Ко времени моих слёз
Шрифт:
– Меня зовут Максим. И я знаю вашу дочь Марину.
Арсений Васильевич вздрогнул, выкарабкиваясь из трясины безразличия.
– Максим? По-моему, Маринка рассказывала о вас. Это не вы зимой помогли ей отбиться от хулиганов?
– Я.
– Но как вы здесь оказались? Живете неподалеку?
– Поехали к вам домой, по дороге поговорим, если не возражаете.
– Н-нет.
– Замечательно. – Максим посмотрел на молчаливого спутника. – Гера, поедешь сзади. Остальные пусть посмотрят на нас
– Слушаюсь, – кивнул Штирлиц.
Арсений Васильевич попрощался с расстроенной Оксаной, пообещав встретиться с ней на следующий день, сел в свою «Ниву» вместе с Максимом. Спутник Максима залез в кабину светло-серой «Хендэ», последовавшей за ними.
– Кто вы? – еще раз спросил Арсений Васильевич.
– Майор ФСБ Разин, – представился Максим.
НЕДОЗВОЛЕННОЕ
Пока Гольцов принимал душ и приводил себя в порядок, Максим со Штирлицем знакомились с его квартирой.
Ничего особенного она собой не представляла. Трехкомнатная квартирка советской постройки, крохотная прихожая, крохотная кухонька, небольшая спальня, гостиная, еще одна спаленка, приспособленная хозяином под рабочий кабинет, где располагались компьютер и диванчик для гостей. Единственное, что внушало уважение в этом жилище, так это библиотека. Полки с книгами стояли везде: в кабинете, в гостиной, в прихожей и даже в спальне.
– Приличное книгохранилище, – проговорил Райхман со знанием дела. – Книг здесь не меньше пяти-шести тысяч. Наш клиент серьезный библиофил. Наверное, с детства увлекается собирательством. А книги, кстати, почти все еще тех времен, докапиталистических, новых мало.
– Сейчас издается всего столько, что нет смысла собирать личную библиотеку, – заметил Максим, – да и хранить их негде.
Он снял с полки томик О’Генри, полистал, поставил на место:
– Люблю этого писателя.
– Я тоже, – кивнул капитан. – У меня дома еще старый отцовский трехтомник сохранился, желтый.
– Здесь полное собрание рассказов. Брет Гарт, Майн Рид, Жюль Верн, Джек Лондон.
– Добрые старые приключения, фантастика плюс эзотерика. – Райхман снял с полки книгу Успенского «Новая модель Вселенной». – Читал?
– Нет.
– Почитай, весьма любопытное чтиво. Станешь смотреть на мир по-новому.
– Смотри-ка, две колоды карт, нераспечатанные. Интересно, в какие игры играет наш подопечный?
– В преферанс, – раздался голос хозяина, и он вышел из душевой, одетый в махровый халат, вытирая на ходу мокрую голову. – Уже лет двадцать пять пульку расписываю. Не хотите составить компанию?
Гости переглянулись.
– В другой раз, – пробормотал Максим, стыдясь признаться, что играет в преферанс он слабо.
– Вы не играете? – прищурился Гольцов.
–
– Тогда присаживайтесь и рассказывайте, кто вы и почему за мной следите. Чай, кофе, соки будете?
– Чай, если можно.
Арсений Васильевич скрылся на кухне и вскоре принес поднос с дымящимся чайником, чашками, сахаром и сухарями.
– Извините, лимона нет, есть только лимонный сок.
– Благодарю, не надо.
Сели, поглядывая друг на друга, налили чаю.
– У вас хорошая библиотека, – похвалил хозяина Штирлиц.
– Шесть с половиной тысяч томов, – равнодушно сообщил Гольцов. – Итак?
– Одну минуту. – Максим выдвинул из-за уха усик рации. – Кузьмич, что у вас?
– За вами ехали две тачки, – ответил лейтенант. – В одну – серую «клюкву» – погрузились какие-то бомжеватого вида личности, трое. Другая – белая «Калина», но сколько в ней сидит народу, мы не разглядели. Шаман утверждает, что четверо вместе с водителем.
– Где они сейчас?
– «Калина» проводила вас до хаты клиента и скрылась. Серая «клюква» торчит во дворе.
– Понятно. – Максим задвинул усик рации под волосы.
– Какая же зараза тут работает? – не выдержал Штирлиц.
– О чем вы? – нахмурился Гольцов.
– За вами следят, – сказал Максим. – Еще две группы, кроме нашей. И нас очень интересует, кто это и что им надо. Вот почему мы решили открыться и выяснить, в чем дело. Что вы можете сказать по этому поводу?
Арсений Васильевич ушел мыслями в себя, не торопясь отвечать. Качнул головой раз, другой. Допил чай.
– Прошу прощения, господа, но мне нечего сказать. Я не знаю, кто за мной следит и что им нужно.
– Знаете, – твердо сказал Максим. – Мы работаем в особом отделе Федеральной службы безопасности, выявляющем сильных экстрасенсов. Вы сильный экстрасенс, точнее, очень мощный пси-излучатель. Наша аппаратура иногда фиксирует всплески такой интенсивности, что диву даешься.
– Разве существует такая аппаратура? – недоверчиво пробормотал Гольцов.
Максим отметил про себя, что возражать против формулировки «сильный пси-излучатель» Гольцов не стал, что косвенно свидетельствовало в пользу утверждения.
– Существует.
– И все же я не могу… ничего добавить. Не имею права.
– Что значит – не имею права? Вы работаете на какую-то другую государственную силовую структуру? На армию?
– Н-нет.
– Тогда объяснитесь.
Арсений Васильевич налил себе кипятку и одним залпом выпил, не поморщившись. На лбу его выступила испарина.
– Вы не поймете. Это вне… – Он пошевелил пальцами, – вне вашей компетенции, вне любых научных оценок и отношений. К тому же, если я попытаюсь вам что-либо рассказать, вас начнут преследовать.