Ключ

Черкасова Галина Геннадьевна

— Арельсар наводит о нем справки через миротворцев, — отозвался ат харг. — Мы… Постой.

Запиликал служебный телефон. Азар дотянулся до брошенного на диван мундира и выудил из кармана массивный аппарат.

— Семьнольсемь, — произнес ат харг на оркском, снимая блокировку с помощью голоса. Он всегда называл три случайные цифры. — Да? Когда?

Азар резко поднялся, скинув мои руки. Нехорошее предчувствие сжало сердце.

— Сколько? Передали в центр? Хм… В любом случае, ССК соберут только после официального подтверждения. Да. По каналу. До связи.

— Что случилось?

Орк

обернулся.

— Гоблины близ острова Эрри перехватили два воздушных судна эльфов, — он оскалился. — С шарами хата на борту. Неизвестно, сколько летит сюда.

— И… что же вы будете делать?

— Для начала обеспечим безопасность граждан. Тебя проведут в подземку, если объявят тревогу, — Азар быстро застегивал мундир. Я подала ему фуражку. — О чем и был разговор. Я не всегда смогу защитить тебя.

— Не забывай о связи, — я коснулась пальцем виска. — Прости за…

— Поздно тушить костры, когда лес горит, — притянув к себе, Азар поцеловал меня. — Береги себя, рех ману.

— И ты себя. Не отцепляйся от полей.

Дверь закрылась, противно скрипнув.

* * *

Ни один бомбардировщик не достиг берегов Эуроха, но прошло без малого трое суток, прежде чем ССК и Колган Амадана приняли решение, ввергнувшее в шок мировую общественность. Гоблины обвинили Компериат в преднамеренном проникновении в их воздушное пространство, как доказательство предъявив самолеты и обнаруженные на судах шары хата. Колган запросили поддержки у ССК, на что Совет в качестве помощи предложил ракеты распада, заверив гоблинов, что оружие будет реализовано по приемлемой цене в части программы Уранового союза.

Ультиматум Людворель не подразумевал подобного исхода событий. Эльфы тот же час принялись тормошить Эрзамон, требовать приезда наблюдателей-миротворцев, призывать негуров выступить посредниками в переговорах. И пока Эрзамон думал, пока официальный Прэн ждал извинений и освобождения задержанных в Ямах миротворцев, пока негуры просчитывали выгоду, гоблины переоборудовали военные базы для размещения ракет распада.

А мы… Как и все остальные жители планеты, не способные повлиять на исход событий, мы просто ждали.

С нашей последней встречи Азар больше не навещал меня. Ненадолго заскочила Инзамар и, даже не зайдя в гостиную, извинилась, попрощалась и скрылась в полумраке коридора, кутаясь в темный балахон, оставив меня в одиночестве думать о той лжи, что я сделала правдой. Алтаннат где-то пропадала, Арельсар встречался с миротворцами при ССК, и только Кельвет сидел со мной летними вечерами, но мальчишка не любил говорить о политике.

Через день после принятия Советом решения о передаче гоблинам ракет распада вернулся Азар. Я сразу почувствовала, что орк опять заигрался с полями — его абстракция буквально кипела от перенапряжения. Поприветствовав меня, он прошел в спальню и, прямо в форме свалился на кровать. Увы, поспать ему не удалось.

Я сидела на диване в гостиной и щелкала каналы, когда орк вдруг вылетел из спальни, держа трубку телефона у уха, выхватил из моих рук пульт и переключил на центральный канал Совета. Значок ССК то появлялся, то гас на фоне черного экрана.

— В

чем…, — начала было я, но звучный голос, вещавший на оркском, ответил на все вопросы.

— …и сейчас, когда ваши правители решили показать свои когти и зубы, когда хат вновь завис в воздухе, а ракеты распада готовятся к запуску, мы, «Дети Теней», покажем наше оружие. И мы не будем направлять его против мирных граждан, мы ударим по тем, кто гонит вас на плаху. Мы помним запах хата. Уже сейчас сама Тьма готова от нашего имени нанести удар по лидерам ваших государств. Вы осуждаете нас, но лишь до того времени, как над вашими головами полетят ракеты распада. Да умрут те, кто направляет смерть!

Экран моргнул, и мы увидели вытянутое лицо диктора.

— Мы… приносим свои извинения…

— Они выпустят демонов, — произнесла я, поднимаясь. — Они натравят их на…

— Отец, — прошептал Азар и тут же заорал в трубку. — Код двадцать-один-ноль-семь, усилить охрану харга! Вызовите магов!

— Нам нужно торопиться! — я бросилась было к двери, но орк, преградив дорогу, зарычал.

— Сиди здесь!

— Я…

— Оставайся здесь, это приказ.

Какое-то время я, ошеломленная произошедшим, тупо таращилась за закрытую дверь. В коридоре протопали, громко переговариваясь охранники, и чей-то резкий окрик привел меня в чувства.

Схватившись за поля, я наложила на себя сильнейший морок и выскочила из комнаты, ещё до конца не понимая, что хочу сделать. На мгновение задумавшись, я бросилась по «тоннелю» к выходу.

Почти неиссякаемый энергетический резерв в этот раз не подвел меня. По коридору несся один из помощников Азара, а не человеческая женщина. Сердце бешено стучало в груди, но сконцентрироваться на успокоении я не могла — морок тянул демонически много.

Выбежав в зал, я огляделась. Либо ат харг покинул здание, либо бросился наверх, в кабинет отца. Так как наружу я бы выйти не решилась, то свернула к лестнице. В это время в главный вход вломилась толпа вооруженных орков, а где-то наверху грохнули выстрелы.

— Туда! Чего стоишь?! — один из вновь прибывших хотел пихнуть меня в бок, но проскочил мимо морока и встретил кулаком перила. — Какого демона?

Недолго думая, я дернула наверх. Меня поймали за шиворот на пролете между первым и вторым этажами, схватили в охапку и, подняв над землей, потащили куда-то вниз.

— Пустите! Пустите меня! — верещала я на оркском, извиваясь, как змея.

Этажом выше, по звукам, творился хаос — грохотали выстрелы, вопили орки, а абстракции гудели так, что кружилась голова.

Меня ловко перекинули через перила, но я, больно приложившись спиной о ступеньки, выбросила вперед лассо и в мгновение ока поднялась на ноги. Острый запах химии ударил в нос.

Ни секунды не медля, я бросилась по лестнице на второй этаж, возвращая морок.

— Там маги! Не стрелять! Окружите дверь! По периметру, вашу мать, не толпитесь! — громко отдавал приказы кто-то из начальников охраны. — На него не действует оружие. Прекратите стрельбу!

Вооруженные орки рассредоточились по коридору, держа пистолеты и другое оружие наготове. Напряженно гудели абстракции.