Кобра
Шрифт:
Они знали о Лиллиан Альварес. Именно через нее они выяснили, где он находится. Оказывается, они прослушивали телефон Альварес. А он как дурак позвонил ей в прошлую пятницу из гостевого дома во Франсхуке!
— А еще они использовали ее, чтобы убедить меня передать им данные. Пригрозили, что убьют ее, если я не отдам карту. И велели вызвать ее в ЮАР, чтобы она привезла карту с собой.
— Что было на карте? — спросил Ньяти.
— Много данных, — ответил Эдер.
— Каких данных?
— Доказательств финансовых грехов.
— А если поконкретнее?
— Сколько у нас времени?
— Столько,
— Итак, там есть сведения о возможных террористах. И возможных шпионах. Есть следы, указывающие на схемы по отмыванию денег. На сговор крупных мафиози и банков. Решающие улики против грязных делишек многих банкиров. Речь идет не о каких-то сомнительных мелких банках в «банановых республиках». В деле замешаны европейские и международные банки-гиганты. Кроме того, там довольно внушительный и устрашающе длинный список коррумпированных правительственных чиновников…
— Южноафриканских? — спросила Мбали.
— К сожалению, да. Может быть, вас это утешит, но в списке не только ваши соотечественники. Там чиновники из еще тридцати с лишним стран. В том числе и из моей… А улики против них вполне убедительны.
— Вы скажете, какие южноафриканские чиновники есть в списке?
— Их довольно много. Среди них есть министры и… с прискорбием вынужден добавить, что и ваш президент.
Мбали порывисто вздохнула.
— Вот почему они задействовали ГАБ и Криминальную разведку, — сказал Ньяти.
— Кто? — спросил Эдер.
— Ваша служба МИ-6 задействовала себе в помощь наше Государственное агентство безопасности и подразделение Криминальной разведки для расследования этого дела. Им очень хотелось вас найти.
— Понятно. Приложили все усилия. Что ж, это очень утешительно. Да, должно быть, вы правы. Я действительно упоминал список коррумпированных политиков моим друзьям из МИ-6.
— На кого работали «кобры»? — спросил Гриссел.
— Кто?
— Люди, которые вас похитили. Они работали на ЦРУ? — спросил Купидон.
— Что вы, нет! Их наняли банки.
Глава 61
Они ему не поверили.
Дэвид Эдер объяснился. По его словам, он только потому считал себя вправе с помощью межбанковской системы и своей новой программы выявить чужие грехи, что сам никогда не скрывал своих политических и нравственных убеждений. За ним следили многие, и все хотели узнать, что он собирается сделать с системой. Наверное, подозревали, что он хочет затеять новый крестовый поход…
Он специально написал программу так, чтобы потом можно было внедрить в нее, так сказать, цифрового троянского коня. Потом, в будущем, когда все убедятся, что протокол им не повредит.
А в конечном счете сведения, которые он получил с помощью новой программы, его просто ошеломили. Масштаб взаимной слежки, продажность политиков, массовое сотрудничество почтенных банков с представителями оргпреступности, отмывание денег… Он был поражен, узнав, что конгломерат международных банков манипулирует финансовой системой: чтобы избежать налогообложения, поднять тарифы, нелегально влиять на цену акций и обменный курс, продолжать и дальше торговать производными ценными бумагами,
Руководители банков и финансовых учреждений обогащались в крупных размерах за счет простых людей. Эдер оказался совершенно не подготовлен к жадности, к огромному спектру махинаций.
— Трудность в следующем. Что делать с такого рода информацией? Предать ее огласке — это акт потенциального финансового саботажа. Система, еще довольно хрупкая после спада, вполне может рухнуть. Или, по крайней мере, начнется новый виток рецессии. И больше всего потеряют не банкиры, а те самые простые люди, которых я хотел защитить. Широкие слои населения. К сожалению, после разговора с представителями МИ-6 я совершил ошибку, позвонив главе одного очень крупного международного банка. Я попросил его свернуть всю нелегальную и преступную деятельность. Пригрозил в противном случае предать его махинации огласке. Да, я пошел на шантаж, но думал, что цель того стоит… А вскоре со мной начали происходить странные вещи. Мне показалось, что за мной следят, я был уверен, что кто-то побывал у меня на работе и дома. Может быть, чтобы поставить жучки? И я принял меры предосторожности. Слетал в Марсель, купил себе фальшивый паспорт и перевел крупную сумму на новый счет, открытый под вымышленным именем…
— Откуда у университетского профессора крупная сумма денег? — поинтересовался Купидон.
— Европейский союз щедро платит мне за работу.
— Понятно.
— Я уложил чемодан — так, на всякий случай. А когда вечером в прошлый понедельник вернулся к себе от Лиллиан и увидел, что в моем доме побывали незваные гости, я все понял. И сбежал.
— Но как вы поняли, что за вами следят именно банки?
— Я говорю по-французски, — ответил Эдер. — И понял, что говорил по телефону один из похитителей с заказчиками. Вывод напрашивался сам собой.
Они спрятали одну машину за сараем, в ста метрах от дома. Купидон, Филландер, Мбали и Ндабени остались на ферме караулить «кобр». Их вещи, оружие и загранпаспорта по-прежнему были в доме.
Гриссел и Ньяти повезли Эдера в город, он попросил, чтобы его как можно скорее доставили к Лиллиан Альварес.
Гриссел сидел на заднем сиденье большого внедорожника «Форд-Территори», рядом с ним лежали их с Ньяти винтовки. Эдер сидел впереди, рядом с Ньяти, полковник вел машину.
Повернув на дорогу R304, Ньяти спросил:
— Вы понимаете, что до сих пор в опасности?
— Понимаю. Но как только я увижу Лиллиан, я все исправлю. Свяжусь по скайпу с редактором «Гардиан». Он — человек крайней честности, и я сделаю полное признание и предоставлю ему допуск к данным.
— Но ведь карта пропала.
— Ну и что?
— Разве данные были не на карте?
— Конечно, на карте. Я надеялся — хотя надеяться, собственно, было не на что, — что, если я отдам им данные в осязаемом виде, они меня не убьют. Конечно, все равно убили бы. Кроме того, данные хранятся в облаке… Рано или поздно они их найдут, наверное. Всегда оставляешь за собой следы…