Книга Водолея
Шрифт:
Глава 32. Отношение РПЦ к евреям и русским.
В мире существует много центров сил и протекает изрядное количество параллельных и противоположных процессов. Иногда какие то церковные деятели могут вполне искренне выступать против жидовства, но в целом церковь если и не поддерживала евреев напрямую то уж точно по настоящему никогда не мешала.
В отличии от язычников, которых церковь загоняла в христианское стойло огнём и мечом, евреев, "отцы
Современное же отношение православной церкви к иудаизму как нельзя лучше характеризует речь Алексия Второго (Ридигера) произнесённая им перед равинами в Нью-Йорке 13 ноября 1991 года.
"Дорогие братья,шолом вам во имя Бога любви и мира! Бога отцов наших, который явил Себя угоднику Своему Моисею в Купине неопалимой, в пламени горящего тернового куста, и сказал: "Я Бог отцов твоих, Бог Авраама, Бог Исаака, Бог Иакова". Он Сущий - Бог и Отец всех, а мы все братья, ибо мы все дети Ветхого завета его на Синае, который в Новом завете, как мы, христиане, верим, обновлен Христом. Эти два завета являются двумя ступенями одной в той же богочеловеческой религии, двумя моментами одного и того же богочеловеческого процесса. В этом процессе становления Завета Бога с человеком Израиль стал избранным народом Божиим, которому были вверены законы и пророки. И через него восприял Свое "человечество" от Пречистой Девы Марии воплотившийся Сын Божий. "Это кровное родство не прерывается и не прекращается и после Рождества Христова... И потому мы, христиане, должны чувствовать и переживать это родство как прикосновение к непостижимой тайне смотрения Божия". Очень хорошо это выразил выдающийся иерарх в богослов Русской православной церкви архиепископ Херсонский и Одесский Никанор (Бровкович) в проповеди, произнесенной в Одессе более чем сто лет назад.
Главная мысль этой проповеди - теснейшее родство между ветхозаветной и новозаветной религиями. Единение иудейства и христианства имеет реальную почву духовного и естественного родства и положительных религиозных интересов. Мы едины с иудеями, не отказываясь от христианства, не вопреки христианству, а во имя и в силу христианства, а иудеи едины с нами не вопреки иудейству, а во имя и в силу истинного иудейства. Мы потому отделены от иудеев, что мы еще "не вполне христиане", а иудеи потому отделяются от нас, что они "не вполне иудеи". Ибо полнота христианства обнимает собой и иудейство, а полнота иудейства есть христианство."
Нынешний патриарх Кирил в интервью телеканалу "Россия" в сентябре 2010 года позволил себе слудующие, весьма характеризующие его и всю РПЦ, слова: "Православная Церковь хранит в своей истории, в своём Предании замечательные имена святых равноапостольных Кирилла и Мефодия. В каком-то смысле мы - Церковь Кирилла и Мефодия. Они вышли из просвещённого греко-римского мира и пошли с проповедью славянам. А кто такие были славяне? Это варвары, люди, говорящие на непонятном языке, это люди второго сорта, это почти звери. И вот к ним пошли просвещённые мужи, принесли им свет Христовой истины и сделали что-то очень важное - они стали говорить с этими варварами на их языке, они создали славянскую азбуку, славянскую грамматику и перевели на этот язык Слово Божие...". Несмотря на явный провакационый характер его слов сайт "Православный мир" перепечатал его интервью, даже
Любой китаец или японец набъёт вам морду если вы станете поносить его историю, или усомнитесь в их древности, но русский сам с удовольствием обольёт дерьмом своих языческих праотцев. Вернее не русский - христьянин.
Вывод прост евреи для попов "дорогие братья", а русские соотечественники "врвары, люди второго сорта, почти звери". Думайте господа, делайте выводы.
Глава 33. Ростовщичество Церкви.
В средневековой Европе евреи обладали рядом привилегий - единственные кто имел право заниматься ростовщичеством. Церковь этому не коим образом не препятствовала. Более того, официально осуждая лихоимство она сама фактически стала заниматься ростовщичеством.
На первом никейском соборе 325 года духовным лицам было запрещено заниматся ростовщичеством, позднее этот запрет распростронился и на мирян. В западной церковной традиции ростовщичество по степени своей греховности приравнивалось к содомии. В 1139 году Второй Латеранский собор постановил отлучать от церкви тех кто даёт деньги в рост. Покаяние позволяло снять с себя отлучение. В 1179 папа Александр Третий запрещает ростовщичество. Ослушников ждёт наказание - лишение причастия. В 1274 году папа Григорий Десятый вводит в качестве наказания за лихоимство изгнание из страны. В 1311 году по указу папы Климента Пятого ростовшиков ждёт полное отлучение от церкви.
Однако не смотря на запрет для христиан заниматся ростовщичеством, церковь со временеи сама стала активно ссуживать деньги в рост. Награбленное в крестовых походах золото послужило мощным толчком к обагащению церкви и станавлению её как мощнейшего финансового института своего времени.
Для того что бы читателью было легче понять масштаб денежных вливаний, полученых католической церковью, приведу один факт: Четвёртый крестовый поход, наиболее ярким результатом которого было разграбление столицы византии Константинополя в 1204 году, принёс захватчикам от 1 до 2 (по разным подсчётам) миллиона марок серебром. Годовой доход всех вместе взятых европейских держав того времени был ниже этой астрономической суммы.
В результате скопления огромных богатств в руках верхушки европейского священичества у последних появилась возможность давать деньги под процент. Развращённая высоким уровнем потребления, католическая братия постепенно втянулась во все финансовые махинации того времени. Ростовщичество на ряду с продажей индульгенций стало основным доходом церкви.
Вся церковная перамида сверху донизу была пропитана духом стяжательства. Все церковные должности свободно покупались за деньги. Вот что писал об это один из епископов Флера -
"Архиепископ приказал мне для получения епископской должности передать 100 золотых су; если бы я не передал ему, я бы не стал епископом... Я дал золото, получил епископство, и в то же время если я не умру, то вскоре компенсирую свои деньги. Я рукополагаю священников, посвящаю в диаконы и получаю золото, оттуда ушедшее... В Церкви, являющейся собственностью одного только Бога, нет почти ничего, что не давалось бы за деньги: епископство, священство, диаконство, низшие звания... крещения".