Князь орков

Пайнкофер Михаэль

— …и решившие, в конечном итоге, поживиться эльфийскими сокровищами, — перебил ее Лорето. — Я знаю то, что я видел, Аланна. Даже не пытайся переубедить меня. Освободитель Тиргас Лана не знает пощады!

— Так и есть! — с ненавистью в голосе подтвердил Ортмар фон Бут. — Близок час расплаты за твои дела, Корвин! Ты слишком долго грабил честных людей и соблазнял их дочерей!

Эльфы решительно приблизились к спутникам. Аланна, слишком хорошо знавшая, что воины ее народа великолепно владеют искусством боя на мечах, испуганно отпрянула,

увлекая Корвина за собой. А Раммар и Бальбок остались на месте, заслонив собой эльфийку и человека.

— Что такое? — насмешливо поинтересовался Лорето. — Вы что, глупые чудища, торопитесь встретиться со смертью?

— Ни в коем случае, остроухий, — упрямо ответил Бальбок. — Но священнослужительница спасла нас, а охотник за головами храбро сражался плечом к плечу со мной и моим братом. Если они нужны тебе, придется твоим лизоблюдам сначала пройти мимо нас. Верно, Раммар?

— Чертовски верно, Бальбок, — согласился Раммар и сам не мог поверить в то, что произнес эти слова. Что заставило его вступиться за эльфийку и человека, когда он всегда был достаточно разумным, чтобы отступить, когда становится слишком жарко?

— Как угодно, — скучающим голосом произнес Лорето и крикнул воинам:

— Расправьтесь с этими глупцами, если они так настаивают, а затем возьмите в плен священнослужительницу и человека!

— Нет! — умоляюще крикнула Аланна. — Поверь мне, Лорето, эти двое — не обычные орки. Им удалось открыть Врата Фаравина!

— Конечно, — ответил Лорето. — С твоей помощью!

— Как это я могла бы им в этом помочь? Священнослужительница Шакары не обладает для этого достаточной силой! И именно орки открыли Главные Врата Тиргас Лана, потому что судьба избрала их для высшей доли!

— Для высшей доли? Двух орков? — Лорето сочувствующе рассмеялся. — Боюсь, дорогая Аланна, время, которое ты провела в обществе этих ублюдков, помрачило твой рассудок. Но я, как ты знаешь, эльф. Освободитель Тиргас Лана дает тебе возможность раскаяться в содеянном. Я обещаю доставить тебя в Тиргас Дун и позаботиться о том, чтобы состоялся честный процесс перед Высоким Советом. При условии, что ты здесь и сейчас отречешься от своих недостойных спутников.

Аланна покачала головой.

— Я не могу этого сделать.

— Не будь дурой, Аланна, я заклинаю тебя…

Черты лица эльфийки внезапно омрачились.

— Дурой? — тихо произнесла она. — Да, я была дурой, когда любила тебя и думала, что ты был достоин моей любви, Лорето. Но я ошиблась в тебе. Не благородное происхождение, а только поступки делают нас высшими существами. В твоих глазах эти орки и этот человек, может быть, ничего и не стоят, а я считаю их своими друзьями.

— Этих варваров? — раздраженно вскричал Лорето. — Ты не можешь так меня позорить…

— Более того, Лорето, — возразила Аланна и тесно прижалась к Корвину, который обнял ее, защищая. — Я люблю этого смертного.

— Ты… любишь его?

— Больше, чем когда-либо

любила тебя, — заверила его Аланна. — Потому что Корвин показал мне новую жизнь и научил тому, что на самом деле значат любовь и верность, в отличие от некоего эльфийского князя, который попрощался и трусливо, но сопровождая все это красивыми словами, собирался бежать к Дальним Берегам.

Раммар громко засопел, а Бальбок не смог сдержаться и тихонько захихикал: так веселило орков то, что Аланна расправляется с этим заносчивым эльфийским князем. Для Раммара в этот момент окончательно подтвердилось подозрение, что в верховной бабе Шакары больше от орков, чем она сама себе в этом признается.

Лорето же было совершенно не до смеха. Его благородно бледные черты лица потемнели, узкие глаза засверкали гневом.

— Довольно! — яростно заревел он. — Такого освободитель Тиргас Лана не должен позволять! Вперед, мои воины! Схватите их, и если они окажут сопротивление, то не оставляйте в живых никого!

Эльфы решительно кивнули и с обнаженными мечами направились к невооруженным спутникам. У Раммара с губ сорвалось тихое «ой-ой», а затем налетели эльфы и…

В сокровищнице ярко сверкнула молния, на мгновение ослепив всех, а затем снова засветился луч голубого эльфийского света, спадавший через отверстие в полу тронного зала, и на этом луче, из кратера, оставленного не-мертвым драконом, поднялась эльфийская корона!

Все присутствующие — эльфы, карлики, а также четверка спутников — на мгновение словно застыли. Но на этот раз корона Сигвина не зависла посреди сокровищницы, а поплыла дальше к собравшимся, словно стремясь отыскать нового хозяина, на голову которого она могла бы опуститься.

Раммар невольно протянул к ней свои короткие пальцы, но корона пролетела мимо него и его брата. Миновала она и Ортмара фон Бута, который проводил жадным взглядом драгоценные камни, какими она была украшена. Эльфийская корона целеустремленно приближалась не к кому иному, как к Лорето, в глазах которого заплясали искорки.

— Да! — громко закричал он. — Иди ко мне, украшение Эльфийской империи! Иди к князю Лорето, освободителю Тиргас Лана и укротителю Маргока, и опустись на его голову! Потому что я — Избранный, о котором сказано в пророчестве, а значит, полноправный наследник трона Сигвина!

В ожидании Лорето закрыл глаза…

Но корона изменила курс, удалилась от него и поплыла прямо к Корвину и Аланне.

И, к безграничному удивлению всех, она опустилась на голову охотника за головами!

— Ч-что это означает? — растерянно спросил Корвин.

— Это означает, что ты — Избранный, — ответила Аланна, и высвободилась из его объятий, чтобы отойти на почтительное расстояние.

— Но… этого же не может быть. Это ошибка!

— Предательство! — закричал Лорето, вне себя от гнева. — Это фокус, жалкий фокус! Какое гнусное колдовство ты использовала на этот раз, предательница?