Клуб 27
Шрифт:
Игровая комната, не то чтобы мы ожидаем ребенка или планируем его в скором времени, окрашена в красно-белую полоску в комбинации с цирковыми животными, нарисованными повсюду, и даже с куполом цирка на потолке.
Зои хочет, чтобы дети, которые играют определенную роль в нашей жизни, имели желание приезжать сюда и веселиться. Я думаю, что это недостающая часть ее детства, которую она хочет пережить с Матео и Оливией. Жизель родила девочку и назвала ее в честь бабушки Зои и Закари.
Я никогда не думал, что меня будет заботить все это бытовое дерьмо.
Оказывается, когда-то давно Зои увлекалась фотографией и забросила это хобби. Но теперь, когда она взяла семестр с небольшой нагрузкой, чтобы помочь Жизель с ребенком, она вернулась в это дело.
Должен сказать, что это принесло нам пользу.
Поначалу, когда она заявила мне, что хочет сфотографировать меня, я воспринял это как «да, конечно — чиииз». Но затем она стала настолько влиятельной, используя слова, как «расслабься, сядь ровно, сними это, подвинься поближе, возьми это, обнажи для меня свои чувства», что я поймал себя на мысли, что завелся.
Огромная ладонь сжимает мне плечо, выдергивая меня из моих фантазий.
— Эй, сынок, я не хочу расстраивать тебя, но уверен, что ты должен был для начала смазать формы для выпечки, прежде чем залить в них тесто.
— Черт, — бормочу я и выливаю коричневую жидкость обратно в миску.
Мой папа отнимает у меня формы и несет их к раковине, чтобы помыть.
— Не думаю, что когда-либо видел, как ты готовишь что-то еще, кроме сэндвича. Я впечатлен.
У моего отца есть хорошие дни и плохие дни, и я решил воспользоваться хорошими.
Он вручает мне посуду, и я ее вытираю.
— Я подумал, разве трудно испечь торт?
Мой отец смеется.
— Не переживай, Нейт. Она скажет «да».
— Я не переживаю.
— Действительно, тогда почему ты просто налил тесто в посуду, не смазывая ее?
— Черт!
— Позволь мне закончить вместо тебя. Почему бы тебе не прихватить для нас пиво и не присесть?
— Тебе нельзя выпивать, отец, ты знаешь об этом.
— Я могу наблюдать за тобой и притворяться.
На его ответ я качаю головой.
— Ты — лучший.
И это правда.
Я начал посещать психолога. Теперь я признаю тот факт, что моя мать сделала правильный выбор, оставив меня с ним — я никогда в этом не сомневался. Он вырастил меня. Надеюсь, он гордится мной, потому что я горжусь им.
Мой отец положил начало общественному центру в тот год, когда моя мать бросила нас. Я вырос там, занимаясь джиу-джитсу у человека, который потерял свой дом, и был просто благодарен, что его семья в порядке. Этот центр и люди вместе с ним стали нашей семьей, и теперь мы с Зоей делаем все возможное, чтобы держать его открытым. Пока все идет неплохо, но нам предстоит пройти долгий путь по сбору
Я беру пиво, предложенное отцом, и наблюдаю за ним.
Похоже, что он сегодня в себе. В такие хорошие дни, я знаю, что должен быть все время начеку, потому что вскоре их могут заменить достаточно плохие.
Спустя сорок пять минут, я, наполненный двумя бутылками, чтобы успокоить свои нервы, с миской глазури в руке, перехожу к более сложной части приготовления торта — загустению. Я оставляю своего отца перед телевизором с игрой в бейсбол и просто пялюсь на два шоколадных блина, читая вновь указания: выпекать в духовке в течении тридцати пяти минут. Остужать в течение десяти минут. Затем вынуть на решетку, чтобы полностью охладить.
Какого хрена, Марта?
Разве ты не могла мне подсказать, как вытащить их из формы для выпечки и что это за решетка, черт возьми?
К черту.
Я переворачиваю их, и когда приподнимаю форму одного, он прекрасно ложиться на поверхность столешницы. У второго же есть небольшая проблема. Половина коржа застревает в посудине. Решаю пока оставить его и помещаю цельную часть на тарелку, затем беру вторую ее половину и кладу поверх первого слоя. С помощью ножа я выскабливаю разрушенную половину коржа и размещаю его рядом со своим товарищем. Далее я беру глазурь, которая, как мне кажется, получилась неплохо, и разливаю ее на поверхность торта.
Хочу попридержать часть глазури на потом — если вы понимаете, о чем я.
Начинаю распределять глазурь ножом для масла.
— Привет я здесь. Энчилада просто необходимо положить в духовку.
Я поворачиваюсь и вижу, как Рози держит огромный поднос в руке.
Спасибо, бл*дь.
— Вот, позволь я тебе помогу.
— В машине есть еще. — Она смотрит стол, затем обратно на меня.
— Эй, не смотри на меня так.
— Как?
Я помещаю кастрюлю в духовку.
— Как будто ты боишься, что потеряешь свою работу.
— О, это вообще не то, о чем я подумала.
Она включает микроволновку фирмы Miele.
Именно эта техника подкупила Зои, когда мы впервые осматривали этот дом. Хотя ее также покорила просторная подъездная дорожка, длиной в дом, с двойными гаражами с каждой стороны. Она называет их «он» и «она», поэтому ей больше не нужно беспокоиться о том, что она может врезаться, когда заезжает и выезжает из своего гаража. Я предложил использовать один гараж для лодки, но она отклонила эту идею.
Теперь лодка покоится на пристани.
— Как насчет того, чтобы я помог тебе принести все из машины, а ты закончишь поливать глазурью торт?
— Вот как это называется?
Я смотрю на печальную кучку шоколада, лежащую на тарелке.
— Может быть, мне стоит сбегать в магазин?
Рози неожиданно обнимает меня.
— Нет, он выглядит великолепно. Я помогу тебе, не беспокойся. Где другой подарок, который ты подготовил? Я хочу его завернуть.
— Я спрятал его в кабинете, но он уже завернут.