Клятва обмана
Шрифт:
— Ты поздно, — отметил Натенек, открывая глаза. Он склонился, и передние ножки стула опустились со стуком.
— У меня есть важная информация.
Натенек вскинул брови.
— Я не просил информацию. Я просил бумаги корабля. Они у тебя есть?
— Нет. Но нам они не нужны. На борту корабля двое из Рассека. Один мертв.
— Как ты узнал, что они из Рассека?
— Они выглядят как люди Рассека — крупные, бледная кожа, темные волосы. Но это не все. Один мужчина умер от воздействия яда.
— Яда?
— Да. Там
— Как ты понял, что это яд?
— Мертвый держал сосуд с порошком, и яд был на его коже, — Савенек не хотел приближаться к веществу. Его учили замечать яды. Но он еще не видел такой красный порошок.
— Иди домой. Я с этим разберусь.
— Что ты собираешься делать?
— Я посмотрю. И если все так, как ты сказал, я уничтожу это.
Это было опасно, и Савенек не хотел, чтобы его отец был рядом с тем порошком.
— Как ты это сделаешь?
— Потоплю корабль. Яд должен испортиться в воде.
— Позволь тебе помочь, — другие ученики академии путешествовали со своими кураторами в другие королевства и возвращались с потрясающими историями о шпионаже, внедрении в армии, краже документов. Савенек ни разу не был на миссии с кем-то, кроме отца, и он еще не побывал в других королевствах или на опасном задании.
— Нет. Иди домой. Это приказ.
Савенек вздохнул.
— Что-то не так?
— Нет, — он упер локти в стол и запустил пальцы в волосы. Он хотел пойти топить корабль с отцом.
Натенек отклонился на стуле.
— Тебе слишком опасно там находиться. Что-то может пойти не так.
Савенек кивнул. Он понимал это, но не был щенком, который не знал, что делает. Он девять лет исправно учился, он заслужил настоящее задание, а не сидеть в укрытии, пока не пригодится.
Натенек вдруг склонился, прижал ладонь к предплечью Савенека.
— Если на корабле все, как ты говоришь, мне нужно туда как можно скорее.
Савенек кивнул и встал.
— Мы поговорим о твоем наказании, когда я вернусь домой.
— Что, прости? — наказание? За что?
— Ты не слушался приказов. Ты не должен был подниматься на тот корабль.
— Хорошо, что я это сделал, — иначе они не знали бы о яде или людях из Рассека.
— Тебе повезло, что ты не попал в засаду. Ты не послушался приказов. Точка. За это ты будешь наказан.
Савенек недовольно скрипнул зубами. Он понимал отца, но ему это не нравилось. Он повернулся и вышел из таверны. Он побежал на запад — прочь от дома. Он не хотел идти этой ночью домой. Иначе ему придется думать о том, что отец не взял его с собой топить корабль.
Он не мог и идти в дом Ханы. Если он покажется, и ее отец поймает его, больше его и на милю к ней не подпустят. Хотя он мог легко проникнуть к ней, но она делила спальню с четырьмя сестрами. Хана могла споткнуться обо что-то и разбудить сестер, риск был слишком велик. И он мог пойти лишь в одно другое место.
Он отправился к дому тети.
Квартира была прямо над пекарней семьи. Солнце не встанет еще три часа. Савенек не хотел никого будить, поднялся к двери и вскрыл ее — он делал так сотни раз в детстве. Он открыл дверь и прошел внутрь, добрался до дивана на ощупь. Он лег, пытаясь расслабиться, чтобы поспать хоть пару часов.
Успокаивающий запах хлеба заполнил тихую комнату. Его дядя уже работал внизу в пекарне. Он не слышал и тихое дыхание тети из смежной спальни. Значит, и она уже не спала.
— Это просто я, — пробормотал он, не желая пугать ее.
— Ясное дело, — ответила тетя Тайек. Она вышла из спальни и подошла к дивану, села у ног Савенека.
— Ты мне не удивлена, — отметил он, взбивая подушку под головой.
— Натенек уже заходил сюда раньше ночью.
— Сиськи коровы, — выругался он.
Тетя стукнула его по голове.
— Не используй это слово.
— Почему? — спросил он, потирая голову. Тетя обычно не ругала его за неприличные слова.
— Можно говорить грудь, или хотя бы вымя, раз у коровы, но не это вульгарное слово, которое ты произнес. Этого в моем доме не будет.
Савенек рассмеялся. Он любил тетю. Она была самой доброй из всех, кого он знал, а еще была забавной, всегда помогала и видела в людях только хорошее. Поэтому ее недовольство конкретным словом позабавило его.
— Только ради тебя, тетя Тайек, — он заерзал на диване, пытаясь устроиться удобнее.
Почему она не спала? Что ей сказал отец?
— Все в порядке? — спросил он.
— Да, — ответила она. — Поспи. Мы сможем поговорить завтра.
— Утром мне в академию.
— Я прослежу, чтобы ты не проспал, — она встала.
— Отец упоминал что-то о моем задании?
Тайек замерла на пороге.
— Нет, — ее голос был отчасти удивленным, значит, она говорила правду. Мы говорили о тебе. Я слышала, ты нашел девушку, — ее голос стал осторожным.
— Это расстраивает папу? — Натенек говорил, что не хотел, чтобы Савенек отвлекался на девушку, когда его учеба походила к концу, и его ждали клятвы вступления в Братство.
— Не расстраивает. Он спрашивал совета, ведь я проходила такое со своими детьми.
Когда Савенек заводил близкого друга или интересовался женщиной, Натенек всегда начинал настаивать, чтобы Савенек сосредоточился на учебе. То, что Натенек не нашел новую жену и был без друзей, не означало, что такой должна быть жизнь Савенека. Приняв клятвы, он собирался жениться на Хане, что бы ни говорили остальные.