Код Givenchy
Шрифт:
Он посмотрел на меня с некоторым недоумением.
— В чем дело? — резко спросила я, ощутив себя словно под микроскопом.
— Ничего. Просто я удивлен. Я считал, что ты…
— Попытаюсь попасть в Агентство национальной безопасности или куда-нибудь вроде этого?
— Ну да.
Я пожала плечами.
— Раньше у меня были такие планы, но какой смысл пытаться? На свете не так уж много мест, где требуются навыки, которыми я обладаю, да и сама работа наверняка не столь интересна, как кажется.
— Но
— Потому что меня не возьмут, — ответила я. — И никаких решений принимать не придется.
Мне вдруг показалось, что серые глаза Страй-кера заглянули мне в самую душу.
— Ты никогда в жизни ни в чем не терпела поражений, да?
— Не понимаю, о чем ты.
Этот человек подошел слишком близко к запретной линии.
— Я говорю серьезно. Ты компетентна, сильна и умна. Готов спорить, что тебе удавалось решать все предложенные задачи. Я прав?
Я постоянно терпела поражения в отношениях с мужчинами, но решила ему об этом не говорить.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Ты боишься проиграть.
— Вовсе нет.
Но не успела я произнести эти слова, как вспомнила восьмой класс. Все мои друзья выбрали машинопись. А я пошла на программирование. Коды я могла понять и контролировать. А вот заставить свои пальцы двигаться по клавиатуре так, как того хотел преподаватель, — тут у меня уверенности не было. Отметка ниже «отлично» в мои планы не входила.
— Ну признайся, — не унимался Страйкер. — Ты боишься проиграть. Боишься, что подашь документы на конкурс, а тебя не выберут. — Он покачал головой. — Идиотская причина для отказа от карьеры, подходящей тебе по всем статьям. Ведь в самом худшем случае они скажут «нет». А в лучшем? Только небо будет верхней границей.
Мне не нравилось направление, в котором двигался наш разговор.
— Ты хочешь, чтобы я призналась, что боюсь потерпеть неудачу? Хорошо. Я это признаю. Я боюсь проиграть эту игру. Проигрыш равносилен смерти. Именно таких последствий я и опасаюсь. Как это может сравниться с отказом в получении какой-то дурацкой должности?
— Извини. Мне не следовало на тебя давить. — Он взял мою руку и сжал пальцы. — Но ты не потерпишь поражения в этой игре. Поражение чуждо твоей природе.
Как ни странно, я почувствовала себя лучше.
Яхта медленно проплывала под мостом, шум проезжающих над нами машин сливался с ровным плеском волн.
— Ничего себе, — сказала я, чтобы сменить тему разговора, — я даже не знаю, где мы находимся.
— Зато я знаю. — Он оперся о перила рядом со мной. — Это Уильямсбергский мост. А там Бруклин, — добавил он, указывая вперед и налево.
Ну, Бруклин я бы и сама узнала, но мне была приятна его заботливость.
— А ведь я никогда не была в Бруклине, —
И нахмурилась: мне вдруг пришло в голову, что теперь такого шанса может и не представиться.
— Ты ничего не потеряла, — сказал Страй-кер. — Но если почувствуешь, что это большое упущение с твоей стороны, я готов тебя туда сопровождать, когда все закончится.
Он прочитал мои мысли, и я не сумела сдержать улыбки, хотя не сомневалась, что мы никогда не окажемся в Бруклине. (Верьте мне. Я никогда не почувствую это большим упущением.)
Яхта продолжала плыть дальше, разрезая тихую летнюю воду, омывавшую берега Манхэттена. Мы проплыли под Манхэттенским и Бруклинским мостами. И хотя я видела их на миллионах почтовых открыток, великолепие подвесного моста не могло оставить меня равнодушной.
Предложение Страйкера погулять со мной в Бруклине не выходило у меня из головы, и, когда мы проплывали мимо вертолетной площадки, я задала вопрос, который давно уже меня мучил:
— Ты думаешь, яд может быть простым блефом?
— А в компьютерной версии ИВП встречался блеф?
Я покачала головой.
— Тогда мы не можем рисковать, считая, что это блеф.
— Я этого и не предлагала, — поспешила я заверить Страйкера. Уж поверьте мне, я очень хотела найти следующую подсказку и вместе с ней противоядие. — Просто случайная мысль.
— Я рад, — заявил Страйкер. — Я подготовлен для драки, но игру ты знаешь намного лучше. Ведь я в нее вообще не играл. Возможно, ты полагаешь, что твои случайные мысли бесполезны, но мне необходимы любые детали, чтобы составить представление о происходящем. Никогда не знаешь, что может иметь значение.
— Что ж, теперь ты знаешь, что ИВП не имеет ничего общего с покером. Никакого блефа.
— Совершенно верно.
Некоторое время я изучающе смотрела на него, даже не пытаясь скрыть свой интерес. От него и в самом деле исходила уверенность и сила. Ну а то, что он оказался умным, было просто дополнительным призом, как и тот факт, что этот мужчина чрезвычайно опасен. Страйкер спокойно ждал, и лишь легкое подергивание левой щеки показывало, что он с трудом сдерживает улыбку.
— Ты хорошо делаешь свою работу, верно? — спросила я.
— Да.
Коротко, ясно и по существу. И без лишней скромности. Ну что тут еще сказать? Мне нравился этот парень.
— Но чем именно ты занимаешься? — поинтересовалась я. — Ты вот читал мою биографию, а я почти ничего о тебе не знаю.
— Главное тебе известно, — ответил Страй-кер.
— Вовсе нет, — возразила я. — Какой у тебя любимый фильм?
— «Монти Пайтон и Святой Грааль». Неплохо, решила я. У него есть чувство юмора.
— А телевизионный сериал? — «Значок полицейского». На любителя, но мило.