Клятва
Шрифт:
На Максе и на Ксандре.
На Клода и Зафира, охранников, которые поклялись своими жизнями защищать их принца.
На хорошо вооруженных революционеров Ксандра, включая Бруклинн, которые поклялись своими жизнями в своем случае.
И на Анжелину, которая смотрела на меня в ответ доверчивыми голубыми глазами.
Арон.
Я не могла этого понять.
Они пытали Арона, чтобы найти меня.
И не за то, кем я была, а за того, кого я могла знать?
Я предполагала, это
У меня заболел живот.
Макс поддержал меня, когда я пошатнулась. и я ухватилась за его руку, только чтобы устоять на ногах.
“Они…” — но я не смогла закончить предложение.
Тогда Бруклинн, которая молчала до сих пор, закончила его за меня, и в ее вымученных словах я услышала ее, человека, которым она была раньше, которого я потеряла в сопротивлении.
“Они убили их?” — прошептала она свой — наш — вопрос на одном дрожащем дыхании.
“Нет,” — ответил Макс.
“Когда я уходил, они все еще были живы.”
Я почувствовала, как она вдохнула воздух с другой стороны от Анжелины, будто это была я.
Было что-то в знании, что я не одна, что Бруклинн все еще со мной, страдает из-за Арона, это заставило меня чувствовать себя сильнее, решительнее.
Я стояла твердо теперь, выпустив руку Макса только для того, чтобы доказать, что могу сама.
Я держала спину прямо.
“Тогда нам надо спасти его.
И моих родителей.
Каким-то образом мы должны сделать это правильно.”
18
Брук потянула
меня за руку подальше от остальных, изо всех сил стараясь предоставить нам хоть какую-то приватность, пока мы удалялись по коридорам все глубже в метро.
— Я не знала, — прошептала она, стараясь говорить тихо и оглядываясь, чтобы убедиться, что ее никто не слышит.
“Я никогда никому не хотела навредить.
Особенно Арону.
Ее темные глаза были грустными, полными сожаления.
“Я знаю”, — уверила я, глядя на нее теперь иначе.
Она больше не была той беззаботной девочкой из моего детства, но она и не была жесткой революционеркой, которой, я думала, она стала.
Вместо этого она была пылкой, самоотверженной, преданной.
И все еще была моим другом.
— Но ты ведь понимаешь, що если начнеться война, то будут жертвы, правда7
— Мы не хотим этого, Чарли.
— Мы не хотим сражаться, но дальше так продолжаться не может.
Мы заслуживаем выбирать, что мы хотим, кем мы хотим быть.
Я не могла не согласиться с ее причинами, но я не знала, как ответить, потому и не пыталась.
“Что насчет меня? Как долго вы подозревали…” — я колебалась,
— Как давно ты знал, кто я?
Твой отец отлично скрыл вашу схожесть
На самом деле твои родители были не единственными, кто следил.
.
.
мы подозревали и другие семьи.
Но потом был вечер, когда девчонка из академии…”
“Сидни,” — поправила я.
Брук пожала плечами, будто само знание этого имени было чем-то неприятным.
“Вечером, когда Сидни пришла в ресторан, и ты пролила воду на нее, я подслушала, как твои родители спорили на кухне.
Твой отец волновался, что кто-нибудь обнаружит правду, если вы не будете осторожными.
Он боялся, что королева узнает твое местонахождение.
С тех пор я была уверена.
После этого дело было лишь в том, чтобы подвести тебя как можно ближе к Ксандру, чтобы он решил, соответствуешь ли ты описанию.”
“Клуб?” — уточнила я, заранее зная ответ.
Брук кивнула, в ее газах что-то вспыхнуло.
“Но мы так рано ушли в ту, первую ночь.
Ксандра там еще не было.”
Неудивительно, что она была так расстроена, когда я утянула ее из клуба той ночью, настаивая, что пора уходить.
“Тем не менее, ты облегчила ситуацию, спросив, сможем ли мы туда вернуться.”
Она игриво подтолкнула меня плечом, как будто мы говорили о мальчиках, о школе или о чем-то еще, кроме того, о чем мы беседовали на самом деле.
“Но даже тогда я не подозревала о твоем даре, о том, какой спрятанной силой ты обладаешь.”
Она улыбнулась, озорная знакомая усмешка.
“Я хотела, чтобы ты рассказала мне, Чарли.
Подумай обо всех классных вещах, что мы могли бы сделать с такой маленькой хитростью.”
“Ты сумасшедшая!” Я подтолкнула ее в спину, душа смех.
Для смеха было не время, не сейчас, когда мои родители все еще не здесь.
“И вечером в парке? Ты знала, что должно было произойти?”
Брук, стыдясь, опустила голову. “Я знала, что-то будет.
И говорила, что я должна не спускать с тебя глаз.
Я сделала все, что могла, чтобы мы с тобой ушли.
” Она покосилася на меня.
“Я не подразумевала потерять тебя в парке.
Когда включились сирены, я искала везде.
В итоге я решила, что ты скрылась
.
.
с ним.”
Она не назвала имени Макса, напоминая, что все еще злится, и я задалась вопросом, ревность ли это, или она знала все время, кем он был.
Я думала о том вечере в Жертве, когда она бесстыдно флиртовала с Клодом и Зафиром, и стало интересно, было ли это просто действие.
Расчет, чтобы получить их доверие, собрать информацию.