Клятва

Дорских Лоя

– Я была за гранью, - почему-то шёпотом произнесла. – Несколько секунд…

– Знаю. И успела привести за собой пару призраков. Нам пришлось вызывать экзорциста.

Эта информация была для меня новой, но заострять на этом внимание я не стала.

– Что было дальше?

– Дальше… - дед нахмурился. – Через два дня я уже знал, что всё было спланировано леди Алексой Зангард. Более того, я знал, что она сделала всё, чтобы ваши с Нарденом метки стали активными. Изолировала его от семьи, чтобы никто не пришёл спасать тебя. Я знаю каждый её шаг, каждое действие, но до сих пор не понимаю – зачем.

– Что значит,

ты не знаешь? Она ненавидела её! То есть, меня…

– Ами, - мягко перебил меня дедушка. – О хитросплетениях внутри семейства Зангард тебе лучше переговорить с защитником. Я не в праве тебе об этом рассказывать, - он замолчал, шумно вздохнув. – Что же касается Алексы… Мне известно лишь то, что на момент твоего рождения она была любовницей Максимильяна…

– Он ведь женат! – удивлённо воскликнула, перебив деда. – И любит супругу! Примерно тогда же родилась и Силеста…

– Наличие чувств к одной женщине не всех мужчин останавливает от прогулок до постелей других женщин, Амалия, - философски протянул он, возвращаясь к теме нашего разговора. – Я могу лишь предполагать, зачем ей всё это. И здесь наши мысли с защитником Зангардов сходятся – она мстила Максимильяну, выбрав самый изощрённый способ.

– Лишив его род наследников? – нахмурилась я. – А Силесту она почему в расчёт не берёт? Ты ведь сам сказал, что Максимильян внушает дочери чувство долга и прочее… И когда это вы успели с псом найти общий язык? Когда он тишь подкинул? Он ждал тебя?

– Да, - кивнул дед. – Изначально защитник очнулся лишь с твоим появлением на этом отборе. Правда, сначала не понял, что к чему, и решил тебе показаться, чтобы понять – ты правда ничего не помнишь, или это всё игра. Поняв, что на тебе печати, решил напомнить тебе о прошлом другими методами. И хорошо, что все его затеи провалились – кроме одной. Поняв, что ты теперь Скирс, и являешься моей внучкой, он решил меня вызвать, подставив Кирьяну. Умный ход. Дочери Андерса ничего не грозило, а что явлюсь именно я – он не сомневался.

– Ты запретил ему действовать?

– Я? Запретил? – деланно удивился дед. – Боги с тобой. Это было обоюдное решение. К слову, это он рассказал Натану о вашем бракосочетании с Нарденом и снятию печатей. Максимильян это всё не спешит афишировать.

– Ещё бы, - не сдержала грустной усмешки. – И что дальше?

Как я и ожидала, дедушка озвучил мне два варианта развития событий.

Первый – я ни коем образом не пересекаюсь с Алексой и живу где-то удалённо вместе с Нарденом, навсегда забыв, кто я по праву рождения.

Второй – мы пытаемся сделать так, чтобы Алекса получила по заслугам, при этом не подвергая никакому риску папу.

Стоит ли говорить, что я выбрала второй вариант? То, что она сделала… нет. Я не смогу жить спокойно, зная, что где-то эта женщина упивается своей победой. А именно этим она и занималась. Как пояснил дед, именно поэтому он предупреждал не доверять Максимильяну – он регулярно общается с Алексой. С виду может показаться, что горюющая по дочери мать просто искренне переживает за судьбу Нардена, но на деле… На деле она наблюдала за исполнением своей мести.

План главного карателя был прост и сложен одновременно. Нам нужно было напугать Алексу и заставить её действовать, но не через наёмников, а лично, чтобы поймать её с поличным. И в этом плане я была главной наживкой.

Когда с обсуждениями

было покончено, дед дал мне артефакт для переноса в Лонс-Крик, и вопросительно приподнял бровь, стоило мне попросить ещё один.

– Я хочу к маме, - честно призналась, смотря на него с надеждой. – У нас ведь есть время? Я могу немного побыть с ними?

– Конечно же можешь, - вложив ещё один артефакт мне в руки, дедушка обнял меня, привычно поцеловав в лоб. – Мы никуда не торопимся, Ами.

– Спасибо, - уткнувшись носом в плечо главного карателя, зажмурилась, пытаясь справиться с появившимися слезами. – За всё спасибо, дедуль.

50

Сразу дедушка меня не отпустил, дав несколько указаний.

Во-первых, он прочитал мне очень длинную лекцию на тему ответственности за дар огня, с которым мне придётся жить. Особенно он подчеркнул то, что пользоваться им мне пока не нужно даже пытаться, так как техника, применяемая к хамелеоновскому дару, в корне отличается от управления любой из стихий.

Во-вторых, дедуля очень чётко попросил меня не нервничать по пустякам и не выпускать эмоции из-под контроля, так как это сулило выбросами огня, что было не очень безопасно для окружающих.

– Здесь, - он обвёл рукой помещение, подразумевая весь замок, - стоит защита от огня. Перестраховался, когда тебе исполнилось тринадцать, - дед надел мне на шею цепочку с кулоном в форме капли. – Уверен, что ты справишься и незапланированных сожжений не устроишь.

– Что это? – рассматривая цепочку, спросила, крутя в пальцах подвеску.

– Мощный накопитель, - просто ответил дед. – Не снимай его. На всякий случай.

Вера деда в меня была непоколебима. М-да…

Впрочем, иронизировать на эту тему он мне не дал, активировав артефакт переноса в родительский дом.

Сказать, что я любила охотничье поместье деда – это ничего не сказать.

Относительно небольшой двухэтажный особняк, окружённый с трёх сторон лесом и стоявший на берегу озера – занимал особое место в моём сердце.

Здесь мама меня учила готовить, а папа охотиться (что жутко не нравилось маме). Здесь Натан учил меня плавать и рыбачить, а так же подбрасывал в кровать мышей, которых я одно время боялась до визга! Здесь у меня было по-настоящему счастливое детство. Даже странно немного… в своих детских воспоминаниях из прошлой жизни я ничего подобного к Лонс-Крику не испытывала. Замок вызывал во мне лишь подобие гордости, что он есть, что он - мой… и всё.

В Лонс-Крике всегда было много слуг, много требующих чего-то от меня людей, и много безразличия. Здесь же, учитывая лишь необходимый минимум слуг, которые переносились к нам несколько раз в неделю из замка деда – больше никого не было, но я никогда не ощущала себя одинокой…

Встряхнув головой, вошла в дом, прислушиваясь к звукам и прикидывая, где могут быть сейчас родители.

Маму я нашла быстро. Она суетилась на кухне, удивлённо застыв при виде меня. На узнавание ей потребовалось несколько секунд - всё же, в своём истинном облике я бывала очень редко, предпочитая разнообразные личины. Сначала это было необходимо для развития хамелеоновского дара, затем мне и самой стало нравится. Тем более, что семья меня в этом поддерживала, пусть и одобрение их, как оказалось, было основано на безопасности.