Ключ света
Шрифт:
Сад вокруг дома выглядел естественно и непринужденно, гармонично вписываясь в окружающее пространство, но скорее всего, решила Мэлори, местоположение каждого куста, каждого дерева, каждой цветочной клумбы было тщательно выбрано и скомпоновано.
Что ж, она уважала тщательное проектирование и хорошее исполнение.
Мэлори остановилась возле грузового фургона и почти вышла из машины, когда услышала дикий восторженный лай.
— О, нет, не в этот раз. У меня есть твои «колеса», дружище. — Она протянула руку к коробке, которую
Как только морда Мо возникла по ту сторону стекла, она приоткрыла окно.
— Мо! Печенье!
Когда он кинулся за угощением, она торопливо выскочила из машины и рванула к дому.
— Хорошая работа, — встретил ее Флинн.
— Я быстро учусь.
— Учту. Мэлори Прайс, Брэд Вэйн. Уже занято, — добавил Флинн с тонким предупреждением, когда увидел искру интереса в глазах Брэда.
— О? Что ж, не могу тебя винить. — Брэд улыбнулся Мэлори. — И все же я по-прежнему рад познакомиться с вами, Мэлори.
— О чем вы говорите?
— Это мужской разговор, — пояснил Флинн и наклонился, чтобы поцеловать ее. — Просто ввожу Брэда в курс дела. Дана и Зоя в пути?
— Нет. Дана работает, и я не смогла дозвониться до Зои. Я оставила сообщения им обеим. В чем вообще дело?
— Тебе необходимо самой на это взглянуть.
— Взглянуть на что? Вы вытащили меня сюда — без обид, — добавила она, обращаясь к Брэду, — у вас очень красивый дом — без какого-либо объяснения. И я занята. И время…
— Я начинаю думать, что время и в правду важно. — Флинн протащил ее к большой комнате.
— Простите за беспорядок. Сегодня тут просто проходной дом. — Брэд отпихнул прочь большой осколок сломанной лампы. — Флинн рассказывал мне, что вы управляли галереей искусств в городе.
— Да, до недавнего времени. Ох, какая потрясающая комната. — Она остановилась полностью поглощенная окружающим пространством. Этой комнате просто необходимы картины и скульптуры, больше цвета, больше форм. Столь великолепное место достойно красоты истинного искусства.
Будь у нее развязаны руки и не ограничен бюджет, она сделала бы из этой комнаты конфетку.
— Вам должно быть не терпится распаковать вещи, устроиться, и… о, мой Бог.
Потрясение обрушилось на нее в тот же момент, как она увидела это. Ошеломленная, она достала из сумочки свои очки и опустилась на колени перед полотном, чтобы изучить ближе.
Цвета, манера кисти, техника, даже средства выражения. Все то же. И по-прежнему три основных персонажа.
— После похищения душ, — констатировала она. — Они здесь, в ларце на пьедестале на переднем плане. Бог мой, только посмотрите, свет и цвет как будто пульсируют внутри стекла. Это гениально. Там, на заднем плане, две фигуры с первой картины, стоят спиной. Они уходят. Изгнаны. Почти скрылись в тумане. Завеса Снов. Ключи.
Она убрала назад волосы и удерживая их одной рукой наклонилась
— Где ключи? Вот! Женская фигура. Они здесь, на цепочке, зажатой в ее руке. Три ключа. Она хранительница.
В стремлении рассмотреть как можно больше деталей, она вытащила маленькое увеличительное стекло с серебряной ручкой из кармашка своей сумочки.
— Она носит лупу в сумочке, — изумился Брэд.
— Ага, — согласился Флинн с глупой улыбкой во все лицо. — Ну разве она не чудо?
Сосредоточившись на картине, она проигнорировала замечания в свой адрес и вглядывалась сквозь стекло.
— Да, да, та же форма ключей. Они не спрятаны в общем фоне, как на другой картине. На этот раз никакого символизма, только факт. Ключи у нее.
Она опустила лупу и немного отодвинулась, чтобы посмотреть в целом.
— Тень все еще среди деревьев, на этот раз отчетливее. Можно почти разобрать очертания. Его работа выполнена, но он все еще наблюдает. Злорадство?
— Кто он? — поинтересовался Брэд.
— Тихо. Она работает.
Мэлори спрятала лупу назад в специальный мешочек, прежде чем убрать в сумочку.
— Такая грустная картина, такая печаль передана языком тела этих двоих, что уходят за Завесу. И сестры в своих хрустальных гробах выглядят такими безмятежными, но это не так. Это не безмятежность, это пустота. И такое безумное отчаяние исходит от света внутри ларца. Это мучительно, и это блестяще.
— Это тот же автор? — спросил ее Флинн.
— Конечно. Это не ученик, не подражатель, не поклонник. Но это всего лишь мое мнение. — Она поднялась на ноги. — Я не являюсь авторитетом.
Меня ты не обдуришь, подумал он.
— Учитывая тебя и Брэда, я думаю, у нас достаточно авторитетных мнений.
Она совсем забыла про Брэда, и от этого немного смутилась. Она была всецело поглощена картиной, стоя перед ней на коленях, как в молитве.
— Простите. — Все еще стоя на коленях, она посмотрела на него снизу вверх. — Я увлеклась. Не могли бы вы сказать, где вы приобрели эту картину?
— На аукционе, в Нью-Йорке. Небольшой аукционный дом. «Бандербиз».
— Я слышала о них. Автор?
— Неизвестен. Можно разобрать только частичную подпись — на самом деле всего лишь одна буква. То ли Р, то ли П, переходящая в символ ключа.
Мэлори склонилась еще ниже, чтобы изучить нижний левый угол.
— Вы, должно быть, датировали ее, установили подлинность?
— Конечно. Семнадцатый век. Не смотря на то, что стиль похож на более поздний, картина была протестирована. Если вы знаете «Бандербиз», значит, вы знаете и их репутацию, как придирчивых и заслуживающих уважение.
— Да, да, я знаю.
— И я провел независимую экспертизу. Просто моя личная маленькая привычка, — добавил Брэд. — Результаты совпали.
— У меня есть теория, — начал было Флинн, но Мэлори прервала его.