Кнопка и Антон
Шрифт:
Есть такие подзорные трубы, которые можно удлинять и удлинять. Знаете? Они кажутся красивыми и такими маленькими, что их можно спрятать в карман. А можно вытянуть на целых полметра. Вот так же, на мой взгляд, обстоит и с негодяями. А может и с людьми вообще. Они уже детьми проявляют себя в том качестве, в каком пребудут позднее. Вроде тех складных подзорных труб. Они только растут, но не меняются. Что не заложено в человеке изначально, то из него уже никакими силами не добудешь, хоть на голову встань…
Глава
ТОЛСТАЯ БЕРТА МАШЕТ БУЛАВОЙ
Толстая Берта сидела на кухне, ела бутерброд с колбасой и пила кофе. Сегодня у нее был выходной и она ходила гулять с подругой, но поскольку лил дождь, она вернулась раньше обычного. Сейчас она глушила свою злость на испорченный дождем выходной при помощи ливерной колбасы и читала иллюстрированный журнал.
Вдруг раздался телефонный звонок.
– Ох, еще и это, – проворчала она и, шаркая, направилась к телефону. – Квартира директора Погге!
– Могу я поговорить с господином директором? – спросил детский голос.
– Нет, – сказала Берта, – господа ушли в Оперу.
– Но это ужасно, – произнес мальчик на другом конце провода.
– А в чем, собственно, дело, позвольте спросить?
– А кто у телефона?
– Экономка.
– Толстая Берта? – воскликнул мальчик.
– Ну уж и толстая, – обиделась она, – но Берта, это точно. А с кем имею удовольствие говорить?
– Я друг Кнопки, – представился мальчик.
– Так, – сказала Берта, – и что же прикажешь мне сейчас разбудить ее и спросить, не охота ли ей среди ночи поиграть в футбол?
– Глупости! – строго сказал мальчик. – Имейте в виду, что жених фройляйн Андахт сейчас будет у вас.
– Час от часу не легче! – вскричала Берта, – только гувернантка давно спит.
– Ничего подобного! – закричал мальчик. – Кроме вас в квартире нет ни души.
Толстая Берта вытаращилась на телефонную трубку так, словно хотела проверить, все ли с ней в порядке.
– Что? Андахт и Кнопка не спят? Их нет дома?
– Нет! – крикнул мальчик. – Я вам в другой раз все объясню. Вы совсем одна в доме. Поверьте же мне наконец! Сейчас к вам явится жених, он грабитель. Ключи уже у него. И план квартиры тоже. Он будет с минуты на минуту.
– Ну и дела! И как же мне теперь быть?
– Звоните скорее в полицию. А сами найдите кочергу или что-нибудь в этом роде. И когда жених войдет, тресните его по башке.
– Верно, говоришь сынок!
– Ни пуха ни пера! – крикнул мальчик. – Желаю удачи! И не забудьте позвонить в полицию! До свидания!
Берта, стуча зубами и непрерывно качая головой, все еще топталась на месте. Наконец, страшно взволнованная, она сунулась в дверь детской, а также в дверь фройляйн Андахт. Во всем доме ни души! Ничто не шелохнется. Только Пифке тихонько скулит. Вдруг он выскочил из своей корзинки возле Кнопкиной двери и поплелся за Бертой. Тут уж она взяла себя в руки и позвонила в полицию.
– Все
Теперь надо было найти подходящее оружие.
– Этот парнишка плел что-то про кочергу, а где ее взять, когда у нас центральное отопление, – обратилась она к Пифке.
Наконец, в детской она обнаружила две деревянные булавы, с которыми Кнопка занималась гимнастикой. Вооружившись булавой, Берта встала возле входной двери и потушила свет в коридоре.
– В кухне мы свет оставим, – сказала она Пифке. – А не то я промахнусь.
Пифке лежал у ее ног и терпеливо ждал. Он еще не вполне разобрался в происходящем и, лежа, ворчал на собственный хвост.
– Да заткнись ты! – прошептала Берта.
Пифке вообще-то не выносил подобного тона, но тут послушался. Берта же притащила стул и уселась, так как ее вдруг одолела слабость. Сегодня все идет вкривь и вкось! И куда это подевались Кнопка с Андахт? Давно надо было прищемить хвост этой гадине!
Кто-то поднимался по лестнице. Берта встала, взяла булаву наизготовку и затаила дыхание. Этот кто-то стоял под дверью. Пифке поднялся и выгнул спину, ни дать ни взять кот! Шерсть у него стояла дыбом.
Человек за дверью какое-то время провозился с тремя замками: простым, английским и секретным. Наконец дверь открылась. Незнакомец вошел в слабо освещенный коридор. Свет падал только из кухни. Берта взмахнула булавой и огрела мужчину по башке. Он зашатался и рухнул как подкошенный.
– С ним покончено! – сказала Берта Пифке и зажгла свет.
Грабитель был в плаще и надвинутой на глаза кепке. Пифке обнюхал жениха фройляйн Андахт и вдруг, хотя и с некоторым опозданием, расхрабрился и укусил жениха за ногу. Но грабитель лежал на кокосовой циновке, не подавая признаков жизни.
– Скорей бы полиция явилась! – проговорила Берта. Она села на стул, не расставаясь с булавой и не спуская глаз с жениха.
– Хорошо бы его связать, – обратилась она к собаке, – принеси-ка мне из кухни веревку.
Пифке что-то протявкал в ответ. Оба сидели возле взломщика и боялись, что он очнется.
Так и есть! Вот он открыл глаза и сел. Взгляд его понемногу прояснялся.
– Мне очень, очень жаль! – растроганно сказала Берта и второй раз ударила его по голове.
Грабитель вздохнул и снова сник.
– Куда ж это полиция запропастилась! – возмущалась Берта. Однако стражи порядка вскоре явились.
Их было трое и при виде открывшейся им картины, они покатились со смеху.
– Хотела бы я знать, что тут смешного? – закричала толстая Берта. – Свяжите-ка лучше этого типа, а то он сейчас опять очнется.
Полицейские надели на взломщика наручники и обыскали его. Найдены были ключи, план квартиры, связка отмычек и револьвер. Обер-вахмистр забрал все эти вещественные доказательства, а Берта усадила полицейских за стол на кухне, сварила им кофе и попросила подождать возвращения хозяев. Дело в том, что пропали ребенок и гувернантка. Кто знает, что еще сегодня может приключиться!