Клятва королевы
Шрифт:
— Идемте, — сказала я. — Прогуляемся по саду.
Мы вышли через Львиный дворик к фонтану, окруженному каменными изваяниями зверей. Колон спокойно шагал рядом со мной, словно мы были одни и за нами не следовала свита слуг. Меня вновь поразила его непринужденная осанка; у него был вид человека, считавшего, что ему отведено немаловажное место в этом мире.
Весенний день дышал прохладой, как часто бывает в горах, но, по крайней мере, избавил нас от проливного дождя, затоплявшего Андалусию в это время года. Я радовалась бледному солнцу, хотя оно почти
Вернувшись с небес на землю, я обнаружила, что Колон в замешательстве смотрит на меня.
— Вы мне не позволите, — сказал он.
Я покачала головой:
— Не могу. Пока еще не время. Знаю, я вам об этом уже говорила, но у нас множество неотложных дел. То, чего вы просите, нереально. Даже если бы мы могли это разрешить, многие наши советники считают, что ваша идея — безумие.
— Я считал, что вы следуете тому совету, какой выберете сами, — ответил он, — поскольку, по мнению некоторых, ваши собственные поступки с самого начала — в своем роде тоже безумие.
— Вы осмеливаетесь меня упрекать? — резко спросила я.
Он наклонил голову, и солнце осветило лысеющую макушку. Рыжевато-коричневые волосы поредели, — как и я, он постарел. Напоминание о том, что оба мы смертны, остро укололо меня, подобно дурному предчувствию.
— Даже не собирался, — сказал он. — Просто имел в виду, что вы поступаете по велению совести и тем самым доказали, что куда достойнее любого из ваших предшественников-монархов. Нисколько не сомневаюсь, что ваше правление станет легендой. Мне лишь хотелось бы сыграть в ней свою небольшую роль.
От моего гнева не осталось и следа.
— Мне бы тоже этого хотелось, — тихо ответила я. — Можете остаться с нами; я дам вам влиятельную должность при дворе. Уверена, вы окажетесь очень ценны для нас.
Он едва заметно улыбнулся:
— Благодарю вас, Majestad, но, боюсь, если ваша душа принадлежит Кастилии, то моя стремится в море.
Он низко поклонился, хотя я не разрешала ему уйти. Прежде чем я успела что-либо сообразить, его сильные пальцы раздвинули мои и вложили что-то в мою ладонь.
Повернувшись, он быстро пошел прочь. Я молча стояла, не в силах сдвинуться с места. Лишь когда он скрылся вдали, я взглянула на подарок, все еще хранивший тепло его рук.
Миниатюрный галеон, отлитый из бледно-розового червонного золота.
Перед глазами все поплыло, и я услышала собственный крик:
— Остановите его! Верните!
Чакон поспешил следом за Колоном.
— Похоже, у тебя появилась тайна, — лукаво заметила Беатрис.
Отвернувшись, я прижала маленький галеон к сердцу — и улыбнулась.
В пятницу третьего августа тысяча четыреста девяносто второго года дон Кристобаль Колон, недавно получивший звание верховного адмирала и место при дворе, отплывает из порта Палос на трех кораблях — «Нинья», «Пинта» и «Санта-Мария».
Я представляю, как он плывет мимо монастыря, где обучается его сын, а затем пересекает реку Сальтес, чтобы достичь первых соленых просторов, откуда течения выведут его мимо наших Канарских островов в бескрайний океан.
Я не знаю и не могу знать, что он найдет, если вообще отыщет хоть что-то; удастся ли ему открыть свой неуловимый путь на Восток, или дорогу ему преградят бесконечные штормы и огромные волны с белыми шапками, где с трудом движутся корабли и блуждают морские драконы. Он отправляется в путешествие, вооружившись лишь своей верой и мечтой — как и юная инфанта, много лет назад впервые покинувшая дом в Аревало, чтобы отправиться навстречу неизвестному.
Нет, я не знаю, что найдет Колон. Но в одном уверена — он вернется. Мы во многом похожи, он и я; когда-то давно никто не верил, что мне суждено стать великой.
А теперь я — Изабелла, королева Испании.
Послесловие автора
Исследования биографии Исабель Кастильской (более знакомой англоязычной аудитории как Изабелла) — захватывающее и вместе с тем непростое занятие. Изабеллу трудно отнести к какой-либо определенной категории, ибо она является столь же героической, как и противоречивой фигурой. Преисполненная решимости создать объединенную нацию, она часто заблуждалась, движимая преданностью вере, что в итоге положило начало испанской инквизиции, печально знаменитой своими гонениями.
Правление Изабеллы заложило основы империи, превратившейся в могущественную державу под властью ее внука Карла V и достигшей апогея при ее правнуке Филиппе II. Законы, вступившие в силу в годы ее правления, основанные при ее содействии университеты, где позволялось преподавать первым в Испании женщинам-ученым, восстановленные соборы и монастыри, находившиеся под ее покровительством, темная полоса фанатизма и власти Святой палаты — все это часть ее наследия. Она оказала столь сильное влияние на Испанию, что ее эпоха стала олицетворением славы, — эпоха, остатки которой можно по достоинству оценить и сегодня в виде дошедших до наших дней примеров искусства, музыки, архитектуры и литературы, которые процветали во времена ее царствования.
Изабелла никогда не ожидала, что станет царствующей королевой, она унаследовала нищую, раздробленную и глубоко разделенную страну, разоренную алчной знатью и слабыми королями. Вместе со своим столь же выдающимся мужем, Фернандо Арагонским, она создала современное государство эпохи Возрождения, готовое занять подобающее ему место на мировой арене. Более того, она проявила немалую дальновидность, поверив заявлениям не слишком известного генуэзского мореплавателя, что в итоге привело к так называемому открытию Нового Света, расширив познания европейцев далеко за пределы их родных земель.