Клятва рыцаря
Шрифт:
— Не ребенок, Герлин, но… но скорее… юноша… Дитриху из Лауэнштайна тринадцать лет, вскоре исполнится четырнадцать. В ближайшем будущем он пройдет посвящение в рыцари.
Герлин вскочила на ноги и вырвала свою руку из руки отца.
— Четырнадцать? Оруженосец? Отец, вы не можете так со мной поступить! Мне же двадцать четыре года! Я не могу выйти замуж за ребенка!
— Но, Герлин, я не желаю тебе ничего плохого! — Перегрин умоляюще поднял руки. — Напротив. Подумай, Дитрих юн, но ведь он не будет таким всегда. Я выдаю тебя замуж не за ребенка, а за человека знатного рода! Ты будешь управлять целым графством, Герлин. Богатыми, обширными владениями!
Герлин
— Отец, я не хочу выходить замуж ради титула или участка земли. Мне придется жить с ребенком! Я не мечтаю о графстве, отец, я мечтаю о любви, о чувствах, о симпатии… о мужчине, который был бы мне равным, который мог бы стать мне другом.
Перегрин из Фалькенберга пожал плечами:
— Но ведь одно не исключает другого, дитя мое. Смотри на это так, Герлин: ты возьмешь в мужья мальчугана, вернее, красивого невинного юношу. Он будет тебя любить, боготворить, ты сама будешь делать из него мужчину. Ты станешь богатой и будешь управлять большим двором. Графиня Орнемюнде из Лауэнштайна… Разве мы можем надеяться на что-то лучшее?
Герлин закусила губу. Похоже, у нее не было особого выбора.
— Вы действительно уже согласились на предложение, отец? Все уже решено?
Перегрин кивнул.
— Я был вынужден, хоть господин Соломон и настаивал на том, что нужно вначале узнать твое мнение по этому поводу. В противном случае он отправился бы в другие крепости, у него на примете были еще две девушки. Однако он просил передать, что мое согласие ни к чему не должно тебя обязывать. Если ты категорически против, то еще можешь отказаться. Конечно же, тогда я потеряю лицо… — Он нерешительно улыбнулся. — Тебе следует все еще раз обдумать, Герлин. Сейчас ты поражена, напугана тем, что я уже принял решение за тебя, но если ты поразмыслишь над этим… Соломон говорил только хорошее о своем господине.
— О своем господине? — усмехнулась Герлин. — Скорее, о своем подопечном или воспитаннике, или даже ученике! Кем ему приходится этот Дитрих, что он так за него переживает?
— Он сын его лучшего друга, — ответил Перегрин просто. — И он очень любит этого юношу и желает ему только добра. Настолько любит, что даже беспокоится о том, чтобы ты не просто согласилась на этот брак, но и сделала это не против своей воли. Дитриху нужна такая супруга, которая бы любила его.
Герлин вскинула голову.
— Тогда зачем Соломон ищет ему жену, которая в два раза его старше? Разве не найдется какой-нибудь миловидной тринадцатилетней девчушки, которая мгновенно влюбится в него, если он и правда такой красивый и приветливый?
Перегрин задумчиво потер лоб.
— Герлин, речь идет не просто о жене… Дитрих оказался в непростой ситуации, господин Соломон был со мной предельно откровенен. Юноша — единственный сын покойного владельца Лауэнштайна, что наверняка беспокоило того всю жизнь. После смерти матери Дитриха он женился еще дважды — первая из этих женщин умерла во время родов, а брат Дитриха пережил ее лишь на два дня. В отчаянии владелец крепости снова связал себя узами брака, в этот раз с Лютгарт из Нюрнберга, женщиной твоего возраста. Однако вскоре после свадьбы он скончался, не зачав с ней ребенка. Эта Лютгарт сейчас управляет крепостью, пока Дитрих не пройдет посвящение в рыцари. И, похоже, она не собирается просто так отказываться от статуса хозяйки. К тому же есть еще один представитель рода Орнемюнде, который также хотел бы заполучить наследство… Дитрих потеряет все, если вскоре не укрепит свое положение.
— Насколько
Герлин снова села, однако не как ребенок у ног отца на скамеечке, а на высокий стул у камина, который разожгли по приказу Перегрина. Герлин нужно было согреться. После такого потрясения ей казалось, что у нее кровь застыла в жилах.
Выйти замуж за мальчишку… это звучало скорее как беспощадный приговор.
Перегрин кивнул, не поднимая глаз на дочь.
— Ты ведь была воспитана при «дворе любви».
Он не стал продолжать, и Герлин едва сдержала резкий ответ. Ее отец и Соломон из Кронаха, чью мудрость вряд ли можно было поставить под сомнение, были правы. Дитриху не нужна была запуганная, неумелая девчушка, которая, возможно, кровоточила первый или второй раз. Не только жена будет вступать в этот брак нетронутой, Дитриху также придется многому научиться. Несмотря на то что при «дворах любви» все происходило намного благопристойней, чем считалось, для Герлин не осталось тайной, что должно произойти между мужчиной и женщиной, чтобы появился ребенок. Она вздохнула.
— Вы говорите, что юноша хорошо воспитан и приветлив? — тихо спросила она.
Перегрин кивнул.
— Так утверждает господин Соломон. Он не мог нахвалиться своим подопечным. Парень также не по годам смышленый и благоразумный. Пожалуйста, подумай над этим, Герлин! И как можно скорее сообщи мне о своем решении!
Выходя из покоев отца, Герлин натолкнулась на братьев. Они наверняка подслушивали у двери, однако Герлин успела заметить, что отец тщательно закрыл даже отверстие для кошек в двери. В любом случае, они разговаривали не слишком громко, наверняка ничего не было слышно. Рюдигер и Вольфганг не выглядели застигнутыми врасплох, а оживленно что-то обсуждали между собой. Сейчас же они оба кинулись к Герлин.
— Ты ведь не откажешь ему, правда? — спросил Рюдигер. — Даже учитывая, что он… ну, то есть это немного странно, он ведь не намного старше меня. Но ты только подумай, я ведь могу поехать с тобой в качестве оруженосца в крепость Лауэнштайн! Я пройду посвящение в рыцари вместе с этим Дитрихом. И это же будет совсем скоро, Герлин! Я уже жду не дождусь! Ты же не откажешь ему, не так ли? Ты не можешь со мной так поступить!
Глава 3
Герлин из рода Фалькенбергов не отказала. В ту ночь она плакала, пока не заснула в слезах, и попрощалась со всеми романтическими мечтами. Для Герлин не будет ни героя, ни прекрасного рыцаря в сияющих доспехах — однако если над этим поразмыслить, вряд ли она могла рассчитывать на него и без предложения владельца Лауэнштайна.
На самом деле Герлин и ее подругам при «дворе любви» такие рыцари встречались очень редко. Девушки кокетничали с юными героями, иногда, возможно, тайком обменивались поцелуями в розарии госпожи Алиеноры. Однако замуж они выходили за мужчин, которых выбирали для них отцы. Мужчины эти могли быть очень старыми или совсем юными, некрасивыми и даже зловредными, так что Герлин еще повезло. По крайней мере, юный Дитрих, похоже, обладал привлекательной внешностью и добрым нравом. И кто знает, возможно, по мере взросления он действительно превратится в тот светлый образ из мечтаний Герлин и не станет менять свою супругу на молодую красавицу, как поступил король Генрих с госпожой Алиенорой.