Клуб диких ниндзя

Кащеев Кирилл

– Гусей, – пробормотал Сева.

– …Но наших бойцов вам больше не видать, уж я позабочусь!

– Тем более, – холеный не смутился.

– А вы не надейтесь! – вскричала Катька, возмущенная тем, что боссам все, кажется, сойдет с рук. – Лена не будет для вас выигрывать! Правда, Ленка?

– Для него – не буду, – отрезала Лена. – А для себя – очень даже буду!

– Но… ведь тогда боссы тоже выиграют! – растерянно пробормотала ей вслед Катька.

– Очень надеюсь, – промурлыкал холеный и неторопливо направился в зал.

Опасливо оглядываясь на грозных рукопашников, толстый и кожаный поспешили

за ним. Стараясь стать маленькими и незаметными, боевики утягивались в сосенки, но на них уже никто не обращал внимания.

– Я не для того сюда ехала, чтобы проигрывать! И боссы тут ни при чем! – бросила Лена. – А вашу рыжую я уже била и еще побью! – И она быстрым шагом направилась в зал переодеваться.

– Хватит заниматься мелочами, – секретарь отмахнулся и от недавней драки, и от боссов ночных клубов, и от всего остального. – У нас осталось по-настоящему важное дело.

И словно мгновенно позабыв о недавних событиях, все участники чемпионата деловитой трусцой рванули обратно в зал.

– Все правильно, Катюха, это турнир, – похлопала потерянную Катьку по плечу Мурка, припуская вперед. – Зачем участвовать, если не собираешься выиграть!

– Но… если она выиграет… – Катька чуть не ляпнула «снова», но в последнюю секунду придержала язык. Не самый лучший момент напоминать Мурке о ее недавнем поражении. – Боссы не потеряют ни копейки! – плачущим голосом сказала Катька, застегивая на Мурке перчатки.

– И даже хуже… – начал Сева и осекся. Лицо его свело напряжением, он коротко облизал пересохшие губы, глядя на подпрыгивавшую на той стороне татами Ленку. Сейчас, не в кожаном костюме, а в обычной футболке и широких штанах, она почему-то даже больше походила на легендарную воительницу Брунгильду – такая крепкая, накачанная, решительная. На голову выше Мурки, а уж разворотом плеч рыжей с Ленкой вообще не тягаться – мелковата. Державшийся позади холеный аж мурлыкал от предвкушения победы – пусть большого бизнеса на детских боях эти глупцы-тренеры и не допустят, но уж сейчас-то он свое возьмет! И даже притаившийся в углу, подальше от его глаз, Валдин глядел на Ленку с отчаянной надеждой – видимо, много на нее поставил.

Ощущение тоскливой безнадежности закралось Вадьке в сердце. Ну ведь несправедливо же так – после всех подлостей, которые эти гады тем же «интернатским» устроили, они еще и уйдут отсюда при неслабых деньгах! И не остановишь же Ленку, для этих психов-спортсменов победа – превыше всего!

– Да перестаньте вы нервами бренчать, – вдруг с добродушной насмешкой сказала Мурка. – Все будет нормально, я ее теперь знаю, я же с ней спарринговала…

– Она с тобой тоже, – мрачно буркнул Вадька.

– Не-а. – Мурка безмятежно улыбнулась. – Она со мной дралась.

Девчонка открыла рот, позволяя сестре всунуть капу. В ее лице и фигуре мгновенно появилось что-то от насекомого – скорпиона или сколопендры. С ударом гонга Мурка стремительным движением влетела на татами.

– Финальный бой! Последний поединок турнира! – закричал в микрофон секретарь.

– Упс! И самый короткий! – слегка растерянно добавил он ровно через тридцать секунд.

Соперницы сошлись на татами, осыпая друг друга стремительным градом ударов, – могучая медведица против стремительно жалившей скорпионши. А потом Ленка, целясь Мурке в голову, выкинула

ногу в том самом ударе, который конферансье в ночном клубе назвал «коронным ударом Брунгильды». И в ту кратчайшую, неуловимую долю секунды, когда соперница балансировала на второй ноге… Мурка просто пнула ее в коленку. Потерявшая равновесие Ленка всей своей тяжестью рухнула на татами. И тут же, как орех в щипцы, оказалась намертво – не дернешься – зажатой между ногами Мурки.

– Чистая победа! – словно не веря своим глазам, выдохнул Карташов. И заорал на весь зал: – Побе-еда!

У холеного босса лицо страшно исказилось, словно из-под маски респектабельного господина вдруг проглянула жуткая морда чудовища. И он с ненавистью поглядел на Валдина. Бывший тренер, бывший организатор турниров, бывший судья международной квалификации упал на колени в своем углу и завыл, как воет волк, сам сунувший морду в капкан за жирным куском мяса.

Глава XXXII Нашелся спонсор

– Марат, кажется, догадывается, что мы тоже замешаны. – Люба вздохнула. – Вчера весь вечер нам вкручивал, что, пока мы занимаемся спортом, он для нас – царь, бог и воинский начальник, и что бы нам кто ни говорил, кто бы куда ни звал – отправлять всех к нему, а уж он будет решать.

– А если тебя парень в кино позовет? – немедленно поинтересовалась Кисонька.

– То же самое! – с искренним возмущением откликнулась Люба.

Кисонька сочувственно вздохнула. Вчера вечером она извела на свои воспаленные веки весь запас капустных листьев, оказавшийся в столовой пансионата. Сейчас опухоль опала, но еще не сошла окончательно, и теперь в привязанном к походному рюкзаку Кисоньки целлофановом кульке болтался свежий кочан. Девчонки тесным кружком стояли на привокзальной площади у ведущих в здание вокзала высоких ступеней, а вокруг клубилась толпа. Грохот громкоговорителя почти заглушил голос Любы, когда девчонка едва слышно сказала:

– Если бы вы нас сдали, сказали, ну, насчет поезда и всего… Наш с тобой финал можно было бы переиграть.

По Кисонькиному лицу было видно, что она борется с невероятным, прямо-таки сверхчеловеческим искушением:

– Ничего страшного! – Голос у нее все равно сел – великодушие давалось ей нелегко. Все равно что клещами из самой себя внутренности тащить. – В следующем году на чемпионате встретимся – тогда посмотрим, – торопливо добавила она.

– На следующий год еще деньги достать надо. – Люба снова вздохнула. – Теперь вообще неизвестно, как будет, сможем ли мы снова найти работу в клубах? Да и Марат бояться стал. Патриарх обещал помочь, но что он может? Ну, на одну поездку деньги отыщет, ну, на две, а вы же знаете, в нашем деле постоянно ездить нужно.

– Любка, ты идешь? Наш поезд! – закричали от вокзальных дверей.

Люба подхватила свой рюкзак.

– Ну, в общем… Спасибо вам. – И побежала вверх по ступенькам.

– Люба, погоди! – Мурка бегом догнала девчонку и сунула ей в руки сверток. – Здесь твой костюм, кожаный, из ночного клуба, в котором я удрала тогда. Он тебе больше, чем белый, подойдет!

– Так он же на самом деле не мой, а боссов, – нерешительно сказал Люба.

– Я думаю, на него этот костюмчик не налезет, – решительно отрезала Мурка, всовывая сверток ей в руки.