Клятва
Шрифт:
— Нас тоже прижали! — пыхтел голос на той стороне, пытаясь переорать крики и автоматные выстрелы. — У нас тут лешие! И ходаков не всраться просто!
Булат выругался, сплюнул. На лице вспучились красные, пульсирующие вены.
— Мы отходим к колхозному гаражу, на северо-востоке! Он вдали ото всех домов, увидишь!
Булат вспомнил строения, смутные очертания которых видел по приезду.
— Понял! Держись, Крастер!
В рации не ответили — она захлебнулась в криках и нескончаемой стрельбе.
—
Даня старался глубже дышать, успокаивая клокочущее сердце, Саша лил слезы и, стараясь не попасть по своим, лупил автоматом в разные стороны, Миша дергался, не мог толком прицелиться, но стрелял, помогая товарищам.
Ветер раздувал снег все сильнее, закручивая его в страстном танце. Скоро поднялась такая метель, что дальше пяти-шести метров ничего не было видно.
— Крюк, сзади! Сзади!
Сталкер обернулся, успел пробить мозги появившемуся из-за снежной пыли монстру.
— Где этот чертов гараж? — кричал Ильин, прикрывшись руками от режущего лицо снега. — Сколько здесь ещё тварей?
— Мать вашу! — орал Булат, чья тень еле виднелась где-то впереди. — Получите!
В снегу заблестели десятки пулеметных вспышек.
— Мама! Мамочка! — визжал Саша, увидев лицо ходака вплотную. — А-а-а!
Вовремя подоспел Даня, разрядив в уродца дробью. Тот взвизгнул, растворившись во вьюге.
Наконец, впереди показались очертания гаража, проглядывающие сквозь снежную насыпь. Рядом послышались автоматные очереди и отборные русские маты.
— Быстро! Быстро в ангар!
— Крастер! — гаркнул изо всех сил Булат. — Мы здесь!
Вьюга разразилась нешуточная.
— Где? А, чёрт, Булат, я нихрена не вижу!
Где-то рядом раздался сдавленный крик, а за ним хруст костей.
— Урод! — зарокотал автомат. — Диса! Диса, ты жив?
— Оставь его! — гаркнул другой голос. — Пошли, идиот, пошли в гараж!
Снова рокот оружий, глушимый вьюгой.
Даня слезящимися глазами взглянул сквозь снежный покров. Прочертились и ворота колхоза. Булат вместе с остальными мужиками встали за юнцов, приказывая последним бежать внутрь. Они сомкнулись полукольцом и держали оборону. Твари выскакивали из снега, мелькали то тут, то там. Патроны брызгами тонули в снегу, под визг умирающих тварей. Позади раздался рык РПК Крастера.
— Булат, ко мне! Оставшиеся — закрыть ворота! Мы вас прикроем!
Крюк, Ожог, Шувер и Ильин разбились по двое и налегли на створки, пока
— Уходим, уходим! — заорал Булат, видя как ворота закрываются.
Крастер, несмотря на свои не самые маленькие габариты, свесил пулемет и быстро помчался вслед за бугаем. Как некстати, за ними увязался ходак, почти нырнувший внутрь зернохранилища. Ворота скрипнули, тварь наполовину протиснулась.
— Получи, сука! — рявкнул Крастер.
Череп мрази лопнул, вспенившись сгнившими мозгами. Все позволили себе несколько секунд отдыху.
— Крастер, — кряхтел Булат, глядя во тьму, — сколько вас?
Сталкер закашлялся, сплюнул, зажёг налобный фонарик. Блёклое пятнышко света забегало по тёмным уголкам ангара.
— Девять… Зябла сожрали.
— Восемь, — прошипел кто-то из темноты. — Денчика тоже…
Крастер выматерился.
Тьму разбило ещё несколько фонариков, хороводом расплывшимся по тьме. Все огляделись.
Гараж внутри был полупуст. Где-попало были разбросаны деревянные коробки, железные, рухнувшие с потолка, конструкции. По углам виднелись насыпи зерна, видимо, давно промерзшего и прогнившего. Недалеко в углу ютился старый-добрый трактор «Беларус», грустно взирающий на людей разбитым лобовым стеклом. На его морду насадили паллетные вилы, которые за долгие годы успели проржаветь и покрыться приличным слоем пыли. Два больших, широких проема на стенах пропускали тусклый свет в эту обитель мрака. В общем-то говоря, гараж был не таким уж и большим, как показалось многим сначала. Всего тридцать метров в длину и пятнадцать в ширину.
За воротами было тихо, только ветер зло насвистывал и скрипел гнилыми досками.
— Отойти всем дальше, сделать себе укрытия и ждать! — рявкнул Крастер, перезаряжая пулемет. — Кто знает, что будет дальше…
Все послушались приказа, разворошили коробки, подтащили металлические блоки и прочий хлам, соорудив небольшие укрытия. Крастер сел за вентиляционным каркасом, установив на него РПК.
— Ты пробовал связаться с другими? — крикнул Крюк, не отводя мушки с двери.
— Пробовал, — ответил Крастер, — но нихрена. Видимо, у них тоже весело.
— Твою мать, — ругнулся Ильин, — и что нам теперь делать?
— Ждать, — процедил Булат, что сидел с противоположной от командира четвертого, стороне, — Что нам еще остается.
— И где эти суки? — спросил Ожог, — Только лезла куча…
Как назло, после этих слов в дверь что-то врезалось. Гнилые доски зашатались, бешеными ударами их стало выламывать. Отвалилась одна, вторая, третья… Из расщелин выглянули кривые руки, обезображенные морды, тела ходоков и леших.
— Стреляй по головам! — крикнул Крюк автоматчикам, — Будут ближе, мы встретим!