Ключник
Шрифт:
В присутствии Чжера хотелось стать меньше и незаметнее, но я заставил себя расправить плечи и с уверенностью, которой не чувствовал, двинулся к указанной цели. Как только ладонь легла на отполированную тысячами прикосновений поверхность – без малейших признаков какого-либо управления, перед глазами в воздухе на расстоянии вытянутой руки возник прозрачный голографический экран с зелеными строчками меню:
Сервис-центр крепости Мадогост:
Коррекция внешности: бесплатно (одноразовая услуга).
Смена имени: 10 кристаллов сущности (одноразовая услуга).
Выбор профессии: 20 кристаллов сущности (многоразовая
Коррекция расы: 1 кристалл души (одноразовая услуга).
Усыпальница: 1 кристалл души.
Глава 6
Не удержавшись, я все же попробовал прожать «выбор профессии», но меню никак не отреагировало.
– Зуб, я тебе что говорила? – язвительно напомнила Машта. – Набьешь крисов – активируешь еще пару строчек, а сейчас не тяни время! Действуй!
Все-таки любит Машта покомандовать, недаром она у низуши заводила – младше всех по уровню, но явно не реальному возрасту и лидерским навыкам. Впрочем, я еще вчера понял, что она с характером, когда она встала на пути четверки охтанов, не побоявшись их клинков и уровней. И я это хорошо запомнил. Но торопиться в таком важном вопросе, как дальнейшее развитие аватара, – это никуда не годится. А сопротивляться ее напору мне сейчас весьма помогала новенькая харизма. Усмехнувшись, я с демонстративным спокойствием поинтересовался:
– Не просветишь, что это за профы?
– Вот упрямец… – Девушка недовольно сузила глаза, но тут же, словно спохватившись, сменила гнев на милость и вновь улыбнулась. – Будь по-твоему. Для изгоев профы здесь только начального уровня. Шкуродер, ботаник, оценщик, кухарь.
– Шкуродер и ботаник – это понятно, насчет кухаря тоже догадываюсь, а что за оценщик?
– Поиск драгоценных камней и минералов. Используются для усиления свойств бижутерии, оружия, доспехов.
Я прошелся внимательным взглядом по рукам девчонки – кожа на тонких и грязноватых пальцах выглядела огрубевшей, трудиться ей приходилось много и каждый день. Но колец на пальцах не было. На шее в вырез кожаной курточки тоже ничего не проглядывало. Одежка самая простая, без каких-либо украшений, да и кинжалы драгоценностями не блистали.
– У тебя ни колец, ни сережек, ни…
– Ну почему же, кое-что есть. – Низуши откинула прядку вьющихся волос с правого уха и продемонстрировала серьгу – простенькую на вид, но прибавляющую аж двадцать единиц ловкости. – Но достать очень трудно. А потерять – легко. Помнишь вчерашнюю драку охтанов в крепости?
– Чего-то не поделили? – Я вопросительно вскинул брови, не понимая причину столько резкого перехода.
– Проще. У нас тут почти каждый день что-то вроде боевого аукциона. Треть добычи после набегов на «карманы» оседает в хранилище Крепости для торговли с аборигенами, треть остается добытчикам. А еще треть – разыгрывается среди тех, кому посчастливилось меньше других. Часть этих вещей распределяется простой жеребьевкой, а то, что получше, оспаривается в поединках.
– А… Ясно. Низуши, которых я видел в толпе, тоже участвовали в жребии?
– Чупа и Фаге, да. Хорошее колечко разыгрывалось, на повышенный шанс критического урона. Но увы, вчера нам ничего не досталось.
– Еще один момент. В меню по профе указано – многоразовая услуга. Можно выучить все профессии, или…
– Нет. – Машта энергично тряхнула головой. – Только одну. Зато можно сменить, если передумаешь. Зуб, тебе не нужны эти профессии. Доверься мне. Потом сам поймешь.
По ее напряженному тону я почувствовал, что Машта начинает терять терпение. А тут еще и далрокт оторвался от своей
– Ты мешаешь, человек. Заканчивай.
Черт с вами. Кликаю по «коррекции внешности». Сразу возникает вращающаяся вокруг оси голограмма моей головы, а под ней – панель с наборами причесок… И не только. Как интересненько, можно изменить и черты лица, и цвет глаз, и… И ничего этого мне не нужно, собственная физиономия вполне устраивает, так что не отвлекаемся. Немного поэкспериментировав, увеличил скудную поросль, которая очерчивала линию скул и подбородка до вполне приличной бородки. Затем добавил аккуратные усы и «отрастил» волосы до роскошной черной гривы, спускавшейся аж к плечам. Тут же спохватился, пощелкал вариантами и уменьшил шевелюру вдвое – мыть ведь негде. Ходить с грязными патлами – сомнительное удовольствие, да и терпеть не могу, когда волосы лезут в глаза. Ну вот, теперь вполне приемлемо. Подтвердив выбор, вышел из конструктора-визажиста. И машинально провел ладонью по все еще гладкому черепу.
Машта рассмеялась, заметив мой жест:
– Ты что, ожидал, что это произойдет сразу? Потерпи пару дней, все будет. А теперь идем!
Через минуту, покинув зал, мы углубились в темные подземные проходы, пронизывающие горную толщу. Машта вела уверенно, не задумываясь выбирая направление среди разветвляющейся сети ходов. Наш путь, как и вчера, освещал закрепленный на ее плече фонарик. Фейри верхом на дикоше ускакала вперед. Дикоше темнота не мешала, как и любому из кошачьих, так что пет годился для разведки и без освещения, а Кроха определенно решила экономить силы и пока забыть о полете. Если будет совсем туго, придется занять кристалл у Машты, но пока я хотел обойтись без лишних одолжений, нужно добывать ресурсы самостоятельно, иначе даже элементарного уважения не заслужишь. Я и сам презирал просителей, с которыми сталкивался в виртуалках в прошлом. Игровой процесс большинства нормальных игр построен так, чтобы возможность заработать имелась всегда, достаточно изучить игровые возможности и слегка напрячь извилины. Но любители халявы, не желающие ударить палец о палец, не переводились. Стоять с протянутой рукой таким бестолочам никогда не зазорно, такое понятие, как стыд, им неведомо.
– Усыпальница, – задумчиво обронил я, шагая за шустро семенящей фигуркой девушки. – Слушай, Машта, я еще не до конца прояснил для себя весь этот механизм с воскрешением…
– Так и думала, что не оставишь без внимания, – насмешливо отозвалась низуши, не сбавляя шага. – Я тебя сейчас спрошу о личном, если не хочешь, не отвечай. После «песочницы» у тебя остался хоть один сейв?
Я насторожился. Но, помедлив, все же решил сказать правду:
– Да.
– Значит, об Усыпальнице пока можешь не думать. – Показалось или она украдкой облегченно вздохнула? – Если погибнешь, то просто возродишься в Колыбели, причем в том самом снаряжении, в котором сохранился первый раз.
– О, это радует – что не в голом виде. Но я все еще не понимаю – как. В «песочнице» для процесса репликации предназначались саркофаги. А тут что, возрождаешься на голом месте, из ничего?
– Ага. Именно так и выглядит. На самом деле, здесь просто технологии посложнее. Репликатор уже встроен в Точку Возрождения, потому и называется Колыбелью. Но лучше, конечно, до смерти не доводить. Смекаешь почему?
– В «песочницах» Репликатор всегда расположен в безопасном месте. – Я усмехнулся. Нашла, понимаешь, загадку. – Вот этот момент я и хотел прояснить. Если в долине постоянно идет вражда, то как игроки после возрождения возвращаются в крепость? Караулите вы их возле Колыбели, что ли?