Книга Авроры

Доуз Кейси

– То есть мне может в соседи попасться и демон? – я постаралась не выдать того ужаса в голосе, который поднялся во мне комом в горле.

– Они не страшны – он слегка кивнул головой, сомкнув губы – мы не воюем, а их спесивость по отношению к Нулевым лишь часть их демонической природы. Вреда они точно не причинят. Просто не старайся водить с ними дружбы.

– Разве так говорят про тех, с кем не враждуют?

– Ангелы и демоны не враждуют – сухо повторил Дилан и я поняла, что он сильно недоволен моим поведением – просто демоны пренебрежительно

относятся к самим Нулевым. И я лишь даю советы, как будет лучше тебе. Ты Нулевая, не забывай об этом. Пока ты здесь самая слабая.

– Звучит оптимистично – буркнула я.

– Как есть. Ты им не ровня и они это знают. И не скрывают. Лучше и тебе об этом не забывать. Сосредоточься на учебе – так всем будет лучше.

Я хотела задать уже очередной новый нелепый вопрос, но потеряла дар речи, едва мы зашли в школу. Мне открылся огромный холл в светлых тонах, высокие потолки, фрески, лепка, окаймляющая границы потолка и спускающаяся вниз, подобно какому-то вьющемуся плющу.

Глаз было не оторвать. Такое чувство, что попала в самую роскошную из комнат дворца британской королевы. Заметив, что легкая улыбка вновь дернула уголки губ Дилана, я прикрыла рот. Теперь мой взгляд опустился ниже – на сам холл.

А главное тех, кто в нем был.

Вся школа – которую я могла сейчас перед собой видеть – была наполнена черно-белыми

(Инь и Янь)

пятнами.

(а что будет, если во мне не проявиться ни одна из сторон? если я так и останусь Нулевой?)

Ангелы и демоны. И совсем без страшных клыков, длинных ногтей или искривленных лиц.

– По их образу и подобию – прошептала я скорее сама себе, но Дилан меня услышал.

– Именно. Это не они похожи на нас, а мы на них.

Судя по его голосу, он сам еще не перестал до конца восхищаться этим за все время здесь.

– Сколько ты уже здесь пробыл?

– У бессмертных время исчисляется иначе – заявил он мне – но если переводить на исчисление нашей прошлой жизни, то порядком четырехста лет.

Он говорил это таким невозмутимым голосом, словно это само собой разумеющиеся.

– Четырехста лет?!

– Это еще что – усмехнулся мой куратор – многие ангелы и демоны, рожденные здесь и обучающиеся с тобой, давно перешли за две и за три тысячи лет своего существования.

– Но они все выглядят такими молодыми.. – я озадаченно переводила взгляд с одного лица на другое – подозрительно молодыми.

Все они были словно одного возраста. Плюс-минус.

– Бессмертные не могут умереть, потому наши оболочки не стареют для дальнейшего разложения. Мы застываем в определенном возрасте, и живем в нем много лет. Здесь множество долгожителей по всем меркам, но ты на весь Ад и Рай не найдешь не единого старика.

Мы пошли вперед, в самую гущу учеников, и я смогла более близко рассмотреть их. И тогда-то мне бросилась в глаза одна особенность, которой я по первой не придала совершенно никакого значения. Да и если честно – не разглядела вначале.

У

всех демонов были красные глаза. Не такие красные, как в дешевых голливудских фильмах, когда за километр видно, словно у кота ночью. Они были благородного темно-бордового оттенка, который отдавал уловимым красным только при хорошем освещении. А у всех ангелов были небесно-голубые глаза. Никаких карих, зеленых, серых и так далее. Только красные и голубые.

Я глянула на Дилана. Точно, у него тоже были голубые глаза.

– У тебя всегда были голубые глаза? – спросила я, бесстыдно разглядывая его, словно какой-то экспонат.

– Нет, они меняются у Нулевых в зависимости от того, к какой стороне они окажутся причислены. Если к ангелам – станут голубыми.

–Заманчиво –протянула я. Всегда мечтала о голубых глазах.

– Ну конечно, все дело только в глазах – рассмеялся он.

Интересно, а чем, помимо очевидного, отличается рутина ангелов и демонов? Что я потеряю и приобрету, примкнув в итоге к одной из сторон?

– Теперь понятно, как бессмертные отличают меня от других – протянула я – и всех Нулевых. У нас глаза другого цвета.

– Им не нужно заглядывать вам в глаза – отмахнулся Дилан – дело в энергии. Она есть в каждом из нас, но в Нулевых она только зарождается, совсем еще маленькая. Вам ее надо тренировать и развивать. У истинных бессмертных она намного больше. Ну это помимо очевидных отличий.

– Ну да.

Я глянула на одного из парней во всем черном. Он смеялся и что-то говорил девушке в черной, но когда словил на себе мой мимолетный взгляд, то едко усмехнулся и что-то бросил своей собеседнице. До меня донеслось только:

«нулевка».

Теперь это звучало как-то оскорбительно. Да, совсем все как у людей. Еще не успел влиться в коллектив, показать свои качества и умения, как тебя уже оценили по одному твоему происхождению. Совсем по-человечески.

Однако, Дилан уверял, что к такому суду тяготеют только демоны. Означает ли это, что люди все-таки больше похоже на них? Или какие потаенные темные уголки есть и у ангелов?

Столько вопросов и так мало ответов. Куратор из Дилана никакой. Уверена, демона было бы разболтать проще. Хотя, если верить Дилану – он бы даже говорить со мной не стал. Может, поэтому Нулевым назначают кураторов-ангелов?

Мы проходили в коридоры, следующие и следующие, и постоянно нам пути встречались черные и белые фигуры. У всех неизменно за спиной были сложены крылья – в тон стороне, с которой они происходят.

– А демонов и ангелов тоже после обучения распределяет Капитолий? – я заметила, как Дилан недовольно вздохнул. Видимо, мое любопытство начинало его тяготеть – они и их могут распределить в разные стороны?

– Нет. Рожденные демоны и ангелы навсегда остаются закрепленными за своей стороной. Да и результаты бы не показали ничего другого. Выросшие под влиянием начал своих родителей, они истинные представители каждый своей стороны.