Клуб

Скотт Кайл М.

Джейсон посмотрел на девушку и подумал, не спросить ли ее имя?

Хотя какое это имело значение?

Стоило ли узнавать ее поближе?

Скорее всего, нет.

Девушка со страхом смотрела на него. Хотя она молчала, но ее наивные голубые глаза говорили о многом. Они просили и умоляли, и в них, как ему показалось, промелькнула вся ее жизнь, словно фильм в ускоренной перемотке. Каждый момент, начиная с ее первого воспоминания

о том, как она сосала мамину сиську, и до этого самого момента.

Джейсон решил, что она хотела, чтобы он увидел это; хотела, чтобы он увидел в ней человека, с сердцем и душой, с будущим, с семьей и, возможно, с парнем, который ждет ее, чтобы увезти ее в страну чудес, где они родят детей и вырастят их хорошими и порядочными людьми, и в конце концов они умрут счастливыми в объятиях друг друга, старыми и немощными, сидя на крыльце где-нибудь в тихом и спокойном месте, добрыми и чистыми, с осознанием того, что они прожили хорошую жизнь. Благородную жизнь.

Джейсон также знал, что она хотела, чтобы он увидел в ней что-то еще, кроме того, что видел.

Не просто игрушку.

Не просто кусок мяса.

Джейсон улыбнулся. Эта бедная, великолепная девушка не понимала, что он видит все это. Он знал, что она чья-то дочь. Он знал, что у нее есть надежды, стремления и мечты. Он знал, что страх, который она испытывала, был не только страхом смерти, но и страхом тех мук и боли, которые стоит перенести ее близким, когда те узнают о ее ужасной кончине.

Джейсон знал все это.

Он рассчитывал на это.

Процветал на этом.

И ничто в жизни не доставляло ему большего удовольствия, чем забирать все это. Все надежды, все мечты. Всю еще не прожитую жизнь.

Он держал все это в своих ладонях.

И когда она хныкала под ним, умоляюще глядя на него своими огромными глазами, он представлял себе, как ее отец где-то там, кричит от горя, узнав о том, что произошло здесь, в номере 25.

От этой мысли он еще больше возбудился.

Джейсон опустил руку себе между ног и обхватил свой налившийся член, расположившись прямо между ее ногами. Он знал, что там будет сухо, но это только усиливало удовольствие.

Дрожащая девушка застыла под ним и сквозь дымку слез с немым ужасом чувствовала, как он вводит головку члена между ее мокрыми от пота бедрами.

Он почувствовал, как член раздвинул половые губы ее влагалища, приоткрывая соблазнительную щель. Как он и ожидал, киска был сухой и жесткой. Жизнь была полна таких маленьких казусов.

Девушка издала тоненький, почти детский стон, когда Джейсон приготовился войти в нее, обхватив ствол своего члена так сильно, что почувствовал пульсацию крови в головке. Джейсон не хотел отрывать взгляд от ее глаз. Он хотел ощутить все это - ее страх, ее боль, полное крушение ее надежд - но он должен был немного помочь себе проникнуть в нее.

Опустив взгляд на свой набухший

член, он плюнул на головку и растер слюну большим пальцем, используя ее в качестве смазки.

Устроившись поудобней, он на мгновение замер, наслаждаясь сладкой болью предвкушения. Потом взглянул на Лару, свою возлюбленную, и дерзко подмигнул ей. Он знал, что это возбуждает ее.

Лара тоже была обнажена, и если бы не держала испуганную девушку за волосы одной рукой, а другой прижимала огромный зазубренный охотничий нож к ее нежному горлу, ту уже бы вовсю натирала себя.

В отличие от девушки, которую они похитили, киска Лары была очень даже готова и очень хотела секса. Она блестела в лучах солнечного света, пробивавшихся сквозь шторы мотеля, и напоминала Джейсону цветок в росе.

Черт возьми, она очень горяча.

– Вот так, милая, - сказал он, чуть приподняв бедра и начав раздвигать половые губы своей игрушки.
– Ты знаешь, что делать.

– Ты знаешь, что знаю, малыш...
– промурлыкала Лара.

– Это моя девочка.

Без всяких дальнейших предупреждений Джейсон вогнал свой эрегированный и пульсирующий член на всю длину внутрь несчастной девушки.

– Теперь начинай резать...
– приказал он.

Лара сделала то, что ей было велено.

Горло девушки разверзлось, как гейзер, когда Лара провела зазубренным краем лезвия по нежной коже, надрезая ее и постепенно углубляясь. Приливная волна теплой крови хлынула из шеи девушки, потоком заливая обнаженный торс Джейсона, стекая по телу насильника ему между ног, обтекая член, глубоко таранивший влагалище уже умирающей девушки.

Она быстро побледнела, ее кожа приобрела сероватый оттенок, когда Лара глубже погрузила лезвие и начала более усиленно резать и пилить нежную плоть.

Джейсон вошел в девушку так глубоко, как только мог, чувствуя, что оргазм приближается, когда девушка под ним захрипела, а лезвие ножа проникло в ее гортань и стало перепиливать трахею.

– Быстрее!
– задыхался он, пока Лара усиленно работала ножом.
– Я сейчас кончу.

Лара разрывала голосовые связки девушки. Крики несчастной усилились и достигли, казалось, невозможного тенора. Она выла как кошка, пойманная в мешок, перед погружением в холодные воды.

Высокочастотные визги подстегивали его. Его член пульсировал так, словно был готов взорваться.

Джейсон уже почти ничего не видел. Кровь практически ослепила его. Он практически тонул в ней, чувствовал ее вкус, когда та попадала на язык и проникала в ноздри. В умирающей девушке оставалось не так много жизни, но она держалась.

Она была бойцом.

Джейсон слышал треск костей, когда охотничий нож Лары скреб, пилил и откалывал куски от позвоночника девушки.

Он протер глаза от крови и посмотрел на великолепное зрелище под собой. Его оргазм был все ближе, он был готов кончить в любую секунду.