я набила самым разным, начиная с плюшевых игрушек, заканчивая полотенцами, гелями-шампунями и маской для сна. Между прочим, тоже деньги! Проще взять из дома, чем покупать новое. Дешевле точно.
Подхватив по сумке в каждую руку, вернулась к машине, не забывая поглядывать по сторонам, чтобы вовремя заметить опасность, но пока всё было тихо. Отлично!
За время, пока меня не было, Света успела успокоиться, но сейчас сидела на переднем сиденьи, насупившись, как мелкий хомячок. Кстати, у Алеси это получалось достовернее, у Светы просто не было таких пухлых щечек, как у Карепановой.
— Ну а теперь что? — поинтересовалась со смешком, начиная находить ситуацию откровенно смешной.
— Эта дурында хочет ехать с нами, — мрачно выдал Матвей. — Иначе грозится рассказать всё отцу.
— М-м… — хмыкнула. — И кто он? Нам есть чего опасаться?
И выразительно присмотрелась к цыплячьей шейке девчонки.
Уж не знаю, что она рассмотрела в ночи на моём лице, но разом подобралась и буркнула:
— Мой папа — Шмель!
— Прикольно, — хмыкнула. — А ты, значит, Пчелка? А маму, случайно, не Цветочком звать?
— Не смешно! — выпалила она, забавно краснея и посмотрела на Карепанова, который действительно старательно покусывал нижнюю губу, чтобы не рассмеяться. — Матвей, скажи ему!
— Нет, ну определенная доля юмора в его словах есть… — протянул мужчина, не выдержав, и всё-таки рассмеялся. А когда успокоился, то сначала потер плечо, куда прилетело острым кулачком, и только потом объяснил мне: — Её отец — Шмелев Иван Борисович. Наш автомеханик. Он из бывших боевиков отца, но отошел от дел по ранению. У него своя автомастерская. Ну и…
Он слегка нахмурился и бросил недовольный взгляд на притихшую Свету:
— Связи у него остались. Во многих кругах. Света, мне не надо, чтобы люди знали, что я жив, цел и всё остальное. Понимаешь?
— Но почему?! — выпалила она, явно делая это не первый раз, потому что Карепанов тяжело вздохнул и закатил глаза. — Мы же беспокоимся! Все мы!
— Так уж и все, — скривился Матвей.
— Ну… — Света тут же поникла и совсем тихо произнесла: — Кто выжил…
— Так, ребят, — привлекла я внимание, снова чувствуя, что такими темпами мы ни до чего не договоримся. — Давайте уже что-то решать. Дом большой, я один. Нахера вы тут булки мнете, пока я там один суечусь? Мне больше всех надо или как? Матвей, соглашайся уже и пошли поможешь. На крайний случай я просто придавлю её по дороге и выкинем в овраг. Лады?