Кочевница

Долина Даниэла

– Представь себе: а я ничего подобного не предполагала. Вы тоже знали, что Тёмный Лорд выстроит здесь всю свою свору? — девушка обвела взглядом собравшихся в тесной палатке Кочевницы. Их было немного: Орландо, Елена и Роланд с малышом на руках.

– Ну… — Орландо пожал плечами, но было видно, что произошедшее для него не сюрприз.

– И как теперь мы с Альфредом попадём к Вратам? — Рол меньше других понимал, что происходит, но точно определил: проникнуть в пещеру незамеченными не удастся.

– Подожди, Роланд. Мария, расскажи всем, что ты мне

говорила пару дней назад. — Елена, которая разогревала на своей магической горелке молоко, встала, подошла к Роланду, взяла из его рук малыша и начала кормить. Тот жадно ухватил упругий сосочек из выделанной телячьей кожи и стал причмокивая сосать. Мария с умилением секунду любовалась чудесной картиной, потом начала:

– Я была уверена, что в этот раз в кузницу будет попасть гораздо сложнее. Но я так же уверена, что мой дед поможет нам в этом.

– Дед? — Лизи приподнялась с подушек.

– Да. Понимаешь?.. Понимаете, я каждую ночь вижу его. Он будто из прошлой жизни. Я вижу его дома: там, где он жил… Мы гуляем, болтаем о разном. Ничего о кочевниках. Но он ведёт меня. Понимаете? Как же это объяснить? Он ведёт меня в свою землянку в лесу возле Хайхилла. Ну, где вы жили, Рол…

– А. Ну да. Я понял. Он там что-то оставил для нас. Да? Но откуда он мог знать?

– Он многое мог знать. Даже то, чем всё здесь закончится, Рол.

Орландо встал:

– Ну что? Пошли?

– Куда?! — воскликнули все, кроме Мэри, в один голос.

– Нет смысла, да и времени откладывать. Полнолуние уже сегодня.

Все засобирались. Роланд — тоже.

– Ты останешься с Альфредом, — сказала Мария. Роланд не возражал.

Под пологом опускающейся на землю ночи чародеи начали пробираться вглубь леса. Никто, кроме Кочевницы, не знал, куда идти. Жуткий холод и метель угрожали заморозить человеческую плоть, навечно похоронить её в толще всё прибывающего грязноватого снега, подкрашенного красным. Сейчас маги не могли использовать хлысты, чтобы сохранить свою вылазку в тайне. Приходилось, утопая по пояс, выбиваясь из сил, продвигаться, как это делали бы обычные люди. Меньше других страдала от трудностей Мария. Казалось, что её тело невесомо. Она без труда утопала в снегу и без труда же выныривала из него. Все понимали, что с Кочевницей они преодолеют путь, но это было очень тяжело… Спустя полчаса Мэри остановилась и произнесла:

– Это здесь.

– Где? — Елена оглядывалась по сторонам, но ничего кроме грязной тёмно-багряной мглы, которая застилала даже серебристое лунное свечение, не видела.

– Это под нами? — Орландо научился понимать Марию.

– Да. Воспользуемся хлыстами. Здесь нас никто не увидит. Даже Берингриф.

Уже через минуту чародеи были внутри землянки. Тёмно-серые стены, обложенные камнем, и земляной пол. Потолок такой низкий, что Орландо пришлось наклоняться, чтобы не упереться в него. Грубая мебель из плохо струганных досок и обитая кое-где тряпьём. Посередине просторной круглой комнаты — большой стол, по периметру — три кровати и детские колыбельки. Было видно, что сколочены они недавно:

древесина ещё не успела почернеть. На стене у самого потолка тёмный лик Спасителя. Мария инстинктивно перекрестилась, увидев икону, а потом оглянулась на остальных. Только Орландо, казалось, понял, что означает этот жест.

Мэри, окрылённая надеждой, бросилась к иконе, взяла её в руки и стала осматривать со всех сторон, но нигде не было и малейших признаков на какое-нибудь послание Вориэгрина. Она безнадёжно опустилась на кровать, поцеловала лик Спасителя и бережно положила его рядом с собой.

– Ну что? — Лизи не терпелось узнать, нашла ли Мария выход из создавшегося положения.

– Ничего…

– Что будем делать? — Элизабет по привычке посмотрела на Орландо. Обычно он руководил парадом.

– Пока ничего. Останемся здесь ненадолго. Роланд знает, где мы. Останемся. Сегодняшняя и две следующие ночи ещё наши.

Мария не возражала. Она знала, что будет здесь до тех пор, пока дедушка не захочет ответить ей на вопросы. «Как ответить?! Бред… Господи, помоги»!

Орландо и Мария жались друг к другу на узкой и твёрдой кровати. Где-то в темноте тихонько посапывали Лизи и Елена. Мэри не спала. Воспалённый мозг перебирал немыслимые варианты послания Кочевника, которое он мог бы оставить в этой землянке. Орландо легонько коснулся её волос и словно пробудил от так и не успевшего прийти сна:

– Что?

– Может, давай не будем искать никаких знаков…никакой помощи от твоего деда. Давай разработаем план проникновения в кузницу с боем.

– Не знаю… Послушай, Орландо. Что мне делать с этим проклятым даром? Почему я не могу им управлять?! Почему?!

– Не кричи… — Орландо зажал ей рот ладонью. — Успокойся.

– Что случилось? — Элизабет вскочила и ошалело стала всматриваться в темноту, пока не вернула способность видеть.

– Ничего… Спи. — Орландо встал, уложил Лизи как маленькую, укутал изъеденным неизвестным животным войлочным одеялом и вернулся к Мэри.

Мария заревновала, но не подала виду. В своей прошлой жизни она считала, что не сумеет ревновать никогда. Это как-то не про неё… Теперь ревность снедала её чувства подобно жуку-древоточцу, подъедающему деревянную опору. А вдруг она ослабеет, пошатнётся и упадёт? И завалится всё строение, обрушится на голову, засыплет… Никому не выбраться. Да у неё ведь ест хлыст! Мэри выхватила его и полосонула плетью вокруг себя, обозначив купол. Сквозь его свод теперь не смогут проникнуть ни камни, ни песок, ни земля…

В следующий миг Кочевница оказалась подмята под себя мускулистым телом Орландо. Он запыхавшись всматривался ей в лицо, пытаясь угадать причину столь агрессивного поведения возлюбленной.

– Опора… Там… Это бревно, что посередине. Орландо, да оставь ты меня! Нам надо сломать эту опору. Понимаешь?

Лизи с Еленой уже рассматривали опору, что располагалась по самому центру землянки. От неё подобно лучам в стороны уходили балки и упирались в стены. На этой опоре держалась вся незамысловатая конструкция жилища.