Книга Трех
Шрифт:
— Как я и обещал, — сказал Гвидион, — ты своё получишь.
— Гурджи хочет маленького человечка для чавки и хрумтявки, — вякнул он, зыркнув маленькими глазками в сторону Тарена.
— Нет, нельзя, — сказал Гвидион. — Это Помощник Сторожа Свиньи, и он не даёт своего согласия. — Гвидион отстегнул седельную сумку, вытащил несколько полосок сушёного мяса и кинул их Гурджи. — Теперь уходи. Помни, я не желаю, чтобы ты мне вредил.
Гурджи схватил еду, затолкал её за щеку и стремительно вскарабкался на дерево. Перепрыгивая
— Что за отвратительное животное, — поморщился Тарен. — Злобное, гадкое…
— В глубине души он не так плох, как кажется, — возразил Гвидион. — Ему нравится, когда его злят и пугают. Но по-настоящему разозлиться не может. Он так забавно жалеет себя, что сердиться на него невозможно. Да и пользы в этом нет.
— Он сказал правду о Хен Вен? — спросил Тарен.
— Думаю, да, — сказал Гвидион. — Он испуган. Как и я, кстати. Рогатый Король едет в Каер Даллбен.
— Он сожжёт его! — вскричал Тарен.
Столько событий нахлынуло на него, что он на какое-то время забыл о доме. Перед его мысленным взором возникла белая хижина, охваченная огнём, облачко бороды Даллбена, сияющая лысина Колла. Даллбен и Колл в опасности!
— Не волнуйся, — успокоил его Гвидион. — Даллбен — старая лиса. Муха не пролетит в Каер Даллбен без того, чтобы он об этом не узнал. Нет, я уверен, огонь, о котором говорил Гурджи, это то, что Даллбен приготовил для незваных гостей. Зато Хен Вен в настоящей опасности. Нам надо спешить. Рогатый Король знает, что она сбежала, и будет преследовать её.
— Тогда, — всполошился Тарен, — мы должны найти её раньше его.
— Помощник Сторожа Свиньи, — торжественно провозгласил Гвидион. — Это первое твоё разумное предложение!
Глава четвёртая
ГВИТАНТЫ
Мелингар быстро нёс их мимо стены деревьев, растущих вдоль пологих берегов Великой Аврен. Наконец они спешились и двинулись пешком по пути, указанному Гурджи. Около заострённого валуна Гвидион остановился и издал победный клич. Рядом в глине чётко, будто вырезанные, отпечатались следы Хен Вен.
— Гурджи не солгал! — воскликнул Гвидион. — Надеюсь, он теперь наслаждается своими чавками и хрумтявками. Если бы я знал, что он так верно укажет нам путь, дал бы ему ещё. Да, она перешла реку здесь, — продолжал он, — и мы сделаем то же самое.
Гвидион взял Мелингара за уздечку и пошёл вперёд. Воздух вдруг охолодал, и мрачное небо словно спустилось. Неспокойные воды Аврен были серыми, прорезанными белыми полосами пены. Ухватившись за луку седла, Тарен осторожно спускался со скользкого берега.
Гвидион шагнул в воду. Тарен медлил. Очень уж ему не хотелось мокнуть. Но Мелингар, увлекаемый Гвидионом, потянул его за собой. Ноги
Мелингар уже плыл. Сильные ноги удерживали коня на плаву, но течение кружило его. Тарен не выпускал луки седла, и лошадь потянула его за собой.
— Отпусти седло! — крикнул Гвидион. — Плыви сам.
Вода хлынула в уши, в ноздри, в рот Тарену. С каждым вздохом река вливалась в его лёгкие. Гвидион подплыл к нему, нагнал уносимого течением юношу, схватил за волосы и вытащил на отмель. Вода лилась с него ручьями, пока он вытаскивал беспомощного Тарена на берег. Мелингар достиг берега чуть выше по течению и рысью устремился к ним.
Гвидион грозно поглядывал на Тарена.
— Я же велел тебе отцепиться. Все Помощники Сторожа Свиньи такие упрямые?
— Я не умею плавать, — выкрикнул Тарен. Губы его дрожали, зубы выбивали дробь.
— Почему же ты не сказал мне об этом до того, как мы вошли в реку? — сердито спросил Гвидион.
— Я думал, что сумею, что у меня получится само собой. И если бы Мелингар не потянул… — пробормотал Тарен.
— Ты должен научиться отвечать сам за свои глупости, — отрезал Гвидион. — Что касается Мелингара, то у него такой запас мудрости, что, боюсь, ты не наберёшь столько, даже став мужчиной. В чём, однако, я начинаю сомневаться.
Гвидион вскочил в седло, втащил за собой мокрого, грязного и дрожащего Тарена. Копыта Мелингара зацокали по камням. Тарен шмыгал носом, вздрагивал, поглядывая в сторону приближающихся холмов. Высоко в небе кружили три крылатых силуэта.
Гвидион, у которого, казалось, глаза были и на затылке и на макушке, моментально заметил их.
— Гвитанты! — закричал он и резко повернул коня вправо.
Мелингар рванул вскачь. От неожиданного поворота и рывка лошади Тарен потерял равновесие, соскользнул с седла и шлёпнулся на прибрежную гальку.
Гвидион немедленно остановил коня. Пока Тарен неуклюже поднимался с земли, Гвидион схватил его крепкой рукой за шиворот, поднял и, как мешок, набитый ватой, швырнул на спину Мелингару.
Гвитанты, которые издали казались не больше сухого листика, несомого ветром, увеличивались с каждым мгновением. Они неуклонно приближались к скачущей лошади и двум её седокам. Вдруг они устремились вниз. Большие чёрные крылья свистели, мощно рассекая воздух. Мелингар с грохотом понёсся вверх по берегу. Гвитанты, издавая резкие крики, преследовали их. Едва Мелингар достиг растущих над берегом деревьев, Гвидион столкнул с его спины Тарена и спрыгнул сам. Волоча юношу за собой, Гвидион добежал до раскидистого дуба и рухнул на землю.