Клякса бифуркации
Шрифт:
А деньги, типа, жертвуются на «Мировую революцию».
Мда… Да, кто бы сомневался - куда же ещё?
Хм, гкхм… Однако, мне почему-то кажется, что деньги на дело освобождения всех трудящихся мира от гнёта эксплуататоров - я могу собирать ничем не хуже этого «седого» товарища.
Оформив с помощью Максима Семёновича ещё одну фирмочку и узнав точные координаты «посредников» - да они, не особенно то и скрывались, я решительно и бестрепетно внёс товарища Седого в список лиц подлежащих… Ээээ…
Про
После того как «Товарищ Седой» - пал жертвою «вихрей враждебных», наняв «втёмную» двух французов «побрутальнее» обликом – я проехался по посредникам и, практически без всяких проблем договорился, что отныне - они будут добровольно башлять на Мировую революцию, совсем по другому адресу.
***
Конечно же, нельзя не упомянуть о итогах «Международной выставки современных декоративных и промышленных искусств» в Париже.
Несмотря на то, что Советский павильон дизайна Константина Мельникова был оценён специалистами разных стран, как одно из высших художественных достижений - общее количество наград полученных нашими экспонатами, было сравнительно невелико. Из восьми тысяч – всего чуть более двухсот, в том числе девять высших наград – «Гран-при».
Но, как говорится - важен почин!
К сожалению, моё вмешательство в естественный ход истории имело и негативные последствия. Слив в прошлом году Иохелю Гейдлиху инфу по моде 1925-го года, я лишил наград советского модельера Надежду Ламанову - в «реальной» истории получившую «Гран-при» за коллекцию платьев.
Ну, что ж…
«Лес рубят – щепки летят»!
Тот успех всё равно не принёс бы ей особого счастья: деньги бы забрала посредническая организация «Мосэкуст» (Московская кустарно-экспортная контора), а саму модельершу затравили бы коллеги – то ли от зависти, то ли – из классовой ненависти. А так глядишь, обойдётся.
Кстати, предложил ей переехать из Питера в наш Ульяновск – на швейную фабрику «Красная игла», но та наотрез отказалась сменить северную столицу на провинциальную глушь.
Ну, что ж – это её выбор!
Провал в дизайне одежды, я компенсировал Отечеству громким успехом в архитектуре. Проект Ульяновского железнодорожного вокзала в стиле «Хай-Тэк», принёс широкую известность и «Гран-при» Александру Александровичу Прасолову. Принёс бы и контракт от Мэрии Парижа на проектирование многоэтажного гаража на тысячу машин… Но произошедшие под конец нашей «командировки» события, описанные ниже – сорвали уже было начавшиеся переговоры.
А вот зависть и классовую ненависть со стороны советских коллег-архитекторов, то да!
Александру Александровичу пришлось испытать на себе в полной мере. Особенно со стороны Константина Мельникова – автора Советского павильона и саркофага Ленина.
Однако, мы с ним из НКВД!
Мы можем постоять за своих.
***
Ну,
Но кроме лирики, была у меня в городе Париже и…
Политика!
Практически с момента моего приезда в эту "мировую" столицу моды, началась операция "Вброс дохлой кошки".
Глава 6. Операция «Вброс дохлой кошки».
Сразу после приезда в Париж, прибытия в Советское дипломатическое представительство и, сравнительно недолгих мытарств там, мы с Александром Александровичем Прасоловым - отдали чемодан Давида Леймана, человеку с неясной должностью, якобы занимающегося «металлургическим импортом» - но на самом деле, являющимся представителем ИНО ОГПУ в советском посольстве.
Все, называли его «товарищ Иванов» - без имени-отчества и я тоже строго следовал этой традиции.
В торговом представительстве посольства на улице Гренель, в боковом флигеле располагался тайный центр советской разведки - по слухам с химической лабораторией, фотолабораторией, радиомастерской и прочими атрибутами для шпионской деятельности.
Имелись в его подвале и, совсем недавно построенные печи - в которых уничтожали ненужные, но тем не менее секретные документы. Во время демонстрации белогвардейцев-эмигрантов, могущей запросто закончиться штурмом комплекса - здесь всерьёз приготовились жечь шифры и какие-то коминтерновские бумаги - видать, шибко компрометирующие эту организацию.
Когда я шепнул на ушко товарищу Иванову, что прибыл «от Генриха Григорьевича» потеряв по пути «боевого товарища» - тот тут же принял меня за своего и, позже стал всецело мне доверять.
Человек, с любой стороны исключительно положительный!
«Гвозди бы делать из этих людей
Крепче бы не было в мире гвоздей!».
Товарищ Иванов был родом из «старых большевиков», достаточно хорошо шпрехал на державной мове лягушатников - изучив её в эмиграции и, не на словах – на деле, исполнял все нормы партийной этики… То есть – ходил по посольству в гимнастёрке, презирал роскошь, не танцевал фокстрот и даже не слушал джаз.
Причём, не особенно-то навязывал свои ценности другим. Просто переставал здороваться с «перерожденцем» и этого бывало достаточно – чтоб тому беспокойно отдыхалось-спалось и без аппетитно кушалось-елось…
Не… Я таких людей уважаю!
У которых слова не расходятся с делом, чего бы это не касалось.
Однако, для руководителя разведывательной службы на территории иностранного государства - этого мало, согласитесь?
А, его наив…
Да, будь он коммерсантом в наши «Лихие 90-е» - его бы «разводили» на бабло даже ушастые кролики!