Код Альтмана
Шрифт:
– Что ты думаешь о такой операции?
– Судя по тому, что я видел, капитан Киавелли не ошибся в оценке обстановки. Но я не встречался с самим пленником.
– Спасибо, Виктор.
– Не за что. Деньги поступят обычным путем?
– О любых изменениях тебя известят заранее. – Клейн уже вернулся мыслями к Смиту.
– Прошу прощения за неуместный вопрос, но Россия и Армения переживают не самые лучшие времена.
– Понимаю, Виктор. Я благодарен тебе. Ты, как всегда, действовал умело и профессионально. – Клейн положил трубку, подумав, что замысел Киавелли вполне можно реализовать, если… «Куда, черт побери, запропастился
Он посмотрел на часы, снял очки, помассировал глаза и откинулся в кресле, глядя на синий телефон и дожидаясь его звонка.
Воскресенье, 17 сентября.
Гонконг
Джон повернулся кругом:
– Мне нужно идти.
– Эй, солдат, – заговорила Рэнди. – Ты никуда не пойдешь, пока не расскажешь нам, в чем тут дело.
Джон нерешительно замялся. Если он откажется от объяснений, Рэнди доложит в Лэнгли и начнет доискиваться самостоятельно. С другой стороны, что он мог сообщить, не выдав целиком доверенную ему тайну? Вероятно, немногое, и на сей раз у него не было убедительной легенды, которая сбила бы с толку Рэнди и ее людей. Воскресшая супруга Ю Юнфу привела слишком много подробностей, в том числе – список незаконных грузов «Эмпресс». Смит ничего не мог сказать, не упомянув о том, чего не знала Ли Коню, – о своем задании.
– Хорошо, я не стану лгать, – заговорил он. – Но я не могу рассказать вам, что происходит. Подробности известны только тем, кому их необходимо знать, а я выполняю конкретные распоряжения. Могу лишь заверить вас: я работаю на Белый дом. Меня прислали сюда только потому, что я участвовал в научной конференции на Тайване и имел возможность незамедлительно перебраться в Китай. Меня выбрали исключительно из соображений удобства. Женщина, голос которой вы только что слышали, – супруга человека, играющего в этой истории ключевую роль. Она и ее муж исчезли. Однако мы ничего не знали о его смерти. Я должен как можно быстрее доставить эту информацию своему руководству.
– Но при чем здесь корабль и грузовая декларация? – спросила Рэнди.
– Этого я не могу сказать.
Рэнди пристально смотрела ему в глаза, пытаясь уловить фальшь, но видела только тревогу, и это беспокоило ее.
– Связана ли твоя операция с утечками информации из Белого дома?
– Утечки? Это и есть твое задание? Тебе поручили следить за МакДермидом?
– Да. А ты вышел на него, осуществляя свою операцию.
– Верно. Я должен передать своему начальству очень многое.
– Я тоже.
Томми, которая покинула комнату некоторое время назад, торопливо вернулась, бормоча ругательства:
– За нами следили! Джон, если вы собираетесь уходить, отправляйтесь через боковую дверь, ведущую в соседнее здание, а затем – в следующее. Этот путь выведет вас на перпендикулярную улицу.
– О ком вы говорите?
– О Фэн Дуне и его людях. Они наблюдают за улицей и переулком. Одно радует – похоже, они не знают толком, где мы находимся.
– Этот путь свободен? – спросил Джон. Все резиденции и явочные квартиры разведслужб имеют два, а то и три выхода.
– Еще нет. Вам придется подождать.
– У вас не найдется свободной комнаты? Я должен выйти на связь.
– Ты не боишься, что в комнате окажутся «жучки» и мы тебя подслушаем? – мстительным тоном осведомилась Рэнди.
Ситуации, в которых Джон был вынужден утаивать что-либо от
– Я доверяю вам. Черт побери, вы вытащили меня из передряги. И я очень благодарен вам за врача, за обед и за то, что вы помогаете мне выбраться отсюда. Если повезет, я, быть может, сумею ответить вам тем же.
Рэнди свирепо воззрилась на него и покачала головой.
– От тебя одни неприятности, Джон, – сказала она, тяжело вздохнув. – Ладно. Я сама найду тебе свободную комнату.
Глава 32
МакДермид уединился с Фэн Дунем в своем кабинете, наполненном музейными полотнами и вазами династии Мин. Фэн уселся в кресло напротив стола МакДермида, скрестив на груди могучие руки, с бесстрастным выражением на широком лице.
– Смит и женщина залегли на дно. – После побега пленников Фэн отрядил большинство своих людей на поиски, а остальные занялись опросом прохожих. Именно они сообщили Фэну об американце, который окликнул бежавшую женщину из машины. Он назвал ее то ли Сэнди, то ли Мэнди или, может быть, Рэнди.
– Черт побери, что ты хочешь этим сказать? – спросил МакДермид, с трудом сдерживая гнев. Ему не терпелось предъявить Фэну запись разговора с Ли Коню.
– Мои люди сумели проследить за ними до Лоуэр-Альберт-роуд, после чего они исчезли в переулке.
– Исчезли? Кто же они такие – волшебники?
– Судя по всему, там находится нечто вроде явочного дома с потайными выходами. Мои люди продолжают наблюдение.
– Значит, они все-таки из ЦРУ?
– Мы до сих пор не имеем сведений о принадлежности Смита к какой-либо из известных разведслужб. Имя женщины мы знаем лишь частично, вдобавок его плохо расслышали. Это может быть как имя, так и фамилия. Мы пытаемся установить ее личность по своим каналам. Но я исхожу из предположения, что она работает в ЦРУ. Кем бы ни были эти двое, они рано или поздно объявятся вновь.
Столкнувшись с таким множеством затруднений, МакДермид растерялся. Когда речь шла о терпящей бедствие компании либо о пакете обесценившихся акций, он чувствовал себя в своей стихии. Еще лучше – прибрать к рукам нечистоплотного политика либо сенатора, проигравшего выборы, и использовать этих людей для выколачивания инвестиций или проталкивания выгодного законопроекта. Для МакДермида это было детской игрой. Груз «Эмпресс» – совсем другое дело. Это предприятие было настолько масштабным, что могло увенчать все остальные, словно драгоценный камень.
МакДермид подавил тяжелый вздох. Ради «Эмпресс» он был готов преодолеть любые трудности.
– Возможно. Забудь на время о Смите и женщине и послушай вот это. – Когда запись закончилась, обычно добродушное лицо МакДермида излучало ярость. – Это действительно Ли Коню и Ю Юнфу?
Фэн Дунь окинул кабинет мрачным взглядом и кивнул.
– Они обвели меня вокруг пальца.
– Обвели тебя вокруг пальца! – взорвался МакДермид. – И это все, что ты можешь сказать? Ты – болван! Юнфу жив, и декларация по-прежнему находится у него! Они подменили документ, и ты увидел, как Ю сжигает другую бумагу, а его самоубийство было хорошо поставленным спектаклем. Он упал в реку именно для того, чтобы ты не нашел труп. Он выстрелил холостым! Как ты мог свалять такого дурака?