Клятва

Дёртинг Кимберли

— Мы — мы не можем вернуться туда.

На улицах слишком опасно.

“Я сделала шаг, в надежде что они слышат меня.

Второй охранник с медно-рыжими волосами и жёлтой кожей, нажал пальцем на курок оружия, винтовка пересекала его тонкую грудь.

Это было серьезным предупреждением.

— Это не наши проблемы.

Туннели полны”

Слова моей матери преследовал меня, ее мольбы, что я должна заботиться о Анджелике любой ценой.

Я проигнорировала инстинкты самосохронения

и сделала еще один шаг в их сторону.

“По крайней мере, пропустите ее,” — попросила я, отпуская от себя Анжелину.

Она вцепилась в меня, и изо всех сил держалась, но я была сильнее, чем она, и я свободно разжала её пальцы.

— Она маленькая и почти не займёт много места.

Пожалуйста.

Дыхание Анджелики остановилось, когда я покачала её.

Моё сердце разрывалось, но я не могла позволить ей видеть это.

Я должна быть сильной.

Рыжий охранник, тот с пистолетом, переместился так внезапно, что всё, что я могла сделать, это смотреть в оцепенении.

Он переклал вентоку на плечо, приготовил прицел с такой же молниносной скоростью.

У меня не было времени уклониться в другую сторону.

Всё что я могла сделать — это дотянуться до Анджелики и притянуться обратно к себе.

Сидни ахнула, напоминая мне, что она все ещё с нами.

Я смотрела на оружие, мигая, сжимая к груди Анджелику одной рукой, а другую подняла вверх.

— П-простите.

Мой голос дрожал так же как и руки.

— Мы н-не хотим проблем.
–

Я услышала шаги Макса, когда он бросился за мной, но я не обернулася, даже когда я почувствовала, что его рука на моём плече.

Я держала всё своё внимание на оружие, делая первый, а потом ещё один осторожные шаги, успокаиваясь тем, что Анджелика уже была позади меня.

Но именно действия первого охранника, что смущал меня больше всего, как и тревожный взгляд мелькнул на его лице, а затем он перешёл еще быстрее, чем рыжий.

Его рука вылетела в сторону, пальцы крепко обхватили ствол пушки, разоруживая рыжего одним быстрым движением.

Охранник, который несколько минут ранее целился в моё сердце, выглядел ошеломленным внезапным поворотом событий.

Он открыл рот, чтобы что-то сказать, в знак протеста, но первый охранник оборвал его с резким взглядом, что стало понятно, кто из них главный.

И тогда первый охранник потянулся к двери.

Он открыл их и отошел в сторону, показывая, что мы можем пройти.

Все.

Я оглянулась, чтобы взглянуть на Макса, и увидеть, понимает ли он, что только что произошло, но он уже вталкивал Сидни через дверь, и я уже не могла видеть его лицо.

Я взяла Анджелику и после бросила осторожный взгляд на двух охраников, как только мы прошли.

Дверь снова закрылась за нами.

Первое

что я осознала — здесь было темно.

Тёмнота не всё обхватывала, кое-где она была нарушена мерцанием фонарей и бледным светом фонариков.

Конечно этого было не достаточно, чтобы я видила, куда иду.

И снова я была благодарна за фонарик Макса, мы могли разобрать наш путь через переполненные платформы в поисках места для отдыха.

Второе что я заметила: люди.

Повсюду.

Теснились вместе.

Здесь, внизу было тихо, подальше от улиц.

Вдали от сирен.

Но здесь было тихое отчаяние, заполнявшее каждый сантиметр пространства, каждую трещинку, делая даже воздух густым и тяжелым для дыхания.

Я чувствовала запах беспокойства.

Мы шли осторожно, избегая препятствия в виде чужих ног на нашем пути, маленький луч огня показывал, где можно остановиться и отдохнуть.

Когда нести Анжелину дальше я уже не могла, то опустила ее на землю, крепко сжав ее пальцы в молчаливом обещании не отпускать ее.

Я подтолкнула ее перед собой, прижимая спину к себе, свободной рукой на плече направляю её.

Когда стало ясно, что мыне найдём места на платформах, Макс повернул свет вниз, на нефтезагрязнённый спекшейся след.

Лица смотрели на нас из луча света, и Макс быстро осветил их фонарем, осматриваясь и ища.

— Там, — сказал он наконец, направляя свет к проходу.

Хотя это было меньше, чем проход, была небольшая бреж в массе людей, они ютились поверх гравия на противоположной стороне неиспользованных путей.

Я согласилась, кажется, это было лучшее, что мы могли в состоянии делать.

И хотя мы вплотную сели, по крайней мере, мы все могли сидеть вместе.

Макс опустился с платформы, ногами хрустя в рыхлых породах там, где он нашел узкое мето, находящиеся между телами.

Он протянул руку Сидни, увидев снова их руки вместе, я почувствовала приступ ревности, енавижу это чувство.

Но у меня не было времени останавливаться на этом, потому что дальше он потянулся за Анджелиной.

Она пошла к нему, на этот раз решительно, я же была удивлена, как легко и быстро она стала доверять ему.

Обычно она сдержанна и осторожна с теми, кого подпускает близко.

И сейчас инстинкт ее не обманул.

Даже в темноте я вижу у нее на губах улыбку, когда Макс аккуратно садит ее на землю.

А затем она тянется к руке Сидни, пока ждет меня.

Если бы не страх наступить на кого-нибудь в темноте, я бы не стала ждать, пока Макс мне поможет — я бы прыгнула сама.

Но я не видела, куда приземлюсь, поэтому мне пришлось взять его за руки.

Он потянул меня вперед и я упала в его объятия, мое тело проскользило по его.