Ключи от ада
Шрифт:
«А вот сейчас я перехожу к самому главному, — Василевс стал вдруг очень серьёзным, — думаю, ты поймёшь и согласишься, что мои действия были продиктованы исключительно необходимостью. Постоянная смена Инквизиторов не шла на пользу этому миру, у каждого из них были свои методы и свой подход. Но маги по-прежнему не оставляли намерений управлять миром. Я понял, что для устрашения таких личностей нужен идеальный Инквизитор, который обладал бы бессмертием. И вот, когда появился ты, я подумал, что всё у меня может получиться. Я испытывал тебя с самого первого момента, как только ты получил силу. Готовил тебе ловушки, которые помогли бы мне понять, что ты есть на самом деле. И всё больше убеждался, что мои умозаключения верны. А недавно ты прошёл последнее испытание…» —
После этих слов у меня потемнело в глазах. Значит Максим, который помнил о себе ужасные вещи, и во время суда не смел поднять глаз на родственников погибших — это всё ради того, чтобы какое-то ничтожество убедилось в правильности своего выбора? Василевс видел выражение глаз Максима, когда он стоял на эшафоте, и даже это не заставило мерзавца остановить казнь! Он видел, как моя душа рвалась надвое и наблюдал за мной, как любопытный исследователь за подопытным кроликом… Видно что-то отразилось на моём лице, потому что Василевс испуганно сделал шаг назад… Я помню только, что направил на него всю энергию, которая у меня была. Этого стало бы достаточно, чтобы уничтожить всё Межземелье, но Архимага только парализовало, и то потому, что он не успел поставить щит.
«Безумец, что ты делаешь?» — казалось, он был удивлён. Я молча продолжал атаку. Но убить высшее существо — на это не способен даже Инквизитор. Архимаг, видя, что я не намерен отступать, попытался воззвать к моему разуму: «Остановись, зачем ты это делаешь? Ведь всё уже закончено! Ты станешь бессмертным!»
Но я не мог слушать его оправданий!
«Ты ошибся во мне, — сказал я, продолжая терзать его лучом — это доставляло мне какое-то болезненное наслаждение, — я не прошёл испытания. Я никогда не смогу переступить через своих несправедливо осуждённых друзей.» «Тебя постигнет страшная кара! Ты не представляешь, что делают с теми, кто смеет покушаться на высшее существо!» А мне уже было всё равно… Василевс от боли потерял сознание, а я смотрел на бесчувственное тело и сожалел о том, что не могу его убить… Затем я побывал на границе и казнил всех Стражей-предателей. Убивать Старейшин не стал — не имело смысла. И вообще, вся моя жизнь виделась теперь как череда бессмысленных действий. Всё, что я делал, перечеркнул один-единственный несправедливый приговор. Я ненавидел себя, ненавидел свою принципиальность, не позволившую мне заменить Максиму смертную казнь на пожизненное заключение. Ведь тогда он был бы жив, а сейчас и свободен… Я снял с себя полномочия Инквизитора и отказался от силы. Понимая, что когда Василевс придёт в себя, то непременно рассчитается, я перешёл в Верхний мир и попытался здесь затеряться. Ну а дальше ты знаешь…
Глава 21
Дак поражённо смотрел на Андрея, пытаясь как-то уложить в голове только что услышанное. Дмитриев терпеливо ожидал его реакции.
— Чем я могу тебе помочь? — Дак, наконец, смог нормально разговаривать.
— Я тебе обязательно скажу, только позже, — Дмитриев вдруг сделал резкий рывок в сторону и втащил через кусты подслушивающую Лину.
Ветки оцарапали её лицо и руки, и девушка некоторое время стояла, ничего не видя вокруг, пытаясь унять боль.
— Не спится, барышня? — мрачно проговорил Андрей.
— Не спится, — тихо ответила Лина.
— Позволь узнать, с какой целью ты подслушивала наш разговор? — Дмитриев «ласково» на неё посмотрел.
— Ни с какой, — девушка не знала, куда спрятать глаза.
— Дак, я думаю, сегодня мы больше ни о чём не сможем поговорить, —
— Не беспокойтесь, я уже ухожу, — девушка сделала отчаянную попытку отделаться малой кровью.
— Тебе придётся задержаться, — безапелляционно заявил Андрей.
Лина посмотрела на Дака, словно ища у него поддержки.
— Андрей, — Дак не смог не ответить на её призыв, хотя взгляд его был укоризненным, — не пугай девушку своим видом, она и так уже напугана тем, что происходит вокруг.
— Напуганные девушки по ночам сидят в своих комнатах, а не шляются в глухих уголках парка.
— Я никому ничего не скажу, — Лина тут же поняла, как глупо звучат её слова.
— Мне нужно задать тебе вопрос, — Дмитриев крепко схватил её за руку, — Дак, если не возражаешь, без свидетелей. Ты являешься единственным человеком, которому я верю, но, о некоторых вещах тебе придётся докладывать начальству, и я не хочу, чтобы из-за меня ты лгал.
Дак кивнул, и собирался уже уходить, но повернулся и проговорил:
— Андрей, может всё-таки я провожу девушку к дому?
— Не волнуйся, я не собираюсь её есть, всего лишь один вопрос, — Дмитриев приподнял уголки губ, изображая улыбку.
Дак принял всё это за чистую монету, или сделал вид, что принял, и Лина с тоской наблюдала, как с каждым его шагом испаряется надежда выпутаться из этой ситуации. Она посмотрела на Андрея, и напоролась на холодно-безразличный взгляд. Девушка в отчаянии попыталась рвануть за удаляющимся магом, но Дмитриев крепко схватил её за предплечье.
— Если сделаешь ещё хотя бы шаг — я сломаю тебе руку.
Сказано это было абсолютно ровным и спокойным голосом, без эмоций и от этого Лине сделалось ещё страшнее. Андрей увидел, что Дак исчез из поля зрения и, уже не церемонясь, грубо потащил её в другую сторону. Он шёл очень быстро, и девушке приходилось бежать, чтобы не упасть. Ветки кустов, которые Дмитриев преодолевал напролом, больно хлестали и царапали, Лина попыталась закрыть глаза, чтобы защитить их от ударов, но тут же споткнулась и упала. Андрей словно не заметил этого, продолжая тянуть её за собой по земле, и Лина вынуждена была уцепиться за него свободной рукой, чтобы подняться на ноги. Наконец Дмитриев резко остановился и швырнул девушку перед собой. Лина устояла на ногах только потому, что впечаталась в стенку. Повернув голову, она поняла, что уткнулась в каменный забор, огораживающий огромный участок Дмитриева, и находятся они, скорее всего в самом дальнем его уголке. Так что вряд ли сюда кто-нибудь забредёт, особенно среди ночи. Дмитриев стоял перед ней, не говоря ни слова. Внутренне содрогаясь, Лина заставила себя посмотреть ему в лицо. Лучше бы она этого не делала, потому что Андрей был настолько разгневан, что, казалось, придушит её на месте.
— Это не предназначалось для твоих ушей! Ты поступила мерзко и гадко! — взгляд, полный презрения, ранил больнее, чем, если бы он отхлестал её по щекам.
— Тогда, то же самое ты можешь сказать о себе! — безумное сочувствие к этому человеку сменялось нарастающим раздражением, — Ты копался в моей памяти — что может быть гаже этого? Считай что мы квиты!
— Ну уж нет! — Андрей просто взорвался, — мои действия были продиктованы необходимостью. Я полагал, что тебя прислали из Межземелья, ты же всего-навсего удовлетворяла любопытство!
— Да ты просто мастер по оправданию своих поступков! — девушка зло рассмеялась, — сейчас ты усиленно пытаешься смешать меня с грязью, и я догадываюсь, почему!
Лина вдруг осознала, что больше не боится его. После услышанного, Андрей перестал быть для неё страшным и непонятным монстром, она видела перед собой человека, который чувствует и страдает.
— Ну и почему же? — Дмитриев угрожающе прищурился.
— Ты хочешь промыть мне мозги, чтобы я забыла о том, что слышала.
— Хорошо, что ты понимаешь необходимость такого шага, — вкрадчиво сказал Андрей, сделал к ней шаг, и схватил девушку рукой за затылок.