Кочегарка
Шрифт:
Ни за что.
На его счастье, открылась дверь еще одного класса, и оттуда вышла девочка с таким же, как и у него, разрешением в руках. Она целенаправленно направилась в сторону туалетных комнат, и Скайлар пошел за ней, чувствуя себя гораздо смелее теперь, когда эту его смелость видела девочка. Он почти догнал ее у самого туалета – толкнул дверь мальчишечьего в тот момент, когда дверь девчоночьего еще качалась на петлях.
Лампы в туалете были погашены – еще одна попытка школьной администрации сэкономить на электричестве. Света, проникающего через расположенное высоко вверху оконце, покрытое
– Эй.
Скайлар дернулся и чуть было не облил себе ботинок. Все тот же голос, но сейчас, когда он эхом отражался от плитки, он звучал не только странно, но и зловеще. Это проследовало за ним сюда, и сердце Скайлара застучало, как отбойный молоток. Он постарался закончить побыстрее, пока голос не раздался вновь, и решил выбежать из комнаты, даже если не успеет полностью застегнуться. Ему хотелось вернуться в класс, где безопасность обеспечивалась большим количеством учеников.
– Эй.
Он уже отлил достаточно и теперь сможет дотерпеть до перемены. Скайлар остановился, убрал пенис в брюки и повернулся, так и не нажав на смыв.
– Эй. Эй. Эй. Эй. Эйэй. Эйэйэйэйэй…
Голос заговорил быстрее и стал выше. Он добавлял еще какие-то слова, которых Скайлар не понимал, и через минуту превратился в голос из могилы.
Мать Дочь.
Дневной свет заслонила тень, появившаяся перед окном. Туалет погрузился в темноту, и Скайлар стал звать на помощь: «Помогите! Помогите!»
Чужой язык сейчас напоминал смех.
Мальчик боялся бежать, вообще боялся пошевелиться. В комнате он был не один – в этом он был уверен, – и единственное, что ему оставалось, – это продолжать звать на помощь, надеясь, что его услышит учитель или уборщик и придет к нему на помощь.
Неожиданно появился свет, хотя мальчик не мог определить, откуда он идет. Свет освещал промежуток между ним и входной дверью, и Скайлар увидел маленькую фигурку, которая танцевала на плиточном полу, поддерживаемая струнами. Дышал он короткими вздохами, и от этого горло у него болело. Это была кукла – ужасное существо коричневого цвета с омерзительно улыбающейся физиономией, которая напоминала мальчику о чем-то, что он уже видел. По мере своего приближения кукла, как ему показалось, росла. Однако потом Скайлар понял, что это связано с тем, что кукла просто становилась ближе к нему, сопровождаемая таинственным светом, который освещал ее сумасшедший танец.
Скайлар уже прекратил кричать. Он даже не заметил, когда и почему. Но когда мальчик попытался возобновить крики, то не смог этого сделать. У него пропал голос. Единственный звук, который ему удалось выдавить из себя, был звук, напоминавший сухое хриплое карканье.
Правда, кричать дальше не было смысла. Кто-то уже должен был бы появиться. Его что, никто не услышал? Но ведь он кричал изо всех сил…
Кукла приближалась. Скайлар отодвигался от нее, пока не уперся спиной в перегородку и не смог больше двигаться.
Это был старик, которого они с Ма видели в окне спальни, и теперь Скайлар понял, почему жуткая физиономия куклы показалась ему такой знакомой. Кукла была уменьшенной копией своего хозяина.
– Скайлар, – произнес старик со странным акцентом.
Оно знает, как меня зовут!
– Эй.
– Нет, – только и смог выдавить из себя мальчик.
– Мне так много надо тебе показать, – сказал старик, и Скайлар стал потихоньку хныкать.
Фигура ухмыльнулась.
И взяла его за руку.
Глава 18
Флагстафф, штат Аризона
Тесты ничего не выявили.
И в этом было нечто невероятное.
Анджела и Дерек выслушали доктора Мэтьюсона, который измученным голосом рассказал им, каким исследованиям он подверг черную плесень.
– Я знаю, что она существует, – говорил профессор. – Я могу ее видеть. Мы все ее видим. Но когда я изучаю ее под микроскопом, делаю спектральный анализ или проверяю ее на совместимость с другими химическими веществами, она ведет себя так, как будто ее не существует. Как будто перед нами… – он помахал пальцами у себя над головой, – воздух.
Анджела не знала, насколько это было правдой, но она в это поверила. В ее понимании, с самого начала во всем этом было гораздо больше колдовства, чем науки. Они так и не смогли понять, с чем имеют дело, и она догадывалась, что отсутствие фактов расстраивает и профессора, и Дерека. Анджела тоже была разочарована, но совсем по другой причине. Ей совершенно ни к чему было рациональное объяснение того, что происходит, – она просто хотела знать, что же все-таки происходит и по какой причине. Какая-то часть ее испытывала вину, как будто она сама накликала все это на себя и как будто это было какое-то вселенское наказание, предопределенное для нее свыше.
Все это влияние родителей. И церкви.
Предыдущую ночь Анджела провела у Дерека. Сначала она отказалась от его предложения, опасаясь, что могут подумать его родители, но он привез ее в дом, всем представил и кратко изложил своей Ма, что происходит, так что та заставила Анджелу занять гостевую комнату.
– Спасибо, – с благодарностью поблагодарила девушка. – Это только на одну ночь, я обещаю.
– Настолько, насколько тебе понадобится, чтобы разобраться со своими делами, – сказала мать Дерека.
– А у Дерека девчонка, – немедленно пропел его братец Стив. – А у Дерека девчонка!
– Заткнись, – велел ему Дерек.
– А у Дерека девчонка!
– Он мне брат только наполовину, – объяснил юноша, кивая на камин, на котором расположились семейные фотографии. Там Анджела увидела миссис Йонт с двумя разными мужьями.
– Мам, – заныл Стив.
– Дерек, – строго предупредила его мать.
Приятно было вновь оказаться в семейной атмосфере. Жить одной, как взрослая, было тоже неплохо, но когда дело доходило до сложностей жизни, то присутствие семьи значительно облегчало ее.