Книга-диалог
Шрифт:
Я: Программист – навряд ли мое. Я, все-таки, писатель. Там, скорее всего, расчетливость, прагматизм и высокие требования, в сочетании с низкой степенью эмпатии и узостью кругозора.
С: Программист значит, хоть, не дура. У тебя мама программист.
Я: Ну я же эту девушку не в мамы себе рассматриваю! Да и сиськи у неё маловаты… Слушай, мне как-то опять тоскливо… Давай, в конце-то концов, уже определимся с приоритетами – мы духовной жизнью живем (тогда удобнее вообще целибат)? Женщину всерьез ищем? Ищем просто сиськи
С: Надеюсь, что это все можно совместить. И ты еще забыл упомянуть творческую реализацию (чем прямо сейчас, кстати, и занимаешься).
Я: Конкретно с этой Натальей, которая мне сейчас написала, всего совместить уже не получится – сисек там практически нет…
С: И кто из нас после этого циник? Тогда тебе надо деньги зарабатывать. В наше время интернета и соцсетей все нормальные сиськи, так или иначе, коммерциализированны.
Я: Ну не все же красивые девушки с большой грудью становятся проститутками.
С: Нет, конечно. Самые красивые, с самой большой грудью, становятся высоконравственными личностями – выходят замуж за миллионера, хранят ему верность, растят детей и практикуют йогу, ЗОЖ и семейные традиции… где-нибудь на Гоа… А то еще и больным детям помогают. Благотворительные фонды устраивают…
Я: То есть, хочешь сказать, что в Москве нельзя найти красивую девушку с большой грудью, которая бы даже не подозревала о том, что красива, была бы простой и скромной, жила бы обычной жизнью?
С: Если только она не умеет пользоваться соцсетями и не выходит из дома. В противном случае – обязательно оприходуют. И самец будет пожирнее, позлее и поматерее тебя.
Я: Даже у 20-летних?
С: Поматерее – не значит, постарше, а значит, лишь, твердо стоящий на ногах, уверенный в себе… ну и все такое…
Я: Кто-то с рождения твердо на ногах стоит, потому что родители богатые.
С: Когда ты ищешь девушку с большими сиськами, разве тебя волнует, являются ли ее сиськи плодом напряженной духовной работы, ее личной нравственной заслугой, или они у нее просто от природы такие?
Я: Хочешь сказать, справедливости нет?
С: Уж точно не в половых вопросах.
Я: И что делать?
С: Деньги зарабатывать. Самые лучшие сиськи, в принципе, стоят тысячь 20 на всю ночь. Вполне достижимо. А про Канта с Джойсом с тобой и забесплатно поговорят. Кто-нибудь другой.
Я: А нельзя так, чтобы и сиськи и разговоры про Канта в одном лице? И все забесплатно? Чтобы не надо было зарабатывать, а уже сегодня можно было начать?
С: Ну знаешь, надо все-таки определиться с приоритетами – либо сиськи, либо Кант. А то абсурд получается: обвенчаюсь с женщиной, чтобы строить православную
Я: Но ведь можно же, в принципе, обвенчаться с молодой, с большими сиськами и потом честно жить с ней в православном браке, молиться, ходить в храм, быть верными друг другу? И при этом регулярно наминать ей арбузы на вполне законном основании? Молодухе с дойками 5-го размера и верность хранить приятнее! А если она еще и образованная, и поговорить может…
С: То это уже не 20 тысяч стоит. А все два миллиона. Желательно долларов. То есть, буквально, конечно, контракт в таких случаях не подписывают… По крайней мере, в нашей стране… пока еще… вроде бы… Формально речь всегда идет про любовь, про брак, про духовность. Просто эти возвышенные разговоры начинаются только при наличии двух миллионов. Называется это «ищу мужчину, твердо стоящего на ногах, реализованного, харизматичного, уверенного в себе, умеющего заботиться о женщине…» Ну и, в принципе, ее можно понять – она и молодая, и красивая, и умная. И если она может все это продать за два миллиона, то с чего бы отдавать за бесплатно? Ты же тоже хочешь высокодуховных отношений с 20-летней грудью пятого размера, а не с 40-летней первого. Ну а грудь пятого размера хочет духовных отношений с двумя миллионами баксов.
Я: Но ведь те, у кого есть два миллиона, обычно ничего не умеют и не знают, кроме как эти миллионы зарабатывать.
С: Так ничего больше и не надо! Наоборот, чем тупее он будет, тем лучше – она будет его духовно просвещать. Он такой брутальный и неотесанный, а она вся такая… утонченный искусствовед. Она выберет дворец в готическом стиле, а он тупо купит. А потом она будет этот дворец картинами фламандских мастеров украшать, а он будет все оплачивать.
Я: Просто я злюсь, что бабы не дают. Вот и вся социальная сатира…
С: И все же, думаю, стоит тебе попробовать заработать миллионы. А потом будешь заниматься духовностью.
Я: Я бы хотел все-таки как-то совместить… Найти гармоничное сочетание меркантильной витальности и высокой духовности.
С: 10 миллионов долларов – потолок по деньгам. Остальную энергию потратишь на духовность.
Я: То есть, от православия отказываемся?
С: А что, разве православие запрещает хотеть заработать 10 миллионов?
Я: Грех, когда цель заработать 10 миллионов подменяет цель спасения души.
С: Это если подменяет. Если же ты понимаешь, что Бог важнее миллионов, то все ок. И женщин любить тоже не запрещено. По крайней мере, к запрету на секс до брака точно всерьез ни кто не относится. И вообще, я бы на твоем месте на духовность не налегал. А то, вон, уже работать не можешь. Продажи – грех… Пиар – грех… Давай хотя бы поставим целью не 10 миллионов, а построить жить так, чтобы деньги зарабатывались с удовольствием?