Клятва ворону
Шрифт:
Мечники четыре раза тянули жребий и четыре раза сходились в жестокой схватке, показывая всю свою силу и сноровку. Торхельм неизменно побеждал своих противников. Солнце стало клониться на закат, когда определились главные соперники: молодой кёниг и темноволосый воин с могучим загорелым телом. Когда рог возвестил начало бранной потехи, противники стали медленно кружить с мечами наготове, не сводя друг с друга глаз.
– Это риттер Свипдагр. Фридландцу придется нелегко, - шепнула Ренхильд, не пытаясь скрыть торжество в голосе.
– Он самый искусный мечник в Гримнире,
Кветка не хотела признаваться сама себе, но её задело желание Ренхильд увидеть проигрыш кёнига.
– Ты не видела фридландца в бою, - колко ответила Кветка, не сводя напряженного взгляда с поединка.
Ренхильд метнула на подругу удивленный взгляд.
– Ты прочишь победу Торхельму?
– недоверчиво спросила девица.
– Я думала, ты питаешь к нему ненависть, после того, как он напал на Сванберг...
– Уже нет, - раздраженно молвила Кветка, поправляя платье.
– Скажу тебе, не таясь, что сама пришла бы мстить на его месте.
Ренхильд забыла про бой и внимательно смотрела на Кветку, не решаясь высказать свою мысль.
Тем временем боевая потеха кончилась неожиданно и враз: Свипдагр, видя, что противник не спешит нападать, а всё больше отбивает удары, стремительно ринулся на кёнига в желании поскорее покончить с ним. Кветка даже не успела заметить, что сделал Торхельм, как Свипдагр, своей статью более походящий на быка, крутанулся и упал на землю, выпустив из рук меч. Фридландцы оглушительно закричали, поздравляя друг друга с победой их господина. Свипдагр хмуро сплюнул на землю, наевшись пыли, но руку кёнигу подал первым. Торхельм дружелюбно кивнул сопернику и пожал руку. Он что-то крикнул своим воинам и риттерам, славившим его, и занес свой добрый меч над головой. Обернувшись, он взглядом отыскал на помосте Кветку, торжествующе глядя на нее, от чего у кёнигин жаром запылали щеки.
Девицы за спиной Кветки оживленно перешептывались, восхищаясь удалью и отвагой победителя. Она вышла навстречу кёнигу, шагавшему к ней легко и стремительно. Он тяжело дышал после боя, но на его губах бродила насмешливая улыбка, а в ясных и смелых глазах плясали веселые огоньки. Сейчас в его облике не осталось и следа от прежней отчужденности и недоверия. Кветка молча протянула ему меч - награду, изготовленную специально для победителя оружейниками Сванберга. Она старалась не смотреть в его глаза, которые еще совсем недавно таили в себе то угрозу, то насмешку, то презрение и недоверие.
Торхельм медлил, не спеша брать награду из её рук. Она обеспокоенно взглянула на него и замерла: он смотрел на неё сверху вниз с затаенной теплотой во взоре. Кветка затрепетала, чувствуя, как внутри жарко и быстро забилось сердце. Он медленно принял меч из ее рук, будто невзначай коснувшись тонких пальцев кёнигин. К победителю подошли вельможи и риттеры, наперебой расхваливая поединок. Девицы и воины обступили его со всех сторон, спеша выказать свое восхищение. Кветка, воспользовавшись поднявшейся суматохой, отошла в сторону. Она поторопила Ренхильд, попросив поскорее покинуть место состязаний.
Кёнигин с Ренхильд возвращались в город пешком
Она старалась не выказывать своего волнения, идя подле Ренхильд, но та, удивленная молчаливостью подруги и её затуманенным взором, прятала озорную улыбку. Пройдя городские ворота, Ренхильд остановилась, чтобы поправить ремешок на обуви. Взгляд Кветки упал на двух девиц, стоявших неподалеку и оживленно беседующих. В одной из них она узнала свою прислужницу, которая убирала покои кёнига и кёнигин. Её спутница, невысокая девица с темно-русыми волосами и темными глазами, имела высокомерный и надменный вид. Несмотря на её напускную величавость, платье девицы было чрезвычайно простым и опрятным, словно она надела его нарочито для того, чтобы ничем не выделяться в толпе. Незнакомка была угловата и худощава, а зеленое сукно её плаща лишь подчеркивало бледность кожи и темные тени под глазами. Девица на что-то пеняла прислужнице, хмуря и без того некрасивое лицо.
– Кто эта девица?
– тронула Кветка за рукав Ренхильд.
– Где же?
– Вон там, у телеги с сеном, - указала Кветка рукой.
– Что она здесь делает?!
– Ренхильд ударила себя по бокам, потемнев лицом от гнева.
– Она из благородной семьи?
– спросила Кветка, не понимая причину гнева Ренхильд.
– Это Ингва. Сестра Дагвора!
– выпалила Ренхильд, решительно двинувшись прямиком к девице.
Первой их заметила прислужница Кветки. Она замерла на месте, открыв рот от испуга и побледнев.
– Госпожа, - только и смогла выдавить прислужница.
Темноволосая девица обернулась и впилась в Кветку взглядом. Видимо, ей не понравилось то, что она увидела, ибо в её глазах полыхнула ненависть, злость и тоска. Ингва с силой, которую едва ли можно было заподозрить в столь тщедушной девице, оттолкнула прислужницу и бросилась прочь, спеша затеряться среди толпы.
– Кветка, прикажи страже схватить её!
– вскинулась Ренхильд.
– За что? Она не преступница, и ей, как и всем, разрешен свободный въезд в город, - недоуменно ответила Кветка, следя взглядом за тем, как Ингва, смешавшись с толпой, вышла через городские ворота.
– Ты не знаешь, но от родни Дагвора можно ожидать всего!
Кветка, не обращая внимания на слова Ренхильд, подошла к служанке.
– Ты знаешь Ингву, сестру Дагвора?
– спокойно обратилась она к служанке, не помнящей себя от страха и волнения.
– Да, в замке госпожи служили я и мой жених, теперь он городской караульный. Госпожа, я ничего не сделала, чтобы вызвать ваш гнев! Госпожа Ингва лишь спросила, как мне живется в городе.
Кветка изумленно посмотрела на девицу. Она никогда не злилась на слуг и очень редко прибегала к их услугам, с детства обходясь без них. Ей показалось, что девица нарочито горестно заламывает руки, чтобы поскорее быть отпущенной и избежать вопросов Кветки. Она кивнула девице, давая понять, что та свободна. Прислужница поклонилась и поспешно удалилась.