Клятва обмана
Шрифт:
Черт. Она назвала себя Арьям, перевернув Майру. У них обоих были тайны. Он не мог поверить, что был с дочерью Неко. Неко. Одного из величайших воинов всех времен. Конечно, Ари могла о себе позаботиться. Савенек ощущал себя глупо.
— Это было честью, — ответил он. — Я могу увидеть ее перед отбытием? Я хотел бы поблагодарить ее за спасение моей жизни, — и спросить, мог ли официально встречаться с ней. Но Неко точно не позволит своей дочери быть с кем-то вроде Савенека.
— Боюсь, не выйдет, — ответил
Савенек вздохнул. Он нашел женщину своей мечты, но ему было далеко до нее. Он знал, что ему не светило тут ничего.
* * *
Хоть Савенеку хотелось бы увидеть замок в Лейксайде вне четырех стен его комнаты в лазарете, он был рад уйти. Ему надоело сидеть и ничего не делать. Он начинал сходить с ума. И он не мог перестать думать об Ари. Если бы его нога была сильной, он бы уже пошел искать ее, надеясь, что Неко не убьет его за внимание к его дочери. Да, ему стоило покинуть замок.
Замок был шумным. Даже из комнаты без окон он слышал, что люди все время бегали по коридору, кричали приказы. Он знал, что принц Одар прибывал сегодня, но все равно это казалось слишком. Это был просто принц. Он надеялся, что принц не заметит Ари… Майру. Савенеку было сложно запомнить ее настоящее имя. У нее тоже было такое насчет него? Когда он назвал свое имя, почему она не раскрыла свое?
Натенек застегнул плащ на плечах, накрыл капюшоном голову. Он взял другой плащ и вручил его Савенеку.
— Надевай.
Сидя на кровати. Савенек накинул плащ на плечи как можно лучше. Он свесил ноги с кровати.
— Ты не можешь идти, так что я тебя понесу, — сказал Натенек.
Он не хотел, чтобы его несли как инвалида.
— Ни за что, — а если его увидит Ари?
Натенек приподнял брови.
— И как ты попадешь отсюда в конюшню?
— С твоей помощью, — одна нога у него работала. Нужно было, чтобы отец помог поддержать вес.
— Ладно.
Натенек помог ему встать. Здоровая нога Натенека дрожала от усилий. Вторая нога была беспомощной.
— У двери двое из Братства, — сказал Натенек. — Они проследят, чтобы мы добрались до кареты без проблем.
Такое не было необходимым для Савенека. Но он за это и любил Братство — они заботились о своих.
Натенек обвил рукой пояс Савенека, поддерживая почти весь его вес, помогая двигаться вперед.
— Было бы проще, если бы я тебя нес, — пожаловался он.
Савенек рассмеялся. Он похудел, пока был тут. Он поднял капюшон, и они вышли из комнаты. Двое в плазах стояли в коридоре с мечами в руках. Один махнул Натенеку идти за ним, другой плелся за Натенеком. Они двигались по темному коридору и за маленькую дверь. Савенек прищурился от яркого света. Натенек охнул, и Савенек попытался выпрямиться сильнее, но одна нога не поддерживала вес.
Яркий свет пропал, когда они вошли в конюшню. Маленькая неприметная карета ждала их. Один из мужчин открыл дверцу, и Натенек
— Ты не сядешь внутрь?
— Нет. Я поведу карету, — Натенек коротко поговорил с двумя мужчинами и сел на место кучера.
Через миг его отец крикнул слово, и лошади помчались, карета дернулась. Поездка не будет приятной. Они выехали из конюшни под солнце. Савенек сильнее опустил капюшон, чтобы закрыться от яркого света.
Они покинули земли замка. Он хотел открыть глаза и хотя бы увидеть место. Но он пробыл месяц в темной комнате. Его глаза не сразу привыкнут. Он не стал себя жалеть, а решил, что однажды вернется. Он увидит Лейксайд, Ари, а, может, и императрицу с императором.
* * *
Они ехали почти весь день, добрались до довольного большого поместья среди фермерских угодий. Натенек остановил карету и спустился. Он открыл дверцу, помог Савенеку вылезти, поддерживая почти весь его вес. Они отправились к дому.
— Тут нет слуг, — сказал Натенек. — Только мы, — он отвел Савенека к дивану. — Я принесу хворост. Ты пока отдохни.
Его отец ушел, и Савенек внимательно осмотрел комнату. Большой каменный камин занимал почти всю стену. Там были два дивана и четыре кресла, окружающие столик на потертом ковре в центре. Место было теплым и уютным.
Он не верил, что это был дом Ари. Место пахло как она. Теперь он знал, что она была дочерью Неко, видел сходство между ними. Когда он сможет ходить сам, он собирался отыскать ее спальню. Это же не будет вторжением в личное пространство? Может, он сможет оставить ей письмо с благодарностью за ее доброту, спасение и дружбу. Ему казалось, что Натенек не одобрит, так что он найдет способ оставить письмо без ведома отца. Это будет забавным испытанием.
* * *
Нога Савенека восстанавливалась дольше, чем ожидалось. Рана должна была зажить, а еще мышцы — набраться сил после яда. Савенек почти все время сидел на стуле, глядя на пастбище. Тут было мирно, но он скучал по Городу Императора. Он часто думал об Ари. Что она делала? Скучала по нему?
Дом был отдельно от всего. Рядом не было города, и до них не доходили новости насчет Рассека и Империона. Когда Савенек предложил отцу побывать в ближайшем городе за новостями, Натенек сказал, что это не важно. Для него важнее было, чтобы Савенек полностью восстановился.
— Когда вернемся домой, мне разрешат дать клятвы и вступить в Братство? — спросил Савенек у отца одним из вечеров, пока они играли в карты у камина.
— Ты дашь клятвы, но не сейчас.
Савенек бросил карты на стол. После миссии в Апетаге он точно был готов.
— Если не позволишь мне дать клятвы, я хочу в армию, — он будет биться за королевство. Его отец не остановит его.
— Ты не слышал Неко? — Натенек отклонился на стуле, скрестил ноги. — Ты понадобишься Империону, когда война закончится.