Клуб 27
Шрифт:
— Жду не дождусь этого.
Своей рукой Нейт скользит вниз по подолу моего платья, чтобы еще раз погладить отшлепанное место.
— Уверена, что хочешь поиграть в эту игру?
Всё моё нутро пылает, и это такое приятное ощущение.
— Разве это игра? Тебе нравится всё контролировать. Ты никогда не отказываешь себе в этом. Я просто хочу дать тебе понять, что мне нравится это.
Он проводит руками по бретелькам моего платья.
— Я, правда, расстроен, что ты приехала сюда, не предупредив меня. Прокрадываешься в мою комнату, проникаешь в мой телефон, чтобы забронировать столик в
— Три пункта. — Шепчу я. — И всего лишь два шлепка.
Он хохочет.
— Разумеется, ты пытаешься считать.
— Просто говорю.
— Ты ненормальная, знаешь об этом?
Я пожимаю плечами.
— Надеюсь.
— Думаю, на сегодня достаточно, — бормочет он.
— Как скажешь. — Мой голос тише шепота.
Моя грудь плотно прилегает к его груди, но свободной рукой ему удается не задеть мой медальон и проскользнуть в ткань моего платья. Когда Нейт касается моего обнаженного соска, из его горла вырывается шипение, и он переключает своё внимание.
— Твою мать, ты не надела лифчик.
Я киваю, пытаясь подавить свой стон от того, как он сильно щиплет мой сосок.
Слегка надавливая, другая его рука скользит вниз к изгибу моей задницы, одновременно с этим его пальцы продолжают пощипывать мой сосок. Я не могу сдержаться и «О, боже, это так приятно» отдается эхом в комнате.
Его язык тянется вниз по моей шее, по пути слегка посасывая, и когда Нейт возвращается к моим губам, он покусывает меня зубами. Я открываю свой рот, чтобы впустить его, и он ласкает меня своим языком, целуя сильнее, грубее и глубже.
— Ты действительно хочешь остаться здесь? — тихо интересуется он перед тем, как наброситься на мой язык, мои губы и на весь мой рот.
Своими руками я пробегаюсь вверх и вниз по его спине, горя желанием забраться под ткань его рубашки, и теперь моя очередь облизывать и посасывать, спускаясь вниз по его шее.
— Почему ты не хочешь?
— Я лучше отвезу тебя домой в свою постель.
Я кусаю его в том месте, где соединяются его плечо и шея, и он стонет.
— Я хочу столько, сколько ты сможешь дать, и я возьму столько, сколько смогу. И я предпочел бы сделать это в своем собственном доме.
От такой мольбы в его заявлении, моя плоть сжимается, и возбуждение прожигает меня насквозь. Я откидываю голову назад, и из-за этого мой рот теряет связь с его шеей.
— Что скажешь? — Он возвращает себе контроль и облизывает моё ушко своим влажным, скользким языком.
Пока я молчу, его рука соскальзывает с моей груди.
Я тотчас же теряю его обжигающее прикосновение.
Но потом его ладони на моей спине, Нейт подталкивает меня к себе, удерживая меня на месте самым великолепным искусным образом. Наши тела так плотно соприкасаются, что мой медальон врезается достаточно глубоко в кожу, и я абсолютно уверена, если бы я была голой, он бы оставил отпечаток.
— Это таким способом ты хочешь отвязаться от меня?
Я ощущаю эрекцию в его штанах, когда он толкается своими напряженными бедрами.
— Разве на это похоже?
Я отворачиваюсь и затем оглядываюсь через плечо, чтобы улыбнуться ему. Обдумывая всевозможные варианты, я подхожу к серебряному подносу с куполообразной крышкой. Он расположен
Когда я хватаюсь, чтобы приподнять модную серебристую крышку, Нейт кричит,
— Не вздумай!
Он бросается ко мне.
Слишком поздно.
Под крышкой нет никакой воды, никакой чаши с фруктами, нет взбитых сливок, а скорее пара металлических наручников и черная шелковая повязка на глаза.
Мерцает купол и свет излучает крошечные искры вокруг комнаты. Я смотрю на блестящие хромированные кольца. Хочу ли я, чтобы у меня отняли возможность свободно касаться его?
Мне нужно подумать об этом.
Мой взгляд мгновенно останавливается на повязке, такой мягкой, гладкой, плотной. Желаю ли я, чтобы моему зрению что-либо препятствовало? С завязанными глазами я ничего не смогу увидеть. Не смогу за ним наблюдать, не увижу выражения его лица. Другие мои органы чувств должны будут компенсировать потерю зрения. Ощущение прикосновения должно стать более чувствительным, и я смогу почувствовать его с наибольшей интенсивностью. Мой слух обострится: и его стоны, и тяжелое дыхание, которые, похоже, доводят меня до крайности, будут звучать громче. И его вкус будет...
— Зои. — Он хлопает крышкой вниз. — Это не для нас. Такое обычно во всех комнатах.
Я смотрю на него.
— Ты раньше использовал что-нибудь из этого?
Нейт опускает взгляд и по моему телу, словно огонь, распространяется беспокойство.
Никакой лжи.
Мы договорились не лгать.
Своей рукой он проводит по волосам и затем приближается ко мне.
Я делаю шаг назад.
Он всё ещё придвигается ближе, но я снова отступаю.
Когда он приближается вновь, моя спина прижимается к прикрепленному стеллажу, и я уже не уверена, так ли важен его ответ.
Но потом он опирается рукой о стеллаж позади меня и слышится звон одного из прикрепленных к нему наручников.
— Ты действительно хочешь, что бы я ответил на этот вопрос?
Во рту у меня сухо и я сглатываю.
— Да.
Своим дыханием он колышет пряди моих волос.
— Да.
Мой пульс отдается в каждой частичке моего тела. Кажется, я и так это знала.
— Что если я хочу, чтобы ты использовал их на мне? Сможешь?
Он смотрит на меня сверху вниз, и хотя я не поднимаю своих глаз, я чувствую тяжесть его пристального взгляда.
— Это то... чего ты хочешь?
Другая его рука прислоняется к стене, и все мое тело вибрирует, пока мои ладони вжимаются в свободные отверстия.
— Честно говоря, я не знаю.
Скользя своими руками к моим бедрам, он притягивает меня ближе.
— Нет необходимости решать это прямо сегодня. — Хриплая, сексуальная интонация в его голосе посылает электрическую молнию по моему телу. Он прижимает меня к стене и врезается в меня своими губами. Целует меня с такой страстью, что поцелуй становится не просто поцелуем. Язык, зубы и руки — это всё он. И поцелуй его опьяняет меня, вызывает головокружение, и я теряюсь во времени. Своим ртом он скользит вниз по мягкой коже моего плеча, и я вдыхаю его аромат, пока он, поднимаясь обратно вверх по моей шее, целует, облизывает и посасывает её.