Книга Мирдада
Шрифт:
Сказал архангел первый:
Младенец дивный на Земле родился, и воссияла Она светом.
Второй же молвил:
Король родился в Небесах, и Небеса в волненьи затрепетали.
1-й: Он - плод слияния Земли и Неба.
2-й: И вечный он союз - отец, мать и дитя.
1-й: В нём возвеличилась Земля.
2-й: В нём Небо подтвердилось.
1-й: День спит в его глазах.
2-й: Ночь в сердце пробудилась.
1-й: А грудь его - гнездо ветров.
2-й: А горло - лоно песен.
1-й:
2-й: А пальцами потрогать звёзды.
1-й: Моря шумят в его костях.
2-й: И Солнцем кровь его - полна.
1-й: Уста его есть кузница и форма.
2-й: Язык же наковальня есть и молот.
1-й: А ноги его скованы цепями Завтрашнего дня.
2-й: А в сердце его - ключ от тех цепей.
1-й: Во мраке и грязи дитя растёт.
2-й: Зато завёрнуто оно в пелёнки Вечности.
1-й: Как Бог, владеет он секретом цифр, как Бог, он знает тайну слов.
2-й: Все цифры знает он, кроме одной, Священной, Которая и первой, и последней является. Со всеми он знаком словами, но одного не знает Слова, Животворящего, Что первым и последним является.
1-й: Узнает он и Цифру, и Слово то.
2-й: Но только если перестанет он блуждать среди пустынь Пространства, и если взгляд свой кинет за пределы Времени.
1-й: Дитя Земли!
2-й: Король Небес!
1-й: Ему дал имя ЧелоВека Безымянный.
2-й: Он Безымянному дал имя Бога.
1-й: А ЧелоВек есть слово Бога.
2-й: Бог - слово ЧелоВека.
1-й: Хвала - Тому, Чьё слово - ЧелоВек.
2-й: Хвала - Тому, Чьё - слово Бог.
1-й: Сейчас и вечно.
2-й: Везде и здесь.
Так говорили два архангела в момент рожденья ЧелоВека.
И два архидемона вели беседу эту:
Первый архидемон сказал:
– Неистовый ряды пополнил наши воин. И с помощью его мы сможем победить.
Второй архидемон сказал:
– Родился трус, трясущийся и жалкий. Пороки и измена написаны на лбу его. Ужасен - в страхе он своём и преступленьях.
1-й: Дик и бесстрашен - взгляд его.
2-й: Слёз и смиренья сердце его - полно. И всё же страшен - он в смиреньи и в слезах.
1-й: Остёр и проницателен - ум его.
2-й: Ленив и бестолков - слух его. Опасен - он в сей тупости и лени.
1-й: Но руки его - быстры и ловки.
2-й: А ноги - неуклюжи и робки. Чудовищна - его пассивность, нерешительность - тревожна.
1-й: Наш хлеб для нервов его будет сталью. Наше вино огнём охватит кровь его.
2-й: Он забросает нас хлебами, как камнями, кувшины же с вином он разобьёт о наши головы.
1-й: Но станут боевою колесницей желанье хлеба, жажда до вина.
2-й: Его неукротимый голод, жажда неутолимая дадут непобедимость, и в нашем лагере подымет он восстанье.
1-й: Но колесницей
2-й: Со смертью в колеснице бессмертным станет он.
1-й: Разве Смерть ведёт его к чему-то, кроме Смерти?
2-й: Смерть страданий вечных его столь будет для него желанна, что в лагерь Жизни приведёт его.
1-й: Смерть - предатель Смерти?
2-й: Жизни Жизнь - верна.
1-й: Его уста раздразним мы плодами редкими.
2-й: Но плод иной захочет он отведать, что не на этом полюсе взращён.
1-й: Мы соблазним его глаза и обонянье цветов прекрасных нежным ароматом.
2-й: Но будет взгляд его искать цветов других, а обонянье - запаха другого.
1-й: Мы музыкой далёкою и сладкой станем слух ласкать его.
2-й: Но повернётся к хору он другому.
1-й: Страх сделает его рабом для нас.
2-й: Надежда защитит его от страха.
1-й: Боль покорит его.
2-й: А Вера освободит от боли.
1-й: Мы сон его кошмарами наполним, сбивающими с толку, а бдения часы затмим тенями.
2-й: Загадки те его воображенье разгадает, растают тени.
1-й: Но можем мы считать его одним из нас.
2-й: Считай его одним из нас, коль хочешь, но и противником его считать ты должен.
1-й: Но может ли он быть одновременно за нас и против нас?
2-й: Он - одинокий воин. А враг его единственный - его же тень. Как ляжет тень, так битва повернётся. Когда тень впереди его, тогда он - с нами. Когда же позади, тогда он - против нас.
1-й: Так что ж, держать его спиною к солнцу?
2-й: Но кто удержит солнце за спиной?
1-й: Загадочен - тот воин.
2-й: Загадочна - и тень его.
1-й: Сколь славен ты, рыцарь одинокий.
2-й: И одинокая сколь славна тень.
1-й: Хвала ему, когда он - с нами.
2-й: Хвала ему, когда он - против нас.
1-й: Сейчас и вечно.
2-й: Здесь и везде.
Так говорили два архидемона в момент рожденья ЧелоВека.
Глава 15
Мастер произнёс последнее слово, и чья-то тень появилась у входа в пещеру. Мы увидели фигуру Старейшины, он затмил собой свет и перекрыл нам воздух. В голове моей пронеслась мысль о том, что фигура у входа - это те два архидемона, о которых нам рассказывал Мастер.
Глаза Старейшины пылали, борода развевалась на ветру. Он бросился к Мастеру и схватил его за руку, пытаясь вытолкать из пещеры.
– Шамадам. Я слышал всё, что породил твой подлый ум! Через твой рот изливается яд. Твоё присутствие поражает недугом тяжким. Как Старейшина Ковчега, я приказываю тебе: убирайся!