Ключ для хранителя

Саринова Елена

Пришлось прекращать, во избежание уже реальных преждевременных родов и перемещаться на диван:

– Ты знаешь, он себе вбил в голову, что я, это не я, а образ, которому обязательно нужно соответствовать. Но, этот образ, Тусья, он ведь совсем... недосягаем. Его этот странствующий... сказитель придумал. На самом-то деле такой женщины - аланта не существует. А как же можно соответствовать тому, до кого и дотянуться то невозможно?

– Постой, я только одно сейчас поняла. Твой мужчина витает в облаках?

– Ну да, - тут же подтвердила я.
– Старомодный романтик. Но,

я то его за это и люблю. Почему же он не может полюбить меня только за то, что я, просто Ветвяна Полунич, а не какой-то там, истинный алант.

– То есть ты, не истинный алант, я правильно поняла?
– уточнила Тусья.

– Да какой из меня "небожитель"? Я сама-то себя боюсь после своих... подвигов.

– Тогда поправь меня, просто Ветвяна Полунич, если я в чем-то ошибусь. Ты при своем мужчине, сначала, вместо того, чтобы прирезать его, чуть не прирезала Конта. И сделала это, не с помощью своей алантской силы?

– Да Конт и не хотел, чтобы я убивала Борамира, - попыталась я внести ясность в ситуацию.
– Он тогда просто хотел меня убрать, как помеху. Я ж потом ему самому, когда в памяти мага рылась, эту картинку показала.

– Ну, к этому "неалантскому" подвигу мы еще вернемся. Ты мне другое скажи, то, что ты сейчас мне тут пояснила, как-то меняет дело? Ты ведь смогла тогда магу противостоять?

– Смогла, - со вздохом подтвердила я.

– Так. Пойдем дальше. Ты в воздухе при своем мужчине летала?

– Летала.

– Теперь о памяти. Рылась в сущности у Конта?

– Ну, да.

– Хорошо... И, наконец, смертельный номер нашей "неалантской" программы - зверей ты при своем мужчине в пепел обращала, в больших количествах?

– Тусья!
– взмолилась я.
– Что ты хочешь, чтобы я тебе сказала? Да, я все это делала. Потому что... если бы не сделала, то как бы после этого жила?

– Вета, ты понимаешь, что я тебе хочу сказать... Уж ты меня извини, за то, что не очень лестно выражусь сейчас про твоих "небесных" сородичей, но вся твоя беда в том, что ты, со своими возможностями аланта, настоящего, первородного, сердце имеешь человеческое и живешь своими человеческими страстями до которых обычные аланты не опускаются. Да и некоторые маги тоже. Поэтому ты и поступаешь так, а не иначе. Вот здесь ты, действительно, права. И знаешь, что мне особенно обидно? То, что самый главный свой "подвиг" ради своего мужчины, сделку с моим братцем, ты совершила действительно, без алантской магии, а просто, потому что любишь. И именно об этом он никогда не узнает.

– И что же мне теперь делать?

– Ну, во-первых, застегнуть все-таки, свое платье, а потом, ждать, Вета. Я уверена, что если ты его полюбила, то он не такой же тупоголовый, как Крис из моей книжки и сам все сумеет разложить по разным полочкам.

– Ну да, - вздохнула я.
– Аланты - отдельно, Неонилия - отдельно, и я - тоже отдельно.

– Да сдалась тебе эта Неонилия!
– хмыкнула Тусья.
– Кто она вообще такая?

– Как кто?
– еще тяжелее вздохнула я.
– Моя бабушка, покойная Неонила Марковна Полунич...

"Ждать... Легко сказать, гораздо труднее

научиться. Особенно, после того, как все время куда-то бежал, пытаясь что-то сделать, что-то исправить. А теперь, просто ждать?.. Ждать, когда, наконец, будет готов ладменский паспорт. Ждать, что Борамир развеет все мои страхи и сомнения. Ждать, когда сделать или исправить уже ничего невозможно, потому что бороться больше не с кем. И побеждать некого... Разве что, собственную глупость. Потому что, это, как у меня обычно происходит, чем больше я думаю, что поступила правильно, тем больше себя убеждаю, что точно опять влипла... Вот и остается теперь, только, сидеть и ждать...".

– О чем мечтает прекрасная девушка и не сможет ли скромный рыцарь Прокурата превратить ее мечты в реальность?
– услышала я сбоку от себя нагловатый мужской голос и снизу вверх, скептически осмотрела его обладателя.

Маленький, засаженный молодой сиренью городской парк, в котором я сейчас "мечтала", сидя на скамейке, был совсем далеко от дома Глеба и Тусьи. В него я и забрела то случайно, слоняясь по магазинам в поисках чего-нибудь "эдакого" к чаю. А, уловив запах, только распустившихся фиолетовых и белых гроздьев, не смогла пройти мимо.

– Это вряд ли...
– покачала я головой в ответ.
– Думаю, спрашивать, как ты меня нашел, в нашей ситуации излишне, так что, давай, присаживайся. Хочешь пирожное?

Рыцарь, облаченный сейчас в свои "служебные" доспехи, уселся на скамейку и подвинул к себе поближе круглую картонную коробку:

– О-о, шоколадное, спасибо. А то я с утра ничего не ел, - немедля засунул он в рот маленькое темно коричневое сердце.
– Ты, наверное, не знаешь, наше ристалище здесь рядом, - продолжил, едва прожевав.
– А у нас, в честь основания Прокурата, через два месяца ежегодный рыцарский турнир. Вот я и готовлюсь в любое свободное время...
– мужчина, в раздумье, потянулся за еще одним сердечком, вздохнул и решительно закрыл коробку крышкой.
– Я у тебя хочу спросить, Вета...
– забарабанил он по ней пальцами.
– Когда ты получишь гражданство, что собираешься делать дальше?

– Честно?

– Честно.

– Не знаю, Сим. Буду искать свою семью, это я точно знаю... И жить в столице я тоже точно не останусь.

– Но, и в Озерный замок ты тоже возвращаться не собираешься, - не спросил, а констатировал факт маг.

– Ты что, сегодня ночью опять подслушивал?!

– Вета!
– подскочил от возмущения мужчина.
– Надо было... говорить не так громко, это, во-первых, а во вторых... Во вторых, я за тебя беспокоился и поэтому не спал, когда ты вернулась.

– Сим, ты меня прости, но мне трудно определить, где твои служебные обязанности, а где просто дружеское за меня беспокойство. Как то все сложно.

Мужчина вновь сел и, глядя куда-то в сторону, произнес:

– На самом деле, Вета, все гораздо проще, чем ты думаешь... Но, - хлопнул он себя по коленям.
– мне уже пора назад. Так что, давай-ка я тебя провожу... А, вообще, как ты сюда попала, на улицу Магов?
– недоуменно огляделся он по сторонам.
– Тусья, наверное, тебя уже потеряла давно.